Растерянность росла, и вместе с ней росло недовольство. Калигула играл с ними, но шутки в тот момент были неуместны. Увы, подобные ошибки будут повторяться в поведении брата снова и снова. В годы нашего заточения на Капри его чувство юмора было загнано в самые дальние уголки души и, возможно, огрубело там.
– Что вы видите? – спросил он с заметным раздражением в голосе.
После продолжительного молчания кто-то вдруг выкрикнул:
– Дым!
И тут же посыпались предположения одно страшнее другого: за Форумом пожар; город в огне; Рим горит! Пожар опаснее тысячи варваров. Одна искра в деревянных инсулах Рима может запросто привести к уничтожению целых районов…
Брат нахмурился, но, быстро сообразив, что происходит, со смехом замахал руками:
– Друзья мои, с городом все в порядке. Этот дым поднимается от костра в Велабре, на котором небольшая армия рабов из Палатина при помощи отряда преторианцев сжигает записи о судах, обвинениях и всевозможных прегрешениях. Эти записи велись по приказу покойного императора. Свою деятельность в качестве принцепса я хочу начать с чистого листа, изгнав страх, насаждавшийся Тиберием. Преследованиям по закону об оскорблении величия отныне будет положен конец. Все текущие дела аннулируются, а записи уничтожаются. Вы все – снова гордые сенаторы Рима.
Tatyana93415 февраля 2026Растерянность росла, и вместе с ней росло недовольство. Калигула играл с ними, но шутки в тот момент были неуместны. Увы, подобные ошибки будут повторяться в поведении брата снова и снова. В годы нашего заточения на Капри его чувство юмора было загнано в самые дальние уголки души и, возможно, огрубело там.
14 понравилось42