Рецензия на книгу

• 

  BrentariUnblunted

  12 марта 2019

  Питер, молодость и Козлов

  Книга вышла в 1979, в ней повествуется о молодежи 1960-х, но хорошо читается и сейчас.
  Книга художественна, чего так не хватает современной литературе. Автор умеет создавать образы и ведет читателя за собой, не отпуская. Это талант. Хотя атмосфера 60-х в книге отсутствует напрочь, но это только плюс, она бы все перебила, эта заезженная атмосфера.

  Кроме художественности, в книге есть много неожиданных решений, загадок и парадоксов.
  Комсомольский бюрократ показан карьеристом-словоблудом, это для 1979 года как-то неожиданно.
  Автор немого сбивается на самолюбование - линия отца-писателя выглядит излишней. Это как в кино говорят: "ух ты, прям как в кино!". Читатель далек от писательского ремесла, ему неинтересно копаться в подноготной чуждых ему профессий.
  Автор совсем не понимает женщин, но тут нет никакой неожиданности - их никто не понимает. Внутренние монологи женщин выглядят слишком по-мужски. Точнее, слишком "я так думаю, что вы, женщины, именно так думаете и чувствуете". Не подходят женщинам те шаблоны, которые им выдает автор, но винить автора за это было бы несправедливо.
  Первые чувства школьников вызывают кучу вопросов. Гектор флиртует и целуется с целой оравой девчат. Ну ок, бывает. Но автору не интересно разобраться в этом хаосе мыслей и переживаний, он скромно проходит мимо. Казалось бы, тебе и карты в руки, пиши, писатель! Ан нет, за писателя в Гекторе разбираться должны мы, читатели. Ход хороший - он стимулирует, читатель не остается безучастным, но ситуацию этот прием не проясняет. Например, переспал ли Гектор с Инной после выпускного? Вроде бы нет, но откуда этот комплекс вины у Гектора во время диалога с Костей возле Думы? Что имеет ввиду Гектор, когда говорит Оле "Ты просто..." она ему отвечает: "А тебе-то что?" - эй, ребята, мы не поняли ничего от слова "совсем".
  Алина - одна из главных проблем книги. Идеальной образ прекрасной девушки. Ее идеальность должна была сбить информация о том что она разведена, у нее отобрали права, не вернула книги в университетскую библиотеку и она не очень успешный скульптор, но вывести ее образ из скульптурной мраморности не удается. Мы не знаем почему Гектор ее полюбил, мы не знаем что она за человек. Она красива, но каждый пусть заполнит этот шаблон своими преференциями. Ну ок.
  Удался образ Кости - очень успешного аутсайдера, которого никто не любит. Если остальные парни в книге - шаблонны и непонятны, то Костя выпукл и жизненен. Наверное, автор живописал его с себя, но это не точно.

  Но все это остается за кадром, т.к. автору удается построить целостный образ, который вытесняет логику за периферию внимания читателя. Автор пропустил через себя все те эмоции, о которых пишет, он прожил жизнь каждого персонажа, у него богатый жизненный опыт, внимательность, острота визуального восприятия - все то, что называется талантом писателя. О розах, которые вянут на летнем солнце, покрываясь тополиным пухом и о соседке-гречанке просто так с кондачка не напишешь, эти образы с потолка взять нельзя. Автор подкупает не только художественностью, автор заставляет себе верить. Он нам рассказывает о тумане в голове у Гектора, о странной целеустремленности Инны женить на себе этого странного типа, взрослых страстях и брызгах шампанского. Да, с художественной точки зрения книга более чем удалась. Но логика хромает - слишком много загадок и парадоксов в тексте. Но не такова ли сама жизнь? Кто не засматривался на четверых девчат сразу? У кого не было тумана в голове во время окончания школы? Кто не понимал сам себя, чего он хочет в 17 лет? Алогизмы в книге Козлова жизненны, а некоторые наивности, позволительные автору конца 1970-х, но чрезмерные для нас в 2019, можно проигнорировать. Автор на наших глазах творит художественный (и очень художественный!) образ, это ему удается, и это оправдывает все ляпы и огрехи на его творческой кухне. Этот результат здесь все оправдывает.

