Рецензия на книгу

• 

  red_star28 ноября 2018 г.

  Роман воспитания о советских подростках в предвоенные годы. Стандартный, местами затянутый, так и просящий отнести его к young adult из-за достаточно розовых отношений главных героев. Однако личность автора искупает среднее качество самого текста – роман написан бывшим НТСовцем, репатриировавшимся в СССР из Аргентины в 1957. Любопытно именно такое преломление – идейный, вроде бы, враг советской власти решает бросить все и вернуться, а вернувшись – начинает писать, пытаясь в художественном тексте, вероятно, рассказать и о себе. И его публикуют.

  «Перекресток», судя по данным в интернете, вышел в 1962 и неоднократно переиздавался. Затем последовали еще три романа, один в 1968, еще два в 80-х. Судя по отзывам читателей, в поздних частях можно ожидать заметно больший накал обжигающей правды про войну, в «Перекрестке» же все чинно и благородно, так чинно и так благородно, что диву даешься. Нет, современный читатель увидит, конечно, некоторые осуждающие намеки про войну с Финляндией, почувствует шпильки в адрес наших людей, подрасчистивших магазины на Западной Украине при ее освобождении, не пройдет мимо отсылки и к появлению прибалтийской радиотехники в советских квартирах.

  Но, собственно, это и все. Само действие, как по волшебству, перескакивает из лета 36-го в весну 39-го, никаких отсылок к репрессиям почти до самого конца книги мы не увидим, да и потом это будет довольно конфузный эпизод при загородном купании, когда десятиклассники будут обсуждать один несправедливый арест при Ежове. Еще немного будет про перегибы с отказом от открытой критики нацистов после пакта, но тоже несмело очень.

  Удивляет именно это полное умолчание о репрессиях. В начале-середине (да и несколько позже) 60-х советская культурная продукция пестрела инвективами и рассуждениями разной степени пылкости о Сталине. Уместно вспомнить такие разные вещи, как "Живые и мертвые" Симонова (1959) и « «Каникулы Кроша» (1966). Шолохов писал-писал, да так и не дописал (но все же некоторые опубликовал) свои мысли о репрессиях в тех главах «Они сражались за Родину», что должны были стать первой частью романа. Киноэкран просто раскалялся от осуждения и низвергания. Однако же репатриированный автор рисует ровную картину, не выходя за стандартные рамки, так, легонько только. Не считал себя вправе это делать? Не мог нарушить условий сделки с советскими властями?

  Любопытно, что, судя по биографии автора, под Энском в книге описан Ставрополь (и даже топонимика это вроде бы подтверждает), но Слепухин помещает его на Украину, говорит об обязательном обучении украинскому в школах, да и состоят юноши и девушки в ЛКСМУ. Уж не вспоминал ли он о проводившейся и на Старополье в 30-е украинизации?

  Отдельное спасибо автору за культурные пласты. От материалов (этернит, который, как оказалось, и теперь в ходу) до песен («Тайга золотая», «Красноармейские частушки» о финнах, львовский джаз и «Песня смелых» на слова Суркова). Да и выражения "пети-мети" для денег я раньше не встречал. Любопытно и употребление автором слова "шалава" во вполне невинном контексте, мне кажется, что с тех пор это слово стало куда более сильным ругательством.

  В правильном, даже слишком правильном духе автор показывает, что советское общество, несмотря на имеющееся имущественное неравенство, некоторый элитизм второй половины 30-х, едино, никто, кроме довольно религиозной матери главного героя, не удивляется роману и планам на женитьбу между воспитанницей полковника и сыном рабочего. Это даже несколько занудно педалируется и повторяется, для запоминания, наверно.

  Трудно, трудно сказать, что роман хорош. Он слишком прост, в 1962 году, вероятно, смотрелся уже сильно устаревшим, детским. Любопытно, каким окажется второй, 1968 года издания.

  48

  1K