Логотип LiveLibbetaК основной версии

Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Рецензия на книгу

Некоторые не попадут в ад

Захар Прилепин

  • Аватар пользователя
    JDoe7126 мая 2019 г.

    Книга толкнула кое-что полистать и почитать помимо самой себя. Обчитать вокруг в ритме ознакомления, всеядного как газонокосилка на привязи. В результате у меня на руках ворох цитат и поганое настроение, которое постараюсь излить, придерживаясь рамок.
    На встрече-презентации книги Прилепин сказал, что написал ее, чтобы не дать забыть, потому что уже сейчас на упоминание фамилии Захарченко чаще всего отвечают что-то вроде "А, это тот, у которого полная квартира долларов?" Да, верно, на одно упоминание Александра Захарченко яндекс дает восемь ссылок на его однофамильца полковника-миллиардера. Порыв автора выровнять баланс понятен и достоин уважения, но...


    «И мысли не было сочинять эту книжку. Сорок раз себе пообещал: пусть все отстоится, отлежится — что запомнится и не потеряется, то и будет самым главным»

    (из авторской аннотации на задней стороне обложки) Не отстоялось. Не книга, но записи с тегом "не забыть".

    [титр "Ранее. Задолго до известных событий"]


    Речь не о том, что мужчин не обнаружилось среди авторов – это ж антология женской прозы, им и делать тут нечего. Мужчин почти не видно в текстах.
    Есть дети, есть отцы, деды – а собственно мужчины героинь будто бы запропали куда-то.
    Видимо, это миф, когда говорят, что мужчины вполне могут обойтись без женщин, зато вот женщины без сильного пола не могут совсем, никак.
    Могут.
    По крайней мере, с недавнего времени...
    На мужчин будто бы махнули рукой: что взять с них, нечего.

    ( Захар Прилепин, "Женская проза "нулевых"", 2012) Человек, остро переживающий тотальное измельчание мужественности, склонен увидеть в военных действиях возрождение.

    [титр "Настоящее время"]


    «Надо же, — размышлял я по дороге, любуясь на прозрачную, тишайшую, нежнейшую донецкую погоду: — все мои друзья — убийцы; что-то я никогда об этом не задумывался».
    …убийцы, а я не знаю лучше людей.

    (Захар Прилепин, "Некоторые не попадут в ад", 2019)
    Потому что война, потому что истинно мужская деятельность и аура правого дела вдобавок , и дух азартной вольницы. На войне проще, чем в мире, да? Вот они, вот мы, ты или тебя, стрелять или бежать, и твое государство стоит у тебя за плечами... Так?
    Нет, не проще. Не то время, не то место, не те государства и обстоятельства.


    А что надо было сделать? Заранее обойти эти десять домиков и сообщить: дорогие жители, сейчас будет обстрел? Здесь едва ли не у каждого второго оставалась родня на той стороне — они б через минуту могли туда отзвониться.
    (Как нам с той стороны иной раз звонили.)

    (Захар Прилепин, "Некоторые не попадут в ад", 2019)
    То, что описывает Прилепин, не война и не герилья, а кровавая каша противостояния, которой нам всем еще долго давиться. По обе стороны, и по касательной, и рикошетом.
    И, хотя понятно, что книга написана в первую очередь о Бате, бойцах-ополченцах и о самом Прилепине, отстраненно-обобщенное упоминание невоюющего населения имеет нехороший привкус.


    Приходит час случайного прозренья, За краткий миг - высокая цена...

    ( Лина Воробьева)
    К автору приходят мысли о "прозрачном взгляде императора" и "асфальтоукладчике", о том, что решают другие, не те, кто воюет, не те, кто провозгласил, не те, кто поверил.
    Декларируемые автором мужские поступки и мужское поведение ( "Вы пьёте воду на кухне, а я еду на войну") в свете прозренья стремительно обесцениваются: воюйте, чувствуйте себя настоящими мужчинами, расходуйте свои и чужие жизни, решать - не вам.
    Автору от подобных мыслей ощутимо плохо, до конца он их не додумывает, кидает впроброс , сворачивает, возвращается, говорит о предательстве, о том, что всё должно было быть не так. Пометка "фантасмагория" позволяет ему не конкретизировать.

    Формат ЛайвЛиба позволяет мне не ставить книге отметку. С одной стороны, спасибо, есть, о чем подумать. Ценно как свидетельство, а насколько идеализирован Захарченко - тема для разбора когда-нибудь, когда отстоится. С другой, слишком наспех, не книга, а репортаж личных впечатлений. Слишком много оборванных мыслей.
    "Хорошо" ставить не могу, "плохо" не хочу ( я падка на слова и писатель, употребляющий "буробить" и "датый", ощущается моим земляком по двум регионам разом), а нейтральное - не для этой книги.

    21
    2,1K