Антиох и Агриппа толкают его дальше по этому пути. Они считают уничтожение сената и консулов естественным ходом событий и, скорее всего, внушили твоему брату такую же точку зрения. Рим превращается в новую Македонию, или новую Персию, или Египет, где царь – это живое божество, любой каприз которого выполняется без каких-либо споров. Помоги мне, Ливилла! Помоги найти способ остановить это! Я молча сидела рядом с мужем. Он не видел фигуры моей матери в дальнем углу, а я разговаривала с ней, беззвучно шевеля губами, ибо знала, что она, в отличие от Виниция, хорошо понимает меня.
– Можно ли убедить Гая свернуть с выбранного пути? – Она не дала мне ответа, так как ответа на этот вопрос просто не было. – Могу ли я спасти его и Рим?
Кажется, мать качнула головой? В полумраке призрачная фигура почти сливалась с тенями.