Рецензия на книгу

• 

  Maple81

  7 марта 2019

  Потрясающий автор, и, что самое обидное, малоизвестный. Больше всего, конечно, мне нравится ее язык, стиль написания книг. При этом меня можно назвать совершенно посторонним наблюдателем, скажем так, национально незаинтересованным. Как же близки должны быть ее произведения тем, кто сам прошел через жизненные этапы ее героев!
  И еще, если до этого я ругала сборники за то, что непонятно по какому принципу туда подбирают материал, то сейчас у меня нет никаких возражений к составу. Собственно, у каждого произведения, роман это, повесть или рассказ, одна и та же общая черта - неприкаянность, оторванность, общее одиночество еврейского народа. Автор не пытается этот народ возвеличить за пройденные им испытания, нет, она рисует перед нами обычных, реальных людей. Хороших и плохих, в зависимости от характера или от ситуации. Некоторые из них комичны в своих устремлениях, некоторые кажутся чудаками, некоторые - опасны, но всегда у них в душе пустота и надлом. И ведь если бы речь шла только о военных годах. Там выпали испытания на долю всей страны, всего народа. Но даже и тут евреи оказались особняком. Их выделяли и уничтожали отдельно, только за национальность, без отбора по человеческим качествам или правонарушениям.
  Но вот война закончилась. Что же мы видим? Мы видим тех, кто выжил, кто вернулся с фронта на пепелище, кто узнал новость о потере всей семьи, всех родных, всех знакомых. Сиротство посреди родной земли. Но и на этом дело не кончилось. Стала подниматься волна борьбы с космополитизмом. И опять надо молчать, забывать свою фамилию, прятать религиозные вещи у кого сохранились. Это и конфликт родителей с детьми. Родители молчат, скрывают, маскируют, лишний раз не говорят о национальности, чтобы и дети лишнего не сболтнули. А дети в школе слышат пропагандистские речи, начинают осознавать, ненавидеть родителей, пытаться отторгнуть семью, чтобы общество приняло их. Или взять небольшой рассказ о той несчастной старухе, которая уже была раз в ссылке с матерью и поняла, какие вещи там важны, а какие нет. Вернулась, а тут опять грозят высылкой. И она уже собирает чемоданчик, продает посуду, покупает теплую одежду. И вот прошло н-ное число лет, давно нет Сталина, никому она не нужна, но она все ждет, и обычный переезд на другое место жительства воспринимает как то, давно ожидаемое, наступившее выселение и ссылку. 
  Особой тяжелой печатью проходит по произведениям война. При том, что время их действия почти всегда позже, и нет тут детальных описаний расстрелов, арестов и пр. Мы всегда отслеживаем лишь судьбу выживших. Но как же тяжело следить за этими неприкаянными душами. Вот разлучилась семья, родители в Германии, дети в СССР. Мы больше ни слова не услышим про родителей, а ведь прекрасно понимаем, что с ними сталось. Вот сестра ушла из дома тайком и поехала в Москву, наверное, ее несправедливо пытались арестовать. И нас тоже не удивляет, что мы больше о ней не услышим, как в воду канула. А оставшиеся не ждут, они бегут. Даже если вдруг случится чудо и она вернется, как будет искать, возможно ли найти следы? В те-то годы, когда даже фамилии старались сменить. И как они стараются скрыться, сменить еврейскую фамилию удалось на немецкую, у наших героев радость. А у читателей замирает сердце: впереди война, могут интернировать в лагерь. Или в очередной раз читать: ну, придут немцы, но мы же портные, чай, и при них проживем, на кусок хлеба заработаем. И опять исчезает вся семья, теперь уже понятно куда. евреям на фронте и в самом деле было безопаснее, чем в тылу. Но даже в повестях, где война давно кончилась, нет-нет да и напомнит она о себе. Блюдом, которая сберегла мать в эвакуации, вздохом бабушки, которая осталась одна из всей семьи, чудом спрятавшись где-то, полубезумным бормотанием старика в родном поселке, который не узнает тебя, а называет именем бабушки и обвиняет в ее грехах.
