Рецензия на книгу

• 

  Monti-Ho

  9 октября 2018

  В друзья

  «— Нет ничего чудеснее промысла Божия, — сказал он затем. — Да, на свете нет ничего чудеснее»

  Роман «Иерусалим» - второе произведение Сельмы Лагерлеф, которое я прочитала. Первым, наверное, как и у всех, было «Чудесное путешествие Нильса с дикими гусями».
  Удивительная книга. Роман сразу захватило мое внимание, время, чувства и невозможно было оторваться от этого огромного мира, где жили на первый взгляд такие простые люди. Весь роман соткан из историй жизни шведской деревушки, жители которой каждый имеет свое испытание и трудное счастье. Написана она простым, каким-то чУдным языком, без фантазий, без игры словами в «тени-полутени», но так душевно, что невозможно оторваться.
  Что, несомненно, есть в этой книге – это любовь. Здесь ощущаешь любовь самого автора, Сельмы Лагерлеф, к своим персонажам, любовь крестьянина к своей земле и имению, в которое он и его предки вкладывали труд и душу всю свою жизнь, любовь мужчины к женщине, любовь человека к своему роду и родине, любовь верующего к Богу, любовь христианина к людям…
  Пока читала, все эти образы стали для меня близкими, как живые, знакомые мне люди. Все же образ жизни крестьян, сам нравственный уклад в разных странах очень похож . Поэтому, не смотря на то, что это шведские крестьяне, мне были понятны и близки их беды и горести, знакомые по рассказам моих бабушек и дедушек о жизни их предков.
  Первая же история сразу же потрясла какой-то искренностью и глубиной. В ней столько боли, борьбы со своим сердцем и страхом осуждения окружающих, но побеждает любовь, которая так трудно, но пришла в жизнь Ингмара-младшего и Бритты.
  Вот Ингмар-младший, идет по полю и мысленно рассказывает своему покойному отцу о своей беде, просит совета…
  

  
  «Если бы отец был жив, он, как и во всех затруднительных случаях, сразу обратился бы к нему за советом. Как жаль, что отца уже нет в живых и с ним нельзя как следует потолковать!
  «Знать бы только как, — думал он, и эти мысли развлекали его, — я сейчас же отправился бы к нему. …И вот, войду я к нему в горницу, — продолжал он, — вдоль стен стоят крестьяне, все с рыжими седеющими волосами, седыми бровями и большой нижней губой, и все, как две капли воды, похожи на отца. … «Я хотел бы поговорить с вами, отец, — скажу я, — но здесь столько чужих». — «Что ты, это же все наша родня, — скажет отец, — все они жили в Ингмарсгорде, а старший из них помнит еще времена язычества». …Я представляю, как отец закроет глаза и с минуту подумает. …Мне будет тяжело говорить дальше, и я замолчу»
  

  Сколько переживаний и сомнений пришлось одолеть ему в своем сердце, прежде чем он нашел то решение, которое успокоило его совесть и дало начало новой жизни.
  

  
  «— Ты хочешь мне что-то сказать? — Да, я бы очень хотела.
  …— Так скажи это сейчас, и мы оба возьмем этот груз.
  Он смотрел ей в глаза и видел испуг и смущение. Но по мере того, как она говорила, взгляд ее становился яснее и спокойнее.
  — Теперь тебе будет легче, — сказал он, когда она замолчала.
  …— Это оттого, что мы оба понесем эту ношу»

  Жизнь сельской глубинки складывается из обычных событий – свадьба, работа, дети, родственники, работа в поле и имении, церковь, смерть… Но для человека той эпохи одной из важнейших частей жизни была вера.
  

  
  «…когда раздается вечерний звон, то все и в домах и в полях бросают работу: мужчины снимают шляпы, женщины преклоняют колени, и все молчат, пока не прочтут «Отче наш». И всякий, кто бывал в деревне, должен был признать, что никогда не чувствовал так ясно всего величия и славы Господней, как в летний вечер, когда косы вдруг переставали косить, плуги останавливались среди борозды и возы замирали в ожидании, когда их снова начнут грузить — и все это ради нескольких ударов колокола. Казалось, народ чувствует, как в эту минуту Господь пронесся на вечернем облаке над деревней, великий, могучий и милосердный, благословляя эту землю»

  В книге описываются события, когда привычный уклад местного прихода был расколот новыми людьми с новыми идеями. Это были миссионеры, сектанты, которые активно вовлекали жителей в свою общину. И одной из идей новой жизни было паломничество в Святую землю, в Иерусалим. Во многих семьях этот раскол породил непонимание и ссоры, отчуждение и обиды. Но паломники были упорны в своей идее.
  В описании начала путешествия, на которое решились паломники, есть сцена, где их на всем пути до самого поезда провожают родственники и соседи. И тут вся деревня как одна семья, переживает это событие:
  

