Рецензия на книгу

• 

  NatellaSperanskaya

  3 декабря 2018 г.

  Колму Тойбину в «Доме имен» особенно удались женские персонажи: Клитемнестра, Электра. Мужские выступают лишь в роли орудий. Но не орудий божественных волеизъявлений, как это было у великих греческих трагиков, а орудий мести, порожденной женщиной. Убийца Эгисф направляем рукой и словом Клитемнестры, мстящей за принесенную в жертву дочь, Орест подчиняется своей сестре Электре, одержимой мыслью отплатить матери за смерть отца. Уже не Аластор и не родовое проклятье властвует над супругой Агамемнона и не гнев Аполлона принуждает сына убить собственную мать.

  В «Доме имен» боги больше не говорят с людьми, им нет никакого дела до их земных распрей. Человек поднимает руку на человека, уже не советуясь с оракулом и не дожидаясь, когда боги вдохнут в него menos, наделив непобедимостью и отвагой. Кажется, только Электра на какое-то время сохраняет веру в богов и, окруженная тенями покойных Ифигении и Агамемнона, ждет возвращения Ореста, который исполнит их волю. Она говорит с мертвыми, ее мать Клитемнестра будет искать встречи с живыми: после смерти ее призрак станет бродить по коридорам замка, забывая имена всех, кого она когда-либо знала, и лишь одно единственное имя она будет повторять как молитву. Имя своего сына. Имя своего убийцы.

  И однажды завеса, отделявшая мир живых от мира мертвых, расстает. И сын увидит мать. А мать вспомнит свою смерть. Колм Тойбин, впрочем, описывает убийства, будто набрасывая штрихи. Живописует он лишь те кровавые сцены, которых нет ни у Эсхила, ни у Софокла, ни у Еврипида.

  Монолог Клитемнестры в самом начале романа («Я привыкла к запаху смерти») и монолог в царстве теней («Наступит время, когда тени обернут меня собою») настолько пронзительны, что их хочется читать вслух.

  2 понравилось

  1,3K