Утром, когда Чингисхан еще лежал в постели, Темуге вошел к нему в юрту и рассказал о пережитом накануне Старший брат слушал младшего в полном молчании, явно не смея произнести ни слова от страха перед шаманом.
Из оцепенения вывела его Борте.
Не вставая со своего ложа и прикрыв грудь концом одеяла, женщина крикнула мужу:
— Что же это они делают? Только на днях избили Хасара, а теперь опять… Как смеют они ставить позади себя на колени отчизна? Что это за порядки такие? Так, пожалуй, они изведут всех твоих братьев, подобно лиственницам и соснам Ведь несомненно, что — долго ли, коротко ли —
Падет, как увядшее древо,
Тело твое, государь.
Кому дадут они править твоим государством, которое уподобится разметанной конопле? Когда, подобно колонне, обрушится твое тело, кому дадут они править твоим государством, которое уподобится стае птиц? Как дадут она вырас ить трех-четырех малюток моих?.. Как можешь ты спокои но смотреть на такое обращение с твоими братьями?
Справедливость доводов жены поразила Чингисхана Будущность его династии, в самом деле, была поставлена на карту, и вот тут-то его метафизические страхи исчезли Он снова стал человеком действия, тем государственным мужем, которого знали его приближенные и народ.