  
  «В день отъезда паломников никто не работал, в полях не было видно ни одного человека, который бы косил, сгребал сено или складывал его в стога. В этот день людям было не до работы, они выходили на дорогу или, надев праздничное платье, ехали провожать путников. Кто-то проезжал одну-две мили, а другие провожали их до самой станции»

  Как тут обнажены все чувства, как важны для каждого эти люди, и как по-разному, они относятся к паломникам. Всем было очень тяжело расставаться со своей родиной. Некоторые переживали разлад и разрыв со своей семьей, как Гунхильда.
  

  
  «Гунхильда побледнела, сердце ее сжалось. — Теперь я знаю, что, уезжая, я убиваю этим мать, — сказала она.
  Она не собиралась больше писать записки и поспешила выйти из дома. Она села в телегу, не отвечая на расспросы окружающих, видела ли она своих родителей. Всю дорогу она сидела неподвижно, сложив руки и пристально глядя перед собой. «Я убиваю мать. Я знаю, она не переживет этого, — думала она. — Я не увижу больше ни одного счастливого дня. Я еду в Святую землю, но убиваю этим свою мать».

  А Габриэль Маттс видел лишь, как его отец тяжело ворочает камни, потому что тот не в силах был смотреть на отъезд сына. А Льюнг Пер купил Льюнгорд, чтобы брату с детьми было куда вернуться.
  

  
  «Бьорн вопросительно поглядел на него. — Я сделал это, чтобы у тебя был угол, куда ты мог бы вернуться.
  Слезы выступили на глазах Бьорна, и он заплакал. — Я сделал это, чтобы твоим детям было, где преклонить голову, когда они вернутся.
  Бьорн обнял брата за шею и погладил его».

  Они не просто прощаются с ними, а пытаются напомнить все лучшее, что было в их прошлой жизни, обнадежить, что они их готовы ждать, если они захотят вернуться…
  Вторая часть книги описывает жизнь переселенцев в Иерусалиме, где им пришлось очень тяжело. Они преодолевали тяжелый для них климат, налаживали новый быт, страдали от болезней и неприязни местного населения. Как много их умерло… Тяжело было читать про горе отца (Тимса Хальвора Хальворсона), у которого умерла маленькая дочь, а потом выяснилось, что ее негде похоронить…
  

  
  «Хальвор с ужасом вспомнил о том, что он находится на склоне Энномовой долины, вблизи того места, где некогда пылал огонь геенны. — И правда, это геенна, это жилище ужаса! — воскликнул он. Он недолго простоял в созерцании этой картины. Хальвор спрыгнул в яму, раскидывая гробы и пробираясь между покойниками, он искал гроб малютки Греты. Наконец, найдя его, Хальвор поднял гроб на плечи и выбрался из ямы.
  — Пусть она не думает, что отец хоть на одну ночь оставит ее лежать в этом ужасном месте! …Не бойся, дитя мое, — зашептал он снова. — …не думай, что у меня не хватит сил унести тебя отсюда. Силы постепенно возвращались к нему, и с гробом на плечах Хальвор направился к Иерусалиму».

  Страшные испытания прошли эти люди, но у них была вера, в которой они и находили свое мужество и силы все преодолевать.
  Конечно, нелегко понять силу любви к Богу этих людей, которые ради нее терпели столько горя и страданий. То время было эпохой других людей, в чем-то более простодушных, но и более сильных нравственно. И книга не просто рассказывает о них, а будто несет какой-то свет. В ней много доброго. То, что учит простыми примерами сложной науке жить по-человечески – прощать, жертвовать собой, чувствовать чужую боль, быть добрым, милосердным, верить в близких и в предназначение своей жизни. Она заставляет задуматься о родственных нитях, которые все-таки живут в нас, и, наверное, имеют силу и значение для человека, даже в современной жизни.
  
  

  
  «„Потом я вхожу в чистую горницу, — думал он, — где сидят отец и все Ингмарсоны“. — „Добрый день, Ингмар Ингмарсон-старший“, — говорит отец и идет мне навстречу. — „Добрый день, отец, сердечно благодарю вас за помощь“. — „Ну, теперь ты справишь свадьбу, — говорит отец, — а все остальное уладится само собой“. — „Без вас я бы никогда этого не сделал“, — говорю я. — „Пустяки, — скажет старик. — Мы, Ингмарсоны, должны только всегда следовать Божьему пути“»

  29 понравилось

  3

  921