В девятом классе за второй... «Дороженька»
DanilaYurov29 декабря 2024В девятом классе за второй партой сидела видная девочка, почти барышня, с завитыми локонами, с той бывающей у девушек баранье-невыразительной красотой стекловидного лица. Нержин вызвал её раз, сразу выяснил, что она не умеет обращаться ни с корнями, ни с дробями, а два перемноженных минуса приводят её в состояние столбняка, и поставил двойку, подумав ещё - не дочь ли она секретаря райкома. На перемене в учительской выяснилось, что -да, дочь. Опытные коллеги пришли в ужас и убеждали Нержина исправить свою ошибку. Через несколько дней Глеб вызвал её вновь - она стояла у доски самоуверенная, немножко презрительная, сложив щепотью собранные пальцы в передние карманчики вязаной кофточки и не давая себе труда запачкать руки мелом, чтобы найти построением центр правильного многоугольника. Из года в год она жила наглостью незаслуженных четвёрок к обиде целого класса, и сейчас ей было даже скучно - новый учитель, конечно, уже знает, кто она, и двойки не поставит. Нержин старался быть терпелив, задал ещё несколько вопросов, но когда Зозуля не смогла сказать даже теоремы Пифагора - Нержин с холодным пламенем во взгляде посадил её, поставил единицу в журнал и сказал: - Я буду ходатайствовать на педагогическом совете о переводе вас в восьмой класс. Мало того что вы не знаете - вы не хотите знать и даже гордитесь этим, по моему наблюдению.
Зозуля закинула голову, как ударенная, потом уронила её на парту и беззвучно задёргалась в плаче. Вот этих-то дочерних слёз и не мог простить Нержину Василий Иванович Зозуля, не привыкший в своём районе к крамоле и мятежу. Но Нержин был ещё настолько телёнок, что думал, будто у справедливости хватит когтей отстоять себя. Для начала пришлось посидеть без муки - составлялись какие-то списки на получение, но чья-то рука неизменно вычёркивала обоих Нержиных. Зато они вволю могли есть сырое мясо.
2 понравилось9