Рецензия на книгу

• 

  ritchie_kyoto5 июня 2019 г.

  Это не наука. Во всяком случае, не современная.

  У данной книги есть один большой плюс - это кропотливая любовь автора к изучению фольклора как русского, так и общего индоевропейского. С этой точки зрения, местами очень познавательное чтение...

  Однако, есть и большой минус: отсутствие научной системы изучения вопроса.

  Пример первый, почерпнутый прямо с первых страниц (а именно со стр. 6): спорность высказываний. Основной рефрен книги - это роль образа Сварога, как символа перехода человека от дикости к цивилизации. В качестве одного из примеров приводится переход от сырого мяса к вареному, а следовательно и подводится образ бога-гончара, давшего людям, собственно, средство для варки - глиняную посуду.

  
  С освоением огня первобытный человек обрел ещё одно чрезвычайно важное свойство, окончательно выделившее его из животного мира, а Сварог за счет установления мифологическим сознанием этого отношения родства окончательно обрел характер бога человеческой культуры. Как видно уже из данных языка, Сварог изначально оказался связан не только с огнем, но и с вареной пищей, которая в противоположность пище сырой, стала одним из наиболее значимых показателей перехода человеческого общества от дикости к культуре. Вслед за введением в обиход человечества вареной на огне пищи возникает исторически самое самое первое пищевое табу на сырое мясо. Для приготовления вареной на огне пищи была необходима посуда, которая в условиях той эпохи могла быть изготовлена только из глины. Соответственно, возникает и образ бога-горшечника, введшего в обиход человеческого общества этот новый элемент культуры. Древний бог неба начинает постепенно приобретать черты бога-ремесленника, создателя человеческой культуры.
  

  Возможно, я слишком придирчив, но, мне кажется, логичнее предположить переход от сырого мяса, не к вареному, а к жареному - это объективно проще, а значит должно предшествовать. Поправьте меня, если я ошибаюсь.
  Вы, конечно, можете отметить, что это не нарушает логики общего тезиса, однако, это нарушает заданную предпосылку о "данных языка".

  Пример второй: отсутствие ссылок на современные исследования и отсутствие списка использованной литературы. Да, есть ссылки в тексте, но и они, как правило, на корифеев 19-20 века.
  То же самое относится и к предшествующей «Сварог. Победитель зла» Михаил Серяков . Чем это чревато? Тем, что игнорируется отличное от тех или иных тезисов авторов мнение, а проверить это со стороны становится сложнее.

  Например, в упомянутой «Сварог. Победитель зла» Михаил Серяков пишет об источниках, упоминающих имя Сварог. Говорит, конечно, о "Хронике Малалы", и выводит через это, что Сварог отождествлялся в славянском сознании с богом-кузнецом Гефестом.

  
  Феост Иоанна Малалы — это древнегреческий бог-кузнец Гефест, которого славянский летописец отождествил со Сварогом для того, чтобы образ этого божества стал более понятен отечественным читателям, не знакомым с античной мифологией.
  

  В данном тезисе предполагается, что:
  1) для книжника-христианина было важным сопоставить языческого бога славян с языческим богом греков;
  2) книжник-христианин хорошо разбирался в данном вопросе;
  3) книжник-христианин писал (sic!) для более или менее широкой аудитории, не знавшей о Гефесте, но знавшей о Свароге.

  Может, оно так и было, но нужно ведь приводить и контр-версию [1]:

  
  Таким образом, возвращаясь к проблеме вставок в перевод хроники Малалы, можно предполагать, что в названии сварожич книжник нашел бы важное для него указание на отцовские отношения. Дальнейшие выводы следуют почти автоматически: реконструируется имя отца — Сварог, а место сына достается Дажьбогу как известному уже покровителю.
  

  Картина стала чуть более неоднозначной, не правда ли?

  И это очень важный вопрос для обеих книг, ведь все косвенные доказательства, включая любительские, насколько я понимаю, лингвистические изыскания подвязываются именно к нему! Так у автора, к сожалению, повсюду: выдвигается в той или иной мере спорный тезис, тезис этот постулируется, и исследование катится дальше...

  Лично я читал Серякова давно и взахлеб. Тогда его подход казался очень обстоятельным и глубоким - видимо, на фоне популярного на тот момент фолк-хистори. Однако, сейчас, приобретя уже свой собственный научный багаж (пусть и не гуманитарный) я пройти дальше первой главы не сумел. Слишком сумбурно и слишком широкими мазками.

  У автора есть красивая, с его точки зрения, концепция, берущая своё начало в его же идеалистических (т.е. там, где дух главенствует над материей) взглядах, и он, подобно (нелюбимым им же) средневековым христианам-схоластам старается подтянуть к ней как можно больше доказательств, невзирая на объективную неуместность многих из них.

  Нужно предположить, что такой подход порождается и подогревается целевой аудиторией таких книг, а именно людьми увлекающимися родной культурой и историей, но не имеющих времени (или желания) заниматься изучением оных последовательно. Тяготеющих к чему-то языческом в силу ли разочарования в основных конфессиях, или почему-либо ещё, однако всё равно подспудно ищущих знакомых символов таких как Бог-Отец.

  В. В. Сёмочкин (Радомир) "Сварог"

  В общем, обыкновенных, увлекающихся людей, не желающих по каким-либо причинам встать на сложный путь научного познания. И, наверное, это ответ, почему у автора так много книг и так мало системы...

  Литература

  Зубов Н. И. Научные фантомы славянского Олимпа. – 1995.

  6

  1K