Преторианцы двигались ровным, неумолимым валом, и мы, гражданские, просто следовали за ними и осматривались. Тут и там звенел металл скрещенных лезвий, между упорядоченными рядами казарм глухо стучали щиты, отражающие удары мечей, над постройками взлетали крики гнева, отчаяния и боли. Проходя мимо указателя на термы и грубо намалеванной карикатуры с надписью, утверждавшей, будто некто по имени Лаэтий является шлюхой, я оглянулась на внезапный шум и с ужасом увидела, как два легионера сражаются с преторианцем. Они повалили его на мощеную улицу – и тут же сами пали от мечей дюжины подскочивших гвардейцев. Преторианские гладиусы взлетали и опускались под вопли германских легионеров.