Рецензия на книгу

• 

  JDoe7121 сентября 2018 г.

  И в этой стране не могла не произойти революция! Что-то такое обязательно должно было случиться. В культуре той эпохи была какая-то чудовищная избыточность. Все ярко, нереально, преувеличено! Что ни писатель, то явление. Что ни фигура, то «мессия». Явление Белого с «Симфониями», Блока с «Незнакомкой», Андреев с «Бездной». И молодой Горький здесь не только не исключение, но — по крайней мере на протяжении конца 1890-х — начала 1900-х годов — главный законодатель этой литературной моды.
  

  Горький ворвался в число "фигур и мессий" как ярко выраженный self made man, человек, сделавший, образовавший себя сам. Выходец из низов самостоятельно поднялся к образованной элите, и от него с восторженным любопытством ждут: вот расскажет, как оно там внизу. (Россия тогда, кажется, была похожа на сложный раствор с давно истекшим сроком годности, расслоившийся на фракции, которые не имеют друг с другом ничего общего и удерживаются в одном объеме только хрупкими стеклянными стенками)
  Чехов и Толстой подвинулись, освобождая место для Горького. Их self made впечатляло не так резко.
  

  
  Мое дело: — превратить 4–5 мешков муки в тесто и оформить его для печения. 20 пудов муки, смешанных с водою, дают около 30 пуд<ов> теста. Тесто нужно хорошо месить, а это делалось руками. Караваи печеного весового хлеба я нес в лавку Деренкова рано утром, часов в 6–7. Затем накладывал большую корзину булками, розанами, сайками-подковками — 2–2 1/5 пуда и нес ее за город на Арское поле в Родионовский институт, в духовную академию. <…>»
  «Работая от шести часов вечера почти до полудня, днем я спал и мог читать только между работой, замесив тесто, ожидая, когда закиснет другое, и посадив хлебы в печь
  

  Мартин Иден во плоти. Он пытался застрелиться по молодости, еще никому неизвестный. Выжил, пережил, и его личная философия стала упрямее, чем впасть в депрессию от суинберновских стихотворений.

  Павел Басинский очень интересно разбирает и выстраивает то, как развивалось, от чего отталкивалось , из чего складывалось мировоззрение Горького. Это ( а попутной иллюстрацией - история взаимоотношений Горького с Лениным и Л. Андреевым) лучшее, что есть в книге.
  Реконструкция приключений духа Горького напрочь сносит затверженный школьный образ пролетарского писателя и большого гуманиста, взамен оставляя ощущение, что Алексей Максимович Пешков намного интереснее, чем его книги.

  24

  672