Пятый персонаж
Робертсон Дэвис
0
(0)
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.
Робертсон Дэвис
0
(0)

Если бы мне пришлось выбирать слово, которое охарактеризует весь роман, я бы взяла «иронию».
В чем заключается сюжет. Старый и довольно оригинальный учитель уходит на пенсию, и по этому поводу в местной газетёнке «Хроника колледжа» выходит заметка, в которой он выглядит ничего не добившимся чудаком. Эта информация, довольно болезненная на заре активной жизни, мотивирует его на написание письма-автобиографии.
Он знает, что мало кто даст ему «ведущую партию», но боится быть забытым, поэтому берет на себя роль, поднимающую его в собственных глазах гораздо выше... он становится тем, кто направляет судьбу и создает драму там, где могла быть пустота. Не зря он выбрал профессией преподавание истории, а хобби — агиографию (изучение жития святых): есть что-то в его натуре, заставляющее всегда делать выбор в пользу прошлого. Мастер сопоставления причинно-следственных связей стародавних происшествий, он начинает повествование со снежка и этим судьбоносным снежком всё и заканчивает. В течение шестидесяти лет, отделяющих эти события, он влиял на историю своих выдающихся друзей, знал себя и был непревзойденным психологом, не используя, однако, этот дар непосредственно, жил духовной жизнью, которую среднему человеку тяжело и представить, разговаривал с Дьяволом и даже поймал его за нос... Уже малость неправдоподобно, не находите? Дальше — интересней.
Что представляет собой его легенда в целом? Почему всех так огорчает финал? Может, это глупо, но мне кажется, что так и было задумано. Не смотри на текст, смотри на человека, который его написал. Мы видим много стремлений и надежд, крушение которых наш герой старательно оправдывает. Сначала это получается легко и естественно, но потом ему приходится всё больше выдумывать. Данстан Рамзи абсолютно не сделал карьеры, не построил семьи, не сколотил капитал, несмотря на помощь невероятно богатых знакомых, и до старости лет продолжал витать в облаках. Чем можно адекватно это объяснить?! К концу книги всё становится очень неправдоподобным.
Покажу в действии, как он собирает пазл своих убеждений. Самой интересной темой в этом произведении для меня было исследование психологии религии, которому главный герой посвящал всё свободное время. Почему люди верят в чудеса? Кто те святые, которым они поклоняются? Целью поиска была Мадонна, которая привиделась ему на поле боя, в ней были все ответы... Годы шли, и в какой-то момент он понял, что и эта цель для него недостижима, и "случайно нашел" на выставке то, что искал. Конечно же, ни в каких каталогах эта Мадонна не значится, а фотографировать там не разрешали, поэтому доказательств у него нет... но он сделал выводы... которые слово в слово соответствовали тому, что говорили ему еще в самом начале люди, этим вопросом никогда не занимающиеся. Капитуляция? Рамзи не в силах это признать, поэтому с завидной периодичностью упоминает свои труды в этой области, которые ему самому ничего не принесли, но доказывают, что он не совсем дилетант.
Последнее, что нередко вызывает недоумение, — почему он пишет именно директору. На это можно задать встречный вопрос: почему легче исповедаться незнакомцу на улице или в баре? Директор колледжа — человек, с которым его не связывают дружеские отношения, у него нет фактов, подтверждающих и опровергающих то, о чем историк собирался рассказать, и его мнение в любом случае не сможет больно ранить или задеть. Плюс, условия его назначения давали Данстону Рамзи моральное право смотреть на него свысока, даже с некоторым презрением: пришел на всё готовенькое, когда кризис миновал; а тот факт, что он начальник, а не рядовой сотрудник, придает этой исповеди какой-то смысл.
Как оценить это произведение? При всей его скучности, общая задумка необычная. Здесь каждый читатель найдет себе то, в чем его обломают. Уже заинтересовались? Тогда смело беритесь за чтение, может, именно Вас затянет в этот серый мир маленьких людей, которые видят себя Пятыми персонажами в драмах чужих жизней.