– Я прихожу к убеждению, – продолжил император, медленно оглядывая собрание римской знати, – что если бы какой-нибудь философ захотел изучить природу и устройство предательства, то ему достаточно было бы одного визита сюда, о благороднейший сенат!
Это прозвучало неожиданно. Несмотря на арест четверых сенаторов, остальные чувствовали себя в безопасности: их-то не обвиняли в покушении на убийство. Даже если в заговоре они не принимали участия, этого было недостаточно, чтобы спасти их от презрения со стороны императора.