Рецензия на книгу

• 

  Penelopa2

  13 декабря 2018

  Да, интересно читать о судьбах людей, живших в самом знаменитом доме Москвы, а то и всего Советского Союза. Стены дома – живая история нашей страны. Хотя даты смерти многих именитых жильцов странно похожи…

  Но если вдуматься, то зловещая судьба Дома на набережной не имеет отношения к основной идее романа. Пожалуй, Дом как таковой не так уж и важен. Всегда, в любом обществе есть люди, обладающие определенной властью. Это может быть власть от чина, власть от денег, власть от силы. В любом случае это власть, данная извне и отношение к таким людям - испуганно-презрительное. Их боятся, но в глубине души не уважают, презирают и ненавидят.

  Тем не менее, они живут в обществе и вынуждены с этим обществом общаться. Можно конечно отгородиться забором , рублевской или кремлевской стеной, но «жить в обществе и быть свободным от общества нельзя»

  Так и пересеклись пути Левки Шулепникова и Вадьки Глебова, Батона. Один – обласканное дитя из семьи при власти, второй – из обыкновенной семьи, но очень хочется быть с теми, кто выше. У одного - квартира в элитном доме с гувернанткой и дворянским укладом , у другого – мать-билетерша и возможность провести одноклассников без билета, заполучив хоть на время маленькое право дарить и миловать. Как легко спроецировать это соотношение сил на наше время, ничего не меняется. Один проводит каникулы на Багамах, другой – на трех звездочках в Турции. Вроде и заграница, и можно почувствовать свое превосходство над теми, кто отдыхает в деревне Гадюкино, но по сравнению с Багамами хиленькая какая-то заграница.

  Именно поэтому сейчас , именно в 2018 году, разочаровывает финал этого противостояния

  Глебов добился каких-то успехов и процветает, Шулепников, лишившийся сильной поддержки спился и подвизается на кладбище землекопом, по представлению обывателя ниже падать некуда. Слишком прямолинейно и поучительно. Автор в какой-то степени выражает чаяния масс, именно такого финала требовали настроения 70-х. Сам Глебов ощутимо потерпел моральное поражение. Но дело-то в том, что это для читателя понятно, что Батон деградировал так же, как и Шулепа, Глебов же пребывает в полной уверенности, что жизнь удалась. Более того, вспоминая свое прошлое он все больше и больше уверяет себя и читателя, что никаких особенных и неособенных подлостей он не совершал. Просто потому что «повезло» – очень удачно умерла бабушка, не пришлось делать выбор, не пришлось идти на Голгофу саморазоблачения, а то, что в голове крутилось при этом – так поди узнай, что у кого крутится… Очень уж четко разграничивал Глебов свои бонусы и потери, проницательно заглядывая вдаль. Стипендия Пирогова есть стипендия, и даже если ее назовут тридцатью сребренниками, ее покупательная способность не изменится. Но душевный дискомфорт стоит многого, этот вариант тоже надо просчитать. Он хорошо умел считать, Вадька Батон.

  43 понравилось

  12

  1,6K