Рецензия на книгу

В глубинах полярных морей

И. А. Колышкин

(0)

JohnMalcovich
16 января 2019

Иван Александрович Колышкин – командир второго дивизиона бригады подводных лодок Северного флота, капитан второго ранга.
Мягко, но настойчиво в своих мемуарах Иван Александрович проливает свет на многие тонкости работы подводников, происхождение определенных и весьма сомнительных традиций подводного флота. Критика вполне обоснована: он рассказывает о том, как лодки среднего класса заставляли выполнять сложные задания возле шхер и самого берега, хотя для таких задач предназначались лодки типа «малютка». Перед атакой необходимо было менять у торпед установку глубины. Для этого торпеды нужно доставать из аппаратов. В лодочной тесноте это совсем не просто — почти голыми руками извлекать из узких труб восьмиметровые стальные сигары. Но что поделаешь, другого выхода нет. К экипажам подводных лодок доверия не было от слова «никогда». Несмотря на то, что по штату на борту лодки находился комиссар, это ничего не значило. Командиры вынуждены были фотографировать через перископ результаты атаки, а это означало практически стопроцентное попадание под бомбардировку глубинными бомбами противника. Из штаба периодически приходили новые идиотские распоряжения. Целый месяц подлодкам могли запретить плавать в подводном положении. Для контроля за выполнением этого дикого приказа, на лодках присутствовали представители штаба, что нивелировало уважительное отношение экипажа к своему командиру. «Приборов ночного видения не было. Года за два до войны, говорят, испытывали на Черноморском флоте пробные образцы таких приборов. Но какой-то высокопоставленный невежда заявил, что флот не нуждается в подобной затее. И сейчас мы, что называется, ломаем глаза.»
О перевернутой с ног на голову традиции подлодок по возращении на базу возвещать о своих победах соответствующим количеством выстрелов: впервые выстрелом отметили свою победу именно артиллеристы-комендоры лодки под руководством Гаджиева. Комендоры потопили вражеские суда из судового орудия в надводном положении. Тем самым, было доказано, что орудие на палубе подлодок не просто украшение, а грозное оружие в опытных руках. Но, неизвестно по какой причине, о доблести именно комендоров было быстро забыто и каждой лодки навязали традицию, выстрелами кричать о числе пораженных вражеских целей, по возвращению на базу. Но лодки, иногда отправляли на задания, в ходе которых им предстояло играть роль настоящих боевых рейдеров. Своим артиллерийским орудием лодка должна была разгонять вражеские корабли! А ведь, как пишет Колышкин «если перед лодкой ставится задача по прикрытию своих коммуникаций от надводных сил, то в расчет должно приниматься лишь ее торпедное вооружение. Противник может послать для рейдерства корабль не менее чем крейсерского класса. А против такого корабля глупо даже пытаться применить артиллерию. Артиллерия нужна для самообороны при вынужденном всплытии или для удара по транспортам, не добитым торпедами…»
О союзниках
Смешно слышать слово «союзники» в отношении тех самых стран, которые не хотели пропускать наши боевые корабли из Балтики в Северное море. Именно из-за этого пришлось построить Беломорско-Балтийский канал. Колышкин описал несколько случаев, когда наши подводные лодки были потоплены американцами. «Чья была эта лодка, причинившая нам жестокий и подлый удар? Немцев здесь быть не могло. В этих водах плавали лишь подводные корабли американцев, да еще могли оказаться тут японцы, ведущие боевые действия против США. Стало быть, удар могла нанести либо лодка союзной Америки, либо лодка нейтральной по отношению к нам Японии. Возможно, это была непреднамеренная ошибка. То ли американцы приняли нашу лодку за японскую, то ли японцы за американскую. Но и в том и в другом случае ошибку нельзя отнести к разряду чистых случайностей. Ответственность за обеспечение перехода наших лодок лежала на военно-морских силах США. Беспечность и болтливость американцев, с одной стороны, нечеткость системы оповещения и недостаточность мер по обеспечению безопасности перехода, с другой — создавали благоприятные предпосылки для подобной ошибки (а может быть, и не ошибки).»
Когда Советскому Союзу передали несколько подводных кораблей в счет взаимозачета итальянского флота, то одна из четырех лодок не дошла до советского порта. Неизвестно, что произошло с ней, но зона ответственности снова была на совести «союзников».

2 понравилось
0
258

Комментарии 0

Ваш комментарий

, чтобы оставить комментарий.

