Рецензия на книгу

• 

  red_star

  13 ноября 2018

  По сталинскому канону

  Все интересно и завлекательно, вся эта невообразимая кутерьма из джунгаров, пленных шведов, остяков и вогулов, птенцов гнезда Петрова и прочих, прочих, прочих. В середине второго тома, когда Иванов душещипательно рассказывал о злоключениях Бухгольца у Ямыш-озера, мне показалось, что я настроился на ту удивительную волну, которую ощущаешь при чтении «Сердца пармы» (и которая так редка уже при чтении «Золота бунта»). А потом все свалилось в кучу, замельтешило, стало предсказуемым и даже порой скучным.

  Я пытался понять – что не получилось, почему так? Все есть, а целого нет? И потом я понял (или мне показалось, что я понял). Знаете, совсем недавно я читал сборник текстов Юзефовича, в котором был и трогательный рассказ о футуристе Каменском, где, среди прочего, рассказывалось как он пытался написать историческое произведение о русском бунте и подстраивал его под изменения генеральной линии партии. То героическое классовое сопротивление русскому империализму, то прогрессивный империализм против заговоров и подрывной деятельности турок.

  Вот и Иванов написал образцовый карикатурно-сталинский исторический роман. Везде шныряют агенты темных сил, будь это бухарец или швед, большие мероприятия срываются из-за жуткого коварства некоторых злонамеренных лиц, держава в опасности и все такое. Катарсиса нет, ибо нет силы, способной прозреть вражескую активность, даже Петр I, хоть и старается, но все же уровня бдительности НКВД не достигает. Есть в срыве больших дел даже что-то глупоакунинское – когда ты видишь что-то красивое и хорошо работающее – от стройки до военного отряда, то сразу ощущаешь, что автор назидательно с этим расправится, ибо нет такому места в нашем неумытом отечестве.

  И взяла меня печаль. Иванов тем, казалось мне, и импонировал, что не усвоил той мифической картины мира, раз за разом обрекающей нашу страну на навечно закрепленное в мировом разделении труда место. Нет, он был печален, кровав, но сдержанно оптимистичен, намекал нам, что все это хотя бы в отдаленном времени окажется не зря, а со смыслом. Теперь и Иванов пишет в общем русле.

  Смазал впечатление и Новицкий. Этот вышедший карикатурным мазепинский ссыльный показывает – как тяжело сейчас найти место украинскому персонажу, даже в историческом романе. Автор сделал его в духе романтического малоросса XIX века, задумчивым, народноколоритным и картонным. Он со всеми, даже вогулами и остяками разговаривает на языке, по мысли Иванова похожим на украинский (на мой боковой взгляд это мало напоминает современный украинский, и мне любопытно – кто-то консультировал Иванова по говорам начала XVIII века или это просто самостоятельная попытка псевдоукраинизировать речь?). К тому же Новицкий не раз вспоминает взятие Батурина, и именно в терминах современной политической пропаганды (не российской, заметим), что тоже довольно сильно удивляет.

  Масштабное, хорошо написанное, бесцельное полотно с ходульными персонажами и без настоящего сюжета. Удался только Ремезов и князь Гагарин, они хороши, почти-почти вытягивают повествование, особенно вместе с жуткими раскольниками и их палами, но нет, автор срывается, бросает их без действия на сотни страниц, и живая жилка замирает.

  58 понравилось

  8

  2,1K