Рецензия на книгу

• 

  e_lsalvador

  22 февраля 2019

  Как обожженные в детстве яички повлияли на творчество Стивена Кинга

  Рецензия на книгу Стивена Кинга «Как писать книги мемуары о ремесле»
  Стивен Кинг — самый известный писатель в мире в жанре ужасов. Написал порядка 50 романов, изданных тиражом 350 млн. экз.
  Книга On Writing (о письме, о писательстве), которая переведена на русский под названием «Как писать книги», издана в США в 2000 году. На русский язык книгу перевели достаточно быстро - уже 2001 году АСТ напечатал первый тираж в 5000 экз. и затем регулярно переиздавала по 3-4 тыс. экземпляров в 2004, 2011.
  Кинг признается, что работал над этой книгой дольше чем над любой другой — более трех лет. Обычно пол года-год. Причина — не хотел и было не интересно.
  Биографическую первую часть автор написал очень быстро — за несколько месяцев, а остальное время мучился над главами с писательскими советами. Почему так произошло станет ясно дальше.
  Структурно, как было упомянуто выше, книга On Writing состоит из двух частей. В первой часть Кинг рассказывает о событиях своей жизни оказавших наибольшее влияние на его писательство. Здесь и исчезнувший отец в два года, и масть-феминистка, оставлявшая своих двоих сыновей на попечение родственников и знакомых, и бедность, и рассказы, написанные в 12 лет.
  Когда читаешь первую часть, то восхищаешься умением Кинга рассказывать истории — увлекательные и парадоксальные, а также способностью автора превращать, казалось бы, малозначительные события в детстве в важные символы драмы взрослого человека.
  К примеру, в детстве Кинг «подтер задницу» листьями ядовитого плюща, вследствие чего:
  

  
  «я был сзади весь красный от колен до лопаток. Пенис не пострадал, но яички превратились в стоп-сигналы. Задница чесалась до самых ребер».

  Затем Кинг припоминает этот случай каждый раз, когда во взрослой жизни ему приходилось сталкиваться с неожиданными неприятностями.
  Кинг получил за первый же свой роман «Кэрри» 200 тыс. долларов. Причем в это время он работал учителем в школе, у него было уже двое детей, было плохо с деньгами, а в качестве стола он использовал доску на коленях, на которую ставил печатную машинку. Когда ему позвонил редактор и сказал о сумме гонорара, Кинг не поверил.
  

  
  «– Ты уверен? – спросил я Билла. Он сказал; что вполне уверен. Я попросил его назвать число медленно и отчетливо, чтобы точно знать, что я не ослышался. Он сообщил, что это число состоит из четверки и пяти нулей вслед за ней. «После запятой еще два нуля», – добавил он».

  По условиям сделки Кинг получал половину.
  Замыслы романов у Кинга появляются с обычных наблюдений. Вот как это произошло в «Кэрри».
  Кинг после окончания колледжа подрабатывал на второй работе уборщиком в своей школе. И в женском туалете он увидел железный ящик неизвестного назначения. Напарник ему пояснил, что в этом ящике администрация школы укладывает бесплатные тампоны и прокладки. Кроме того, там же в туалете он увидел, что душ закрывается занавеской, в то время как, в мужском туалете занавески нет. Вот и из этих элементов, а также подростковой жестокости и родился роман «Кэрри» и его первая сцена.
  Во второй части своей работы Кинг переходит к главному, ради чего и была затеяна вся книга.
  Правда еще в предисловии Кинг сообщает:
  

  
  «КНИГА эта короткая, потому что почти все книги о писательстве набиты враньем. Авторы беллетристики (я говорю и о присутствующих) не очень понимают, что они делают и почему получается книга иногда хорошая, а иногда плохая. И я думаю, что чем короче книга, тем меньше вранья».

  И в этой части у Кинга полный провал. Ни один человек не научится писать романы по Кингу. Кинг не подскажет ни как создавать сюжет, ни как создавать персонажей, ни как связывать все вместе.
  Основные советы Кинга связаны с использованием языка: удалить наречия и атрибуцию диалогов.
  

  
  «Второй совет, который я хочу вам дать перед переходом к следующему уровню ящика, звучит так: Наречие вам не друг».

  Использовать активные глаголы.
  

  
  «Глаголы бывают двух типов: активные и пассивные. Глаголы первого типа – это когда подлежащее предложения что-то делает. Пассивный глагол – это когда с ним что-то, делают, а подлежащее просто допускает, чтобы это произошло. Пассивного залога надо избегать».

