Рецензия на книгу

• 

  Znatok30 мая 2019 г.

  Сынок, ты видишь загнивающих капиталистов? Нет? А они есть. А ты видишь детей «Врагов народа»? Да? А их нет и не было никогда

  Знакомство с этим автором начал с самой известной его книги Ночевала тучка золотая , книга оказалась выше всяких похвал и достойна высшей оценки. Продолжить же решил книгой Кукушата, или Жалобная песнь для успокоения сердца , эта книга тоже очень понравилась, но всё же не дотягивает до первой, не всё тут так идеально.

  В центре повествования спецрежимный детдом, расположенный в посёлке Голятвино, в котором содержатся дети врагов народа, а все делают вид, что их не существует вовсе. Похожую ситуацию хорошо показала Юлия Яковлева в своей трилогии Ленинградские сказки, где с помощью метафор и на примере пострадавших детей, показаны сталинские репрессии. Про исчезнувших отцов и матерей говорят "Ворон унёс", видимо аллюзия на "воронки", в которых увозили заключённых. А их дети вдруг становились невидимыми, их переставали замечать и вскорости забывали совсем, как-будто их и не существовало вовсе.

  Здесь же всё более реалистично, детей мучают, даже насилуют, делают их, и без того тяжёлую долю, ещё тяжелее. А никто этого не замечает, вернее не хочет замечать.
  Группа детей из этого спецдетдома получила фамилию Кукушкины, данную им сердобольной работницей распределительного центра, которая была незамедлительно наказана за это и осталась инвалидом от полученных побоев, нанесёных силовыми структурами.
  Перед одним из таких Кукушат забрезжила надежда на светлое будущее, приезжает любовница его отца и хочет его забрать. Но не всё так просто, в этом оказывается замешана крупная сумма денег, до которой немало охочих.
  Из эпизодов можно выделить поездку трёх ребят в Москву. Где сразу сановится понятно, что этот город слезам не верит и и никто им там не рад.
  

  
  Но мы и правда неслись как бешеные. Может, мы тогда впрямую поняли слова, что мы далеко не уйдем и нас будут по Москве отстреливать, будто волчат! Мы летели, сменяя улицу за улицей, и все они казались теперь нам одинаковыми. И еще я тогда запомнил, не памятью, а какой-то частью мозжечка, что это были как бы не улицы, а каменные стены до неба, по обе стороны дороги, от них никуда не уйти! Все окна наглухо задраены, завешены! Все двери закрыты!
  Что за дикий город, где все, все наглухо забито и закрыто!
  Загнанные в узкий коридор между домами, мы бежали, не пытаясь никуда свернуть. Мы уже догадались, что это так сделано, чтобы нельзя было свернуть. Мы неслись из последних сил только вперед, ведомые этими стенами!

  Другой показательный эпизод в ресторане на станции, где ребята в первый, а может и последний раз в жизни наелись до отвала, послушали живую музыку и почувствовали себя людьми!
  Когда вспоминаю этот эпизод, то нахожу глаза на мокром месте.
  Большинство мучителей этих ребят получают наказание, но далеко не все, что будоражит справедливого читателя и прибавляет эмоций, которые и так хлещут через край, в прямом смысле этого слова!
  Также понравилось, что автор сравнивает Кукушат с шумерами, любопытный факт, что первое стихотворение было написано этим древним народом и называлось "Жалобная песнь для успокоения сердца". О чём главный герой вычитал в книге "История", которую спас из сгоревшего в посёлке дома и всегда носил за пазухой.
  

  
  

  Получается: никуда из Голяков и ехать не надо! Везде одно и то же! Везде свои чушки и свои наполеончики, как бы они ни назывались. И везде мы виноватые. Только неизвестно, в чем мы виноватые. Вообще виноватые. Виноватыми такими родились, значит.

  В той «Истории», что я ношу за пазухой, сказано, что первое стихотворение, созданное человечеством, называлось: «Жалобная песнь для успокоения сердца». Там человек, наверное шумер, раз они стихи-то написали, тоскует в своем одиночестве, не зная, кому он нужен в этом мире… Господи, неужели и тогда, когда только все родилось, было так плохо? Обидно, конечно, что само стихотворение не напечатано, но я его и сам бы придумал. Ведь чем-то сердце должно умиротвориться, если дальше жить нельзя, а жизнь еще продолжается… И ты даже не попал под поезд, который тебе уже приписали.
  Про шумеров в «Истории» вообще непонятно написано: «Генетические связи не установлены». Исчезли, словом. А откуда пришли и куда исчезли, неизвестно. Как мы, Кукушкины. Произошли от кого-то, а от кого – неизвестно… В предчувствии своего исчезновения они и сочинили свою жалобную песнь.

  Среди Кукушат есть немая девочка Сандра, которая, видимо, символизирует советский народ, который тоже был нем, из страха, что с ними произойдёт то же, что и с родителями этих детей. Тем более, что из имени "Сандра" можно составить слово "Народ", разница в одной букве, а заглавная буква этого имени, видимо означает слово "Советский"!
  Также заметил много аллюзий на Скотный Двор Оруэлла, там тоже свиньи, пришедшие к власти, символизировали советское правительство того времени и клички мучителей похожи на клички свиней из Скотного Двора , а один из них даже разводит этих самых свиней.
  Недавно выяснил, что два прочитанных мною произведения этого автора, вкупе с повестью Солдат и мальчик , составляют своеобразную трилогию, обязательно прочитаю и эту повесть тоже, но сомневаюсь, что она окажется лучше уже прочитанных произведений Анатолия Игнатьевича
  За излишнюю трагичность и то, что невзгоды так и сыплются на горемычных детей, хотел поставить 4,9, но нет такой оценки. Пришлось немного занизить оценку, так как на пять звёзд книга не тянет.
  Хорошо, что держал читалку далеко от лица, а то ведь техника такая хрупкая и не в ладу с влагой… Бумажные книги выносливей, бумага всё стерпит, даже капли эмоций от выворачивающей наизнанку душу книги.

  70

  2,1K