Андрей намеревался спросить... «Скелеты»
Knigofiloff15 февраля 2025Андрей намеревался спросить что-то еще, но в этот миг зеленая дверь отворилась и на пороге возникла сутулая фигура. Старик в расстегнутом бушлате, чьи полы болтались ниже колен. У него была длинная дряблая шея и маленькая голова стервятника. Морщины изрезали кожу вдоль и поперек. Волосы он зачесывал на бугристую лысину. Шрам придавал тонкому рту презрительное выражение.
Странно, что, работая с Матаем под одной крышей, Хитров так редко сталкивался с ним. Словно старик владел шапкой-невидимкой или просачивался в свой кабинет сквозь стены.
Знахарь запер дверь на ключ и, глядя в пол, прошествовал мимо замершей троицы.
От коротышки веяло холодом, как от морозильной камеры.
— Эй, вы!
Хитров выпалил это раньше, чем обдумал последствия. Андрей потянул за рукав, но он вырвался.
На лестнице старик замедлил шаг.
— Вы помните меня? — спросил Хитров. — Вы проводили сеанс у меня дома. И у него. А ее вы ввели в гипноз позавчера.
Старик положил на перила испещренную пятнышками кисть. Повернулся. Желтые глаза вперились в Хитрова.
— Ночные кошмары, — сказал он низким шуршащим голосом.
Глаза прыгнули на Ермакова.
— Плохие ноги.
Уперлись в девушку.
— И Ковач.
— Вы в курсе, что происходит в городе? Почему болезни возвращаются к людям?
— Люди слабы, — изрек Матай и вновь продемонстрировал им сгорбленную спину. Гриф, волочащий по лестнице крылья. — Я не даю полной гарантии.
— Ваше знахарство не лечит, — гневно произнес Хитров, — оно лишь превращает болезни в чудовищ.
— Это то, чего вы заслужили, — едва слышно ответил Матай.
— Я? — не выдержал Андрей, — из-за того, что подростком у меня болели ноги, а моя бабушка доверилась вам? Или ребенок, которого мучали дурные сны? Или она, потому что просто пришла посмотреть на вашу магию?
Матай достиг главного входа. Друзья шли за ним по пятам, напирали.
— А вы невинны?
В голосе-шелесте сквозило лукавство.
Старик остановился на полпути между ДК и «запорожцем». В его скрюченной руке зазвенела связка ключей. Хитров часто видел на парковке серый драндулет, но и не предполагал, что это собственность знахаря.
— А ваша внучка? — вопросом на вопрос ответил Ермаков.
— Моя внучка давно не здесь.
— Ошибаетесь. Она здесь, и она на нашей стороне.
Матай открыл дверцы машины и впихнул себя в салон.
— Вы знаете, что каждый високосный год кто-то исчезает? — вскипал Ермаков. — Что исцеленные пациенты сходят с ума? Что нам делать?
— Молиться, — сказал старик, и радужка его стала золотой. — А я помолюсь за вас.
Двигатель зафыркал, Матай вырулил на дорогу и исчез в облаке выхлопов.
— И кто из нас совершает опрометчивые поступки? — поинтересовалась Ника, молчавшая все это время.
— Он знает, — процедил Ермаков.
Промозглый ветер обдал их, изжалил щеки.
Хитров неожиданно вспомнил приснившийся давным-давно кошмар — последний сон, в котором были змеи. Змеи и Змеиный мальчик. И старик, похожий на серую птицу, который стоял посреди задымленной пустоши в окружении извивающихся гадин. С неба падал пепел, а старик ухмылялся и смотрел на Хитрова немигающими желтыми глазами.
1 понравилось21