Рецензия на книгу

• 

  blaze201223 мая 2019 г.

  Классика либеральной политической мифологии.

  Подробное обоснование вымышленных утопических представлений о народе в качестве источника власти и закона. Объявление, будто все люди по природе являются равными, свободными и независимыми, является очевидной фантазией или фальсификацией, ибо в действительности люди никогда таковыми не являются, они всегда встроены в определённую иерархическую систему. Любое общество устроено по принципу соподчинённой пирамиды и каждый человек занимает место на каком-то уровне. Если пирамиду перевернуть, то наверху останется несколько подонков самого худшего типа, но никакого равенства людей от этого возникнуть не сможет, как и устранения государственного принуждения.

  На этой лжи или заблуждении о равенстве и свободе строится тезис о том, будто монархи обладают только делегированной властью, а не верховной, неограниченной и неотчуждаемой.

  Законоподчинительный фетишистский пафос Локка игнорирует, что произвол и самодурство законодателей ничем не лучше монархического самовластия, а чаще хуже и тоталитарней, поскольку заставляет решительно каждого подчиняться любому чиху засевших в парламенте проходимцев и обманщиков. А они таковы, поскольку выборный характер легитимации власти вынуждает узурпаторов залезать всем без изъятия в уши с лживой пропагандой, чтобы исправно обеспечивать себе голоса.

  Долгие теологические рассуждения Локка о родительской и отцовской власти ведутся только для утверждения, что ну прямо все люди обладают верховной властью и получили её от Адама. Тем самым игнорируется вопрос о подлинных обстоятельствах возникновения государства. Если политическое господство элиты возникло не в результате действия положительного династического сословного принципа (наследственное накопление и передача авторитета, культуры и богатства), то единственным альтернативным вариантом является только завоевательное насилие. Демократические режимы, не являющиеся продуктом политической эволюции, возникающие в результате террористических насильственных переворотов, основаны именно на оккупационном принуждении и уравнительном разграблении.

  Следовательно, либеральная и социалистическая борьба с сословным принципом на уничтожение лучшего из возможных типов организации власти приводит к сугубо отрицательным результатам. Недостаток понимания этого приводит к самым причудливым пертурбациям в политической теории. Если первоначально классические либералы отождествляли правые принципы с минимумом свободы и максимумом авторитаризма, который они приписывали монархическому самодержавию, то после тоталитарных социалистических революций, ими же накликанных, либералы объявили уже левых – подавителями политической и экономической свободы, а себя стали помещать направо на место уничтоженных монархистов.

  Противоречивый характер таких перескоков и подтасовок показывает левое тождество анархии и тоталитаризма. Крайняя степень свободы – это не антипод радикального авторитаризма, а логически обусловленное тождество. Закономерности перехода от анархии к тирании и обратно были ясны ещё Платону. Тем самым либеральный принцип главенства свободы варьируется исключительно по левой шкале политических координат.

  Сугубо левому обожествлению народовластия в демократической политической пантеистической теологии локковского либерализма противополагается правый теистический монархический принцип династического права и сословной технократии.

  5

  1,3K