  Козлов написал отличную, добротную, качественную, удачную художественную книгу. Ее хочется перечитывать - хочется возвращаться к знакомым образам, послушать уже не раз выслушанную болтовню молодежи, пережить еще раз питерскую весну, вспомнить свою, личную, выпускную весну.
  Автор не становится рабом Питера, даже Алые паруса Гектор (и мы вместе с ним) игнорирует. Питер в книге присутствует вежливо, ненавязчиво, не давит на читателя.

  Не знаю как насчет статуса классики новой литературы, но книгу переиздают и переводят. Значит, что-то такое, сорян за банальность, вечное живописал Козлов, непреходящее. Наверное, питерский классицизм сыграл свою роль - не хочется в белые ночи на плечах атлантов писать о мелочах... Хочется вернуться на подоконник первого этажа Костиной квартиры в дождливый день, в кабинет физики со сломанным реостатом, - даже не для того чтобы еще раз услышать героев книги. Просто посидеть в кресле возле книжных полок Гектора и, пока он не пришел, подумать о своем, вспомнить себя в 17 лет. Закрытым (с огромным облегчением!) гештальтом веет от книги, чем-то солнечным и оптимистичным, как сама молодость, хоть и заканчивается книга мрачновато - Алина наверное таки переспала с Алешей, Гектор никуда не поступит - пойдет в армию и вернется совсем чужим для всех человеком, замкнутым и нелюдимым, Инна не потерпит такого неудачника, найдет себе нормального мужика, родит детей и будет счастлива, Костя будет долго переживать неразделенную любовь и неудачно женится, но все это будет потом, потом, потом... А сейчас - буря эмоций, оптимизм, любовь, ощущение полноты жизни! Все то, что и называется молодостью. "Феерия, феерия, гриновский карнавал, — подумал Гектор" (с). Все пьяны - главные герои, учителя на выпускном, мама Гектора на свой день рождения, все празднуют! " Но это всё у тебя от молодости… Вино жизни…" (с) и о похмелье никто не хочет думать. Похмелью будет свое время, а сейчас - празднуем молодость!

  Мы все знаем что Золушка превратится в тыкву после полуночи. И тем сладостней последние секунды праздника! Козлов ухватил уникальнейшее время в жизни каждого человека - когда школьное бремя будет вот-вот сброшено, и когда оно наконец-то сброшено, но ужас серых будней еще не отрезвил наивно-беззащитную молодежь. Козлов, надо отдать ему должное, пытается хоть как-то охладить праздничный пыл своих героев и заодно своих читателей - переживаниями мамы Гектора (два года армии, а если флот - то три), папы Гектора о том, что ему нужно купить квартиру, цитатой разъяренной биологички о хитиновой оболочке, или вообще прямой речью Аллы Степановны: "Жизнь, — ответила Алла Степановна. — Суровые-суровые будни. А они начнутся у вас ой как скоро!" (с), но это он делает скорее для галочки. Праздник весны и молодости продолжается, и брюзжание мудрых старцев не может ему помешать! И минорные нотки только оттеняют, усиливают то ощущение праздника, который бывает только в 17 лет. Никогда потом этот праздник не вернется. Он уникален, он единственен. "Выпив ещё один фужер, Татьяна Михайловна заткнула бутылку и поставила её в холодильник. Теперь бутылка долго будет там мёрзнуть, В голове шумело, но веселее не стало" (с). Тем ценнее эта книга, если ее прочитать лет в 40, что все представляется острее, все снова пере-переживается ярче, как забытые воспоминания, память о которых давно улеглась и долгие годы никого не тревожила.
  Нужно пережить безмозглую молодость, пережить серию фиаско в взрослой жизни, обиды и разочарования в личной жизни, крах мечт и идеалов, неустроенность, любовь и похмелье... И когда память, жалея вас, выбросит все черное и болезненное, оставив лишь светлый сгусток из залитого Солнцем окна, запах старых книг в доме первой любви, нежно-зеленые листики на деревьях Последней Весны Молодости - тогда книга Козлова становится понятной целиком и полностью. И очень близкой и дорогой, как повесть о себе, которую так и не смог написать, но за тебя это сделал Писатель.

  Так уже не пишут. О молодости сложно писать, но Козлову удалось.

  7 понравилось

  3

  1,6K