Рецензия на книгу

В глубинах полярных морей

И. А. Колышкин

(0)

JohnMalcovich
16 января 2019

Иван Александрович Колышкин – командир второго дивизиона бригады подводных лодок Северного флота, капитан второго ранга.
Мягко, но настойчиво в своих мемуарах Иван Александрович проливает свет на многие тонкости работы подводников, происхождение определенных и весьма сомнительных традиций подводного флота. Критика вполне обоснована: он рассказывает о том, как лодки среднего класса заставляли выполнять сложные задания возле шхер и самого берега, хотя для таких задач предназначались лодки типа «малютка». Перед атакой необходимо было менять у торпед установку глубины. Для этого торпеды нужно доставать из аппаратов. В лодочной тесноте это совсем не просто — почти голыми руками извлекать из узких труб восьмиметровые стальные сигары. Но что поделаешь, другого выхода нет. К экипажам подводных лодок доверия не было от слова «никогда». Несмотря на то, что по штату на борту лодки находился комиссар, это ничего не значило. Командиры вынуждены были фотографировать через перископ результаты атаки, а это означало практически стопроцентное попадание под бомбардировку глубинными бомбами противника. Из штаба периодически приходили новые идиотские распоряжения. Целый месяц подлодкам могли запретить плавать в подводном положении. Для контроля за выполнением этого дикого приказа, на лодках присутствовали представители штаба, что нивелировало уважительное отношение экипажа к своему командиру. «Приборов ночного видения не было. Года за два до войны, говорят, испытывали на Черноморском флоте пробные образцы таких приборов. Но какой-то высокопоставленный невежда заявил, что флот не нуждается в подобной затее. И сейчас мы, что называется, ломаем глаза.»
О перевернутой с ног на голову традиции подлодок по возращении на базу возвещать о своих победах соответствующим количеством выстрелов: впервые выстрелом отметили свою победу именно артиллеристы-комендоры лодки под руководством Гаджиева. Комендоры потопили вражеские суда из судового орудия в надводном положении. Тем самым, было доказано, что орудие на палубе подлодок не просто украшение, а грозное оружие в опытных руках. Но, неизвестно по какой причине, о доблести именно комендоров было быстро забыто и каждой лодки навязали традицию, выстрелами кричать о числе пораженных вражеских целей, по возвращению на базу. Но лодки, иногда отправляли на задания, в ходе которых им предстояло играть роль настоящих боевых рейдеров. Своим артиллерийским орудием лодка должна была разгонять вражеские корабли! А ведь, как пишет Колышкин «если перед лодкой ставится задача по прикрытию своих коммуникаций от надводных сил, то в расчет должно приниматься лишь ее торпедное вооружение. Противник может послать для рейдерства корабль не менее чем крейсерского класса. А против такого корабля глупо даже пытаться применить артиллерию. Артиллерия нужна для самообороны при вынужденном всплытии или для удара по транспортам, не добитым торпедами…»
О союзниках
Смешно слышать слово «союзники» в отношении тех самых стран, которые не хотели пропускать наши боевые корабли из Балтики в Северное море. Именно из-за этого пришлось построить Беломорско-Балтийский канал. Колышкин описал несколько случаев, когда наши подводные лодки были потоплены американцами. «Чья была эта лодка, причинившая нам жестокий и подлый удар? Немцев здесь быть не могло. В этих водах плавали лишь подводные корабли американцев, да еще могли оказаться тут японцы, ведущие боевые действия против США. Стало быть, удар могла нанести либо лодка союзной Америки, либо лодка нейтральной по отношению к нам Японии. Возможно, это была непреднамеренная ошибка. То ли американцы приняли нашу лодку за японскую, то ли японцы за американскую. Но и в том и в другом случае ошибку нельзя отнести к разряду чистых случайностей. Ответственность за обеспечение перехода наших лодок лежала на военно-морских силах США. Беспечность и болтливость американцев, с одной стороны, нечеткость системы оповещения и недостаточность мер по обеспечению безопасности перехода, с другой — создавали благоприятные предпосылки для подобной ошибки (а может быть, и не ошибки).»
Когда Советскому Союзу передали несколько подводных кораблей в счет взаимозачета итальянского флота, то одна из четырех лодок не дошла до советского порта. Неизвестно, что произошло с ней, но зона ответственности снова была на совести «союзников».

2 понравилось
0
258

Комментарии 0

Ваш комментарий

, чтобы оставить комментарий.

