Рецензия на книгу

• 

  Sukhnev

  21 февраля 2019

  в переписке с Трояном сердечко возле ника.

  Потеряв родного отца в раннем возрасте, Плиний был усыновлён своим дядей, известным в римском обществе писателем-эрудитом. Эта веха его биографии позволила ему получить качественное образование и в будущем стать мастеровитым адвокатом, заняв место в одном ряду с Тацием.

  Как и в эпистолях других авторов, значительная часть писем Плиния – повседневные и рутинные общественные сообщения, не представляющие чего-либо интересного и значимого для широкого круга читателей. И только от вашего внимания зависит сколько полезного материала вы сможете найти, сколько интересных мыслей записать в свой блокнот и какие выводы по эпохе сделать.

  Интересы Плиния: литература, история, юриспруденция, риторика, etc.

  Его собеседники: Тацит, Светоний, Троян, etc.

  Наслаждаясь природой и уединением, он расскажет вам о привидении, тем самым создаст в своём письме мини-хоррор-историю, у которой есть экспозиция, завязка, кульминация и развязка. Своему другу Тациту он красочно опишет гибель Помпеи, свидетелем которой он был в юности и это описание, безусловно несет в себе огромную историческую ценность. Даст характеристику своему времени и назовёт его временем выгодной бездетности, показав как за одинокими стариками выстраиваются очереди из жаждущих наследства. Всё вышеперечисленное – очень интересно и познавательно. И, естественно, вы можете найти в его письмах еще не один десяток подобных историй и эпизодов.

  Так же письма Плиния будут полезны людям, грезящим адвокатским будущим, или просто желающим стать хорошими ораторами:

  Судей надо убедить: поэтому все, что пойдёт на пользу клиенту следует «вдалбливать, вбивать, повторять», однако делать это разнообразно, ведь на разных людей действует разное.

  Не надо гнаться за краткостью: «как всякая хорошая вещь, так и хорошая речь тем лучше, чем больше».

  Мало обращаться к разуму: надо затронуть чувство — речь должна дышать «силой, горечью, настойчивостью.

  Но перейдём к более важной, на мой взгляд, части его писем и произведений. Это переписка с Трояном и посвящённый ему панегирик.

  В переписке можно увидеть две личины Плиния: 1 – лизоблюд, бесконечно выпрашивающий должности себе и гражданство друзьям; 2 – образованный человек, попавший в захлебывающуюся от коррупции провинцию и пытающийся хоть как-нибудь навести в ней порядок. Проблем в Вифинии было так много, что их перечисление заняло бы большую часть моей работы, поэтому этот момент мы опустим. Скажем только то, что Плинию так и не удалось вернуться оттуда живым.

  В своём панегирике он заявляет о том, что Траян дан Риму соизволением Богов и всячески его расхваливает, например так:

  
  Не было еще до сих пор человека, у которого его доблести не затмевались бы от близкого соседства с какими-нибудь пороками. Наоборот, какое удивительное согласие всяких похвальных качеств, какое гармоническое сочетание всяких доблестей видим мы в нашем принцепсе! Ни жизнерадостность его не вредит строгости его нравов, ни простота в обращении не умаляет его достоинства, ни гуманная его снисходительность не идет у него в ущерб его величию. А его бодрость, а статная фигура, величественная голова и полное достоинства лицо и ко всему этому цветущий возраст, без физической слабости, но в то же время не без некоторых ранних признаков старости, дарованных ему богами как бы нарочно для того, чтобы придать больше величия его царственной осанке! Разве все это не делает для всех очевидным, что он истинный, прирожденный государь?
  Расшаталась дисциплина в войске, но лишь для того, чтобы ты явился ее исправителем; показан был наихудший пример в истории, но лишь для того, чтобы противопоставить ему наилучший; наконец, принцепс был вынужден предать смерти людей, которых он не хотел убивать, но это для того, чтобы создать такого принцепса, к которому невозможно было применить принуждение.

  Не знаю как вам, но мне это представляется диким раболепием и единственное оправдание, которое я этому вижу – речь в первоначальном виде такой не была, и приобрела настолько восторженный вид только благодаря позднему литературному оформлению.

  5 понравилось

  831