  Использовать в описании детали:
  

  
  «Для меня хорошее описание обычно состоит из нескольких точно выбранных деталей, которые заменяют все остальное. Как правило, это те детали, которые первые приходят на ум. И они точно пригодятся для начала. Если захотите, потом сможете их переменить, добавить, убрать – это можно, для того и придумано переписывание. Но, думается мне, вы сами поймете, что почти всегда первые увиденные детали – самые лучшие и точные».
  
  «Я не слишком в восторге от исчерпывающих описаний всех физических характеристик героев книги и их одежды (меня лично инвентаризация гардероба раздражает; если мне захочется прочитать описание шмоток, я закажу каталог универмага). Мне мало припоминается случаев, когда приходилось описывать внешний вид героев моих книг – я скорее предоставляю читателю домысливать лица, телосложение и одежду. Если я вам сообщаю, что Кэрри Уайт – изгой школы с плохим цветом лица и одета как типичная жертва, вы ведь можете додумать остальное?»

  О диалогах:
  

  
  «Давайте поговорим еще чуть-чуть о диалоге – звуковой дорожке нашей программы. Именно диалог дает вам возможность услышать голоса героев, и ничто другое не позволяет так определить их характеры – только дела людей говорят о них больше, чем их слова, и разговор – вещь коварная: часто они (говорящие) показывают себя другим с неожиданной стороны, сами того не зная».
  
  «Я настаиваю, чтобы наречия в атрибуции диалогов использовались только в редчайших и самых особых случаях.., и тогда чтобы не использовались, если сможете без них обойтись».
  «Мы в школьные годы играли в салонную игру, где надо было придумывать смешные (или хотя бы полусмешные) свифтики. Помню: «Вы прекрасно пукаете, леди», – сказал он, набравшись духу или «Я – пиротехник», – ответил он, вспыхнув».

  О необходимости показывать, а не рассказывать:
  

  
  «Вы скажете, что можно прямо изложить: так и так, главный герой, мистер Бате, никогда в школе особо не успевал, и даже не слишком много вообще туда ходил, но то же самое можно показать куда живее через его речь.., а одно из главных правил хорошей беллетристики таково: никогда не рассказывай того, что можешь показать».
  
  «Она на самом деле героиня, женщина в осаде, которая пытается выжить во враждебном мире, населенном наглыми отродьями. Мы видим ее опасные перепады настроений, но я старался никогда не говорить прямо: «В этот день у Энни было настроение депрессивное со склонностью к самоубийству» или «В этот день Энни была довольна». Если я вынужден такое сказать – это поражение. Но если мне удается показать вам молчаливую женщину с грязными волосами, судорожно поглощающую конфеты и печенье, а вы заключите, что Энни находится в депрессивной фазе маниакально-депрессивного психоза, – это моя победа».

  Вторая группа советов Кинга связана с организацией работы. Писать по 2000 слов (14-15 тыс. знаков на английском) в день, без выходных. и работать в комнате с закрытой дверью.
  

  
  «Проблема в том, что, помогая тебе сочинять, он одновременно тебя убивает. Возвращаясь к теме, я думаю, что первый вариант книги – даже длинной – должен занимать не более трех месяцев – длительность времени года».
  
  «Если дольше, то вещь – по крайней мере для меня – приобретает странное ощущение чуждости, как посылка из румынского департамента общественных дел или передача на коротких волнах в период магнитной бури.. Я люблю делать десять страниц в день, что составляет 2000 слов. Это 180 000 слов за три месяца, вполне приемлемый объем книги – такой, в которую читатель может с удовольствием погрузиться полностью, если вещь хорошо сделана и остается свежей».
  
  «Теперь поговорим насчет переписывания – сколько переписывать и сколько делать вариантов? Для меня правильным ответом всегда было два черновых варианта и беловой (с появлением текстовых редакторов беловой вариант почти превратился в третий черновой)».

  После написания первого чернового варианта нужно отложить его в сторону на шесть недель.
  

  
  «После шестинедельного периода восстановления вы также сможете заметить все зияющие дыры сюжета и развития характеров. Я говорю о таких дырах, в которые трактор проедет. Просто удивительно, как некоторые вещи ускользают от внимания писателя, когда он занят ежедневной рутиной сочинительства».

  Такая лаконичность Кинга в описании «как писать книги» связана с его творческим методом, который он и описывает.
  С его точки зрения автор не придумывает романы, он только лишь пытается открыть эти сюжеты, которые существуют до того как писатель о них подумал. Кинг об этом не говорит, но это классическая теория об «эйдосах» Платона. Кинг использует другой образ - раскопки окаменелостей:
  

  
  «Рассказы и романы – это не сувенирные футболки или деревянные футболисты. Это реликты, остатки неоткрытого ранее существовавшего мира. Дело писателя – с помощью инструментов из своего ящика достать их из земли, повредив как можно меньше. Иногда окаменелость маленькая, просто ракушка. Иногда огромная, тираннозавр-Рекс со всеми своими гигантскими ребрами и оскаленными зубами».
  