  Вообще каждый рассказ в этой книге не проходной, а выстраданный с болью. Каждый важен, каждый нужно читать. Я уж не говорю про самый крупный роман. Но и в повестях много общечеловеческих проблем. И не всегда они сугубо еврейские. Мало ли непониманий между детьми и родителями и в русских семьях? Когда дети предлагают улучшать и модернизировать жилье, а для стариков это не просто четыре стены, а вся их жизнь, весь ворох воспоминаний, которые страшно утратить, без которых невозможно существование. Кто-то предпочитает совершить самоубийство. Кто-то на старости лет возвращается из эмиграции в никуда, без жилья, рвется в захолустный городок, где прошло детство. Старость - время подведения счетов, переосмысления жизненных ценностей. Оттого молодежь так часто и не понимает стариков, просто между ними, когда-то близкими и родными, начинает пролегать неодолимая граница, как между разными культурами, между разными народами. Опиши одну и ту же ситуацию европейцу и азиату, возможно, ты услышишь в ответ и совершенно разные точки зрения на один и тот же поступок. Так происходит и здесь. Правы дети, стремящиеся улучшить условия своей жизни и жизни родителей, обеспечить за ними надлежащий уход. Правы и родители, которые теряют при этом что-то куда более важное. Кто сможет их понять в полной мере, кроме их ровесников? Разве что еще малые дети, у которых тоже не сформировалась обязательная культура материальных ценностей. К сожалению, в книге практически не встретится идиллической семейной картины, когда дед играет с внуком или бабушка гуляет с внучкой. Этому всегда мешают либо непонимание, либо раздоры со "средним" возрастным звеном. 
  Я понимаю, конечно, что в этом сборнике все ждут в первую очередь рецензии на роман. Да, он написан блестяще. Перед нами предстает прожженая особа, про такую могли бы сказать "махровая еврейка", но такие стервозные манипуляторши не менее редко встречаются и среди русских да и в любой национальности. Даже в юности, когда любовь - еще святое слово, она все время ищет выгоды,  выгрызает жилплощадь. Ради нее разрывает с любимым человеком. Да и был ли он любимым? Ребенок,  понятное дело, оказывается не любимым первенцем, а лишней обузой. И распоряжается она им спокойно, как вещью. Пока несколько лет пусть полежит на чердаке/побудет у бабушки, а потом можно и забрать. И все равно,  кого отправить к матери: внука или бывшего мужа. Для нее это не играет никакой роли. Так она тасует мужей, детей. Со стороны она выглядит удачно устроившейся. У нее хорошая квартира, она почти всю жизнь не работала, жила в свое удовольствие. Но любой женщине хочется любви, привязанности. А это она постоянно теряет. Мужчины, после некоторого периода обожания, оставляют ее физически или морально, чем она старше, тем сложнее находить новых. Дети выросли, но их сформировали другие люди, мать не смогла предложить им подходящей жизненной доктрины. Сын и дочь получились совершенно разными, но тоже несчастными в душе. Девочка еще не так велика, но вовсю делает пакостные поступки и не осознает этого. Но это не принесет ей счастья, ведь она обречена жить с ненависть к собственной национальности, это точит ее изнутри, не дает примириться даже с собой, не говоря уж о семье. Сына воспитали иначе, на любви и принятии своих корней. Правда, мать обрекла его на вечные метания в поисках отца. Но и у мальчика не определенной жизненной позиции, намеченного пути. Это нам мимоходом подчеркивает автор, показывая его письма разным людям. Не только отличается содержание, но и почерк даже разный. Вот такая особенная мимикрия, чтобы приспособиться к постоянно меняющимся семьям, в которых он проживал в детстве.
  И этой вынужденной мимикрией страдала вся нация, ради выживания не только во время, но и после войны. Это не могло не привести в последующих поколениях к утрате ценностей предков, полной ассимиляции. На этом фоне особо трогательно смотрятся те из них, кто пытается что-то вспомнить, собрать оставшиеся предметы культуры, выучить язык. Но в советское время это часто было просто опасно как для самого человека, так и для его семьи.

  22 понравилось

  499