Рецензия на книгу

В глубинах полярных морей

И. А. Колышкин

(0)

JohnMalcovich
16 января 2019

Иван Александрович Колышкин – командир второго дивизиона бригады подводных лодок Северного флота, капитан второго ранга.
Мягко, но настойчиво в своих мемуарах Иван Александрович проливает свет на многие тонкости работы подводников, происхождение определенных и весьма сомнительных традиций подводного флота. Критика вполне обоснована: он рассказывает о том, как лодки среднего класса заставляли выполнять сложные задания возле шхер и самого берега, хотя для таких задач предназначались лодки типа «малютка». Перед атакой необходимо было менять у торпед установку глубины. Для этого торпеды нужно доставать из аппаратов. В лодочной тесноте это совсем не просто — почти голыми руками извлекать из узких труб восьмиметровые стальные сигары. Но что поделаешь, другого выхода нет. К экипажам подводных лодок доверия не было от слова «никогда». Несмотря на то, что по штату на борту лодки находился комиссар, это ничего не значило. Командиры вынуждены были фотографировать через перископ результаты атаки, а это означало практически стопроцентное попадание под бомбардировку глубинными бомбами противника. Из штаба периодически приходили новые идиотские распоряжения. Целый месяц подлодкам могли запретить плавать в подводном положении. Для контроля за выполнением этого дикого приказа, на лодках присутствовали представители штаба, что нивелировало уважительное отношение экипажа к своему командиру. «Приборов ночного видения не было. Года за два до войны, говорят, испытывали на Черноморском флоте пробные образцы таких приборов. Но какой-то высокопоставленный невежда заявил, что флот не нуждается в подобной затее. И сейчас мы, что называется, ломаем глаза.»
О перевернутой с ног на голову традиции подлодок по возращении на базу возвещать о своих победах соответствующим количеством выстрелов: впервые выстрелом отметили свою победу именно артиллеристы-комендоры лодки под руководством Гаджиева. Комендоры потопили вражеские суда из судового орудия в надводном положении. Тем самым, было доказано, что орудие на палубе подлодок не просто украшение, а грозное оружие в опытных руках. Но, неизвестно по какой причине, о доблести именно комендоров было быстро забыто и каждой лодки навязали традицию, выстрелами кричать о числе пораженных вражеских целей, по возвращению на базу. Но лодки, иногда отправляли на задания, в ходе которых им предстояло играть роль настоящих боевых рейдеров. Своим артиллерийским орудием лодка должна была разгонять вражеские корабли! А ведь, как пишет Колышкин «если перед лодкой ставится задача по прикрытию своих коммуникаций от надводных сил, то в расчет должно приниматься лишь ее торпедное вооружение. Противник может послать для рейдерства корабль не менее чем крейсерского класса. А против такого корабля глупо даже пытаться применить артиллерию. Артиллерия нужна для самообороны при вынужденном всплытии или для удара по транспортам, не добитым торпедами…»
О союзниках
Смешно слышать слово «союзники» в отношении тех самых стран, которые не хотели пропускать наши боевые корабли из Балтики в Северное море. Именно из-за этого пришлось построить Беломорско-Балтийский канал. Колышкин описал несколько случаев, когда наши подводные лодки были потоплены американцами. «Чья была эта лодка, причинившая нам жестокий и подлый удар? Немцев здесь быть не могло. В этих водах плавали лишь подводные корабли американцев, да еще могли оказаться тут японцы, ведущие боевые действия против США. Стало быть, удар могла нанести либо лодка союзной Америки, либо лодка нейтральной по отношению к нам Японии. Возможно, это была непреднамеренная ошибка. То ли американцы приняли нашу лодку за японскую, то ли японцы за американскую. Но и в том и в другом случае ошибку нельзя отнести к разряду чистых случайностей. Ответственность за обеспечение перехода наших лодок лежала на военно-морских силах США. Беспечность и болтливость американцев, с одной стороны, нечеткость системы оповещения и недостаточность мер по обеспечению безопасности перехода, с другой — создавали благоприятные предпосылки для подобной ошибки (а может быть, и не ошибки).»
Когда Советскому Союзу передали несколько подводных кораблей в счет взаимозачета итальянского флота, то одна из четырех лодок не дошла до советского порта. Неизвестно, что произошло с ней, но зона ответственности снова была на совести «союзников».

2 понравилось
0
258

Комментарии 0

Ваш комментарий

, чтобы оставить комментарий.