Лекция «Вечно актуальный Салтыков-Щедрин»
Дмитрий Быков
0
(0)
Рецензия на книгу
majj-s21 ноября 2018Аптека, Улица, Фонарь
Из всего наследия Михаила Евграфовича знаю только две сказки "Как один мужик двух генералов прокормил" и "Премудрый пескарь". Да "Историю одного города". Ни "Господ Головлевых", ни "Пошехонской старины" не прочитала. Не к тому. чтобы чваниться малообразованностью, романы брала в детстве, но сразу за тем и откладывала. А взрослой не прочла из суеверного страха. Какой такой страх? Да вот как раз в восемнадцать, когда своей волей взяла помянутые сказки, И так уж они оказались хороши, так непохожи на убогие мрачные одноименные мультики, какими Союзмультфильм пичкал в детстве, что захотелось и с Глуповым познакомиться не галопом-по-европам для школьной отметки, а прочитать.
Начала, поражалась тому, как это точно и насколько ничего не изменилось; жалела. что не с кем разделить; погружалась в омут салтыковской прозы все глубже, пока не утонула. А после уж и сетовать было не на кого. Как-то нечувствительно впала в тяжелую депрессию и то была самая черная зима в моей жизни. Далекая от мысли делать великую сатиру причиной, ясно вижу роль триггера, которую она сыграла, и теперь боюсь. Салтыков-Щедрин слишком талантлив, чтобы оставить читателя просто свидетелем терзавшей его боли, постоять у порога с ним не выходит - непременно войти, а там уж и дверь захлопнется, и выхода нет. Ты начинаешь болеть его болью.
Есть люди, для которых острые углы этого мира обращаются шипами и крючьями. Им не повезло прийти в мир без защитной оболочки - тонкокожими или вовсе без кожи. Салтыков-Щедрин был таким. Пока мог, переплавлял в творчество, но к концу жизни чаша его страданий выплеснулась на физический план и жаловался тогда уже, что болит все, что каждое движение. даже самое дыхание, причиняет боль. Если ты эмпат, а без того не стать хорошим читателем, то часть этой боли придется взять в себя. И я малодушно остерегаюсь, выбираю вариант с анестезией , доверяю непосредственный контакт человеку посильнее себя.
Итак, лекция Дмитрия Быкова о Салтыкове-Щедрине. Из вводной части и сопоставления фигуры героя с Некрасовым, узнаем, что, в отличие от поэта, сатирик не был игроком, охотником и женолюбом. Вообще, некрасовская избыточность, которой Дмитрий Львович касается во многих своих лекциях, своего рода пунктик. Зная его теорию инкарнаций, внимательный читатель/слушатель неминуемо придет к очевидным выводам. Что ж, не имею возражений. Однако к Михаилу Евграфовичу. Был он в детстве ребенком нежным и чувствительным, благодаря поэтическим талантам принят в Царскосельский Лицей (тот самый) и кропал недурные, хотя чрезвычайно унылые оды с элегиями.
После выпуска получил работу в Министерстве, которую тотчас возненавидел за бессмысленность, увлекся работами Фурье и французских социалистов и попал под жернова николаевской репрессионной машины, когда в отечестве начался период очередного затягивания гаек. Бессрочная ссылка в Вятку стала для него суровым наказанием, однако продлилась семь лет до смерти тирана и очередной оттепели. Снова сотрудничество в журналах, публикации - да ведь не биографические подробности интересуют нас о писателе в первую очередь, хотя говоря о Салтыкове-Щедрине нельзя забывать, что литературную деятельность он сочетал со службой. а вы думали, откуда такое точное знание деталей канцелярского быта.
Открытием стало сопоставление Глупов-Макондо (так вот почему интуитивно сторонилась Маркеса, просто не хотелось заново стронуть те рычаги. которые уже однажды привели в худое место). Очень важным оказалась уточнение: писатель не говорил эзоповым языком, его стиль - не осторожные иносказания и интеллектуальные игры с читателем, но попытка типизации, классификации явления. Точно поименованное дает над собой некоторую власть тому, кто знает правильное имя. Язычество, конечно, недостойное нашего просвещенного века, но работает ведь. А водолейскому сочетанию крайнего консерватизма (Сатурн) с революционностью и потрясающей силы интеллектом (Уран) Салтыкова такой способ усмирения демона российской государственности Уицраора мог казаться действенным (про астрологию - это не Быков, если кому придет охота обвинить его в мракобесии, то уже мое, не удержалась).
Порадовало и удивило, что "Историю одного города" лектор назвал среди великих произведений мировой литературы, которые задумывались как безделка памфлетного толка, ни в коей мере не претендующих войти в историю, в содном ряду со Швейком. От той своей давней депрессии аккурат им и укрывалась, перечитывая зимой 88-го по кругу. Впрочем, спасла меня в итоге "Смирительная рубашка" Джека Лондона, оттуда и есть пошла всей головой ударенность об эзотерику - естественно искать прибежища в том, что хорошо защитило однажды. Но теперь не обо мне. Умер Михаил Евграфович быстро, спустя сутки после разбившего его апоплексического удара. Отстрадал за нас.
17 понравилось316
Комментарии 10
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.
Хорошо вы написали, спасибо :)
И обсуждение прочитал с интересом тоже. Это верно, что в последнее время идиотизма меньше, чем было в совке. Но что-то мне кажется, чувствую обратное движение в совсем уж последнее время.
Вот сегодня прогулялся в налоговую, потому что через интернет они меня к себе пускать почему-то перестали. И что же? Хотел их поздравить с Днём мытаря (он как раз сегодня), но не смог: совок процветает. Очереди не приведи Господь. Ручек и тех нет! Приходится просить. Тётка старается как можно скорее от меня отделаться и из кожи вон лезет, чтобы я почувствовал себя идиотом.
Ну что тут скажешь? Город Глупов возрождается во всей красе.
Вроде бы часа за полтора сделал всё, что требовалось, и пароль в личный кабинет получил. Но осадок остался. Ушёл молча, не стал мытарей поздравлять. Не бросят они деньги на дорогу и не напишут Евангелия :(
А не потерял ли Салтыков-Щедрин актуальность в XXI веке? Вот как-то в начале осени взял с полки наугад один из томов 10-томного собрания сочинений, а в том томе был "Дневник провинциала в Петербурге", а я самый что ни на есть провинциал и как раз этим летом посетил Петербург, дай думаю почитаю. И, вы знаете - скучно. Ну, в свое-то время это, надо полагать, было не скучно, а вероятно злободневно и забавно - т.к. написано в виде поста актуального блогера в ЖЖ, но вот сейчас, когда тех, о ком написано и кого высмеяно - уж давно нет, то вот не смешно совсем. Ведь высмеять глупость может и сейчас много кто - но чтобы его анекдот был актуален и через 150 лет - вот тут уже не талант нужен, а гений. Был ли таковым Салтыков-Щедрин? Не уверен.
Хотя, наверное Быков и смог подогреть интерес к этому сильному писателю, но он, как мне кажется, все же не на все времена, как Пушкин и Толстой.