  «Лучше всего мне здесь выразиться со всей доступной мне ясностью, чтобы вы поняли: мое глубокое убеждение – вещи не пишут, они сами пишутся. Работа писателя состоит в том, чтобы дать им место, где расти (и записать, конечно). Если вы примете эту точку зрения (или хотя бы попытаетесь принять), нам будет просто вместе работать».
  
  «Когда пишешь вещь, ты рассказываешь ее сам себе. Когда переписываешь, главная твоя работа – убрать все, что к вещи не относится».

  Как же тогда Кинг пишет романы, если он даже не знает, что он там раскапывает?
  А он использует конфликт, который называет «ситуацией».
  

  
  «Достаточно сильная ситуация вообще снимает весь вопрос о сюжете, что меня вполне устраивает».
  
  «Одни книги порождены простыми идеями, другие – посложнее, но почти все они начинаются с простотой магазинной витрины или восковой панорамы. Я ставлю группу персонажей (или пару их, или даже одного) в трудную ситуацию и смотрю, как они будут выпутываться. Моя работа – не помогать им выпутываться или вести их на ниточках в безопасное место – такая работа требует грохота отбойного молотка сюжета, – а смотреть и записывать, что будет происходить».
  
  «Что, если на небольшую деревушку в Новой Англии нападут вампиры? («Жребий») Что, если полисмен в захолустном городке Невады взбесится и станет убивать всех, кто попадется на глаза? («Безнадега») Что, если уборщица, подозреваемая в убийстве, которое ей сошло с рук (своего мужа), попадает под подозрение в убийстве, которого она не совершала? (Своего нанимателя.) («Долорес Клэйборн»)»

  Такой творческий метод Кинга приводит к специфической технике написание романов.
  Обычно Кинг пишет черновик романа за три месяца, на втором этапе он занимается переписыванием — выясняет о чем книга которую написал. Да-да! Именно так. После того как он выясняет о чем книга, он начинает ее изменять в соответствии с выявленной идеей. Изменяет сюжет, убирает и добавляет персонажей, изменяет детали и т.д.
  

  
  «Смысл, или один из смыслов, работы над вторым-вариантом – сделать это «что-то» более ясным. Могут потребоваться большие изменения или пересмотры. Выгода для вас и вашего читателя – в большей ясности и большей цельности вещи Это никогда не подводит».

  Интересное замечание о «предыстории», то есть о том, что было в жизни персонажей до начала произведения и их мотивациях. Это же касается флешбеков.
  

  
  «Главное, что нужно помнить насчет предыстории, это: а) у каждого есть своя история и б) в ней мало интересного. Держитесь тех частей, что представляют интерес, а остальные не трогайте».

  Еще важное замечание о соответствии создаваемой литературной реальности и ее реального прототипа. Например, насколько описанная в романе жизнь полицейского департамента соответствует реальной деятельности.
  

  
  «Нам надо немного поговорить об исследовании, которое является специальным случаем предыстории. И прошу вас, если вам действительно нужно выполнить исследование, потому что в некоторых местах вашего произведения речь идет о том, что вы знаете мало или не знаете вообще, не забывайте приставку пред. К этому и относится исследование: настолько далеко в предысторию, насколько сможете забраться. Вас лично может заинтересовать информация о разлагающих плоть бактериях, канализационной системе Нью-Йорка, интеллектуальном потенциале щенят колли, но вашим читателям, наверное, гораздо интереснее ваши действующие лица и само действие».
  
  «Чего я ищу – это капельки достоверности, как щепотки пряностей, которые добавляешь в хорошие спагетти, чтобы придать им законченность. Чувство реальности важно в любом беллетристическом произведении, но я считаю, что особо оно важно там, где речь идет о явлениях аномальных и паранормальных».

  Третий элемент книги связан с жизненным кредо Кинга как писателя и человека, что тоже познавательно и полезно.
  

  
  «Покупателей книг в массе не привлекают литературные достоинства романа, им нужна хорошая книга, чтобы взять с собой в самолет, что-то такое, что сначала захватит, потом затянет и заставит переворачивать страницы до конца. Это, по-моему, случается тогда, когда читатель узнает людей из книги, их манеру поведения, их окружение и их речь. Когда читатель слышит сильное эхо собственной жизни и собственных убеждений, он скорее готов погрузиться в повествование».
  
  «Пишите что хотите, потом пропитайте это жизнью и сделайте уникальным, добавив ваше знание жизни, дружбы, любви, секса и работы. Особенно работы – люди любят читать о работе».

  О типичных персонажах и жизни
  

  
  «И важно еще помнить, что в жизни никто не бывает «отрицательным персонажем», или «лучшим другом», или «шлюхой с золотым сердцем». В жизни каждый из нас считает себя главным героем, протагонистом, важной шишкой, камера на нас смотрит, подруга. Если вы учтете это в своей работе, то вам, может, и, не станет легче создавать блестящие характеры, но зато труднее будет создавать характеры одномерные, которыми кишит попсовая литература».

  О главных темах для писателя:
  

  
  «Не верю я, что любой романист, даже написавший сорок с лишним книг, имеет много идейных интересов. У меня у самого их много, но только несколько настолько глубоки, что могут лечь в основу романа. Эти глубокие интересы (совсем одержимостями я бы их не назвал) включают то, насколько трудно – может быть, невозможно! – закрыть технологический ящик Пандоры («Противостояние», «Томминокеры», «Воспламеняющая взглядом»); вопрос о том, почему, если есть Бог, случаются такие страшные вещи («Противостояние», «Безнадега», «Зеленая миля»), тонкая линия между реальностью и фантазией («Темная половина», «Мешок с костями», «Извлечение троих»), а более всего – страшная притягательность, которую иногда имеет насилие для хороших в основе своей людей («Сиянием, „Темная половина”). И еще я пишу снова и снова о фундаментальной разнице между детьми и взрослыми и о целительной силе людского воображения».

  Один из основных советов писателям:
  

  
  «Нужно читать побольше, постоянно при этом оттачивая (и перетачивая) собственные работы. У меня в голове не укладывается, когда люди, которые читают мало (а бывает, и совсем ничего), считают себя писателями и ждут, что публике понравится ими написанное, но я знаю: такое бывает».
  «Чтение – творческий центр жизни писателя. Я, куда бы ни шел, беру с собой книгу и всегда нахожу самые разные возможности в нее зарыться».
  
  «Если «Много читать, много писать» – Великая Заповедь (а я вас уверяю, что так оно и есть), то сколько это – много?»

  В соответствии с творческим методом Кинга «откапывание окаменелостей» писательские курсы бесполезны:
  Цитата
  

  
  «Меня часто спрашивают, может ли, по моему мнению, начинающий автор получить пользу от курсов и семинаров. Те, кто об этом спрашивает, чаще всего ищут магическую пулю, или секретный ингредиент, или волшебное перо Дамбо, а ничего из этого в классах и коридорах не найдешь, как бы ни заманивали проспекты. Я лично сомневаюсь в действенности курсов для писателей, но я не против них».

  И личное кредо Кинга:
  

  
  «Писательство – это не зарабатывание денег, не добыча славы, женщин или друзей. Это в конечном счете обогащение жизни тех, кто читает твою работу, и обогащение собственной жизни тоже. Оно чтобы подняться вверх, достать, достичь».
  
  «Я писал, потому что не писать не мог».

  Как итог, книга Кинга «Как писать книги» не является в какой -либо степени учебником, способным научить начинающего автора создавать романы, как Стивен Кинг.
  Но эта работа позволяет думающему писателю обратить внимание на некоторые стороны как писательской техники, так и отношения к писательству, как к профессии.
  P.S.
  Эту рецензию я написал в 2013 году, когда только начинал исследовать жанр обучающей литературы для писателей. С тех пор были изучены несколько десятков учебников, пособий, исследований, отчетов и прочего. В их числе были несколько «учебников» от других успешных писателей: Марио Варга Льоса, Рей Брэдбери, Энн Ламотт, Умберто Эко, Натали Голдберг, Колинн Уилсон. Также были изучены работы российских авторов: Максима Горького, Николая Басова, Юрия Никитина, Александра Митты.
  В 2015 году в качестве промежуточного итога я подготовил статью «Почему хорошие писатели не могут написать хорошие учебники для начинающих писателей», в которой подвел итоги исследования пособий, написанных успешными авторами художественной прозы. Статью можно прочитать в конце рецензии по ссылке.
  Поэтому, давая сейчас оценку книге Стивена Кинга, отмечу, что его пособие для писателей типично для популярных авторов по поднятым темам, структуре, отношению к писательству. Эти работы плохо структурированы, им не хватает актуальности. Известных авторов больше волнуют личные проблемы («автор и популярность», «творческий кризис», «автор и его миссия»), чем соотношение сюжета и героя, выбора точки зрения, или структуры сцены.
  Поэтому не стоит многого требовать от таких книг. Они интересны в первую очередь для фанатов. Часть начинающих писателей можно получить заряд вдохновения и бодрости. А учиться писать художественную литературу, под которой чаще всего подразумеваются жанровые романы, лучше по книгам авторов, специализирующихся в области обучения начинающих писателей.

  12 понравилось

  0

  451