А ещё страшной, сказочной... «Свеча на ветру»

• 

  olga-ozercova

  2 июля 2022

  В друзья

  А ещё страшной, сказочной помнит он ту безумную ночь. Он спит, он бдит, он мыслью мерит тропу к родной земле. Стукнула, дрогнула, зашумела трава... Он знает, он помнит кожей каждый шорох, каждый запах той ночи. Незнаемая, безжалостная земля за спиной... либо спасение, либо гибель принесет ему ночь. Тогда-то пришли ему на память слова ворожей. Каждый лист, каждая птаха была врагом или другом и каждая травинка могла погубить или спасти. Щекотом ему птицы путь показывали из земли незнаемой в землю Русскую. Вспомнились ему рассказы бывалых людей, ибо многие гибли в половецком плену, но и многие бежали оттуда. Вспомнил он тот обряд и заговор, и прежде чем столкнуть похищенную половецкую лодку на воду, упал на колени, опустил руки в холодную росу, зашептал слова волшебные: «Ты пусти меня, земля не моя, отпусти меня степь незнаема, ты возьми меня, земля светлая, ты спаси помоги, земля родная. Дай ты мне душу вещую, чтоб скакать мне горностаем к тростнику, серым волком по лесу. А ты, река, зачем отградила меня от земли родной? Ты взлелей меня на волнах, постели зеленую траву на своих серебряных берегах. Постереги меня гоголем на воде, чайками на струях, утками на ветрах. Затвори ты свой берег черному ворону, поганому половчанину, на пути его пусть ни птица ни щелкает, ни трава не шелохнется, только змеи ползают. Сохрани меня, родная, от их глаз гоголем на воде, туманами на берегу, соколом на ветру.» И ведь помогло то старое заклинание, видно не один несчастный шептал его, когда бежал из степи; ни одна птица не шелохнулась, а в родной земле, только потерял он тропу, лисицы брешут, дятел стучит – все путь указывают. Как сейчас помнит: спустил он лодку, вдруг, откуда ни возьмись, рядом волк. И того и гляди завоет, и проснется поганый половец. «Ты мне брат, ты мне друг, я тебя не трону, я тебя не обижу, иди своей дорогой, я тебя не видел, ты меня не чуял». И повернулся зверь и ушел. Но ведь Даниил ни от кого не бежал, что ему бежать из его дома, и хоть он и был дерзок, но не мог он замышлять жестокое и дурное дело. Зачем же он уехал в ночь? Долго не мог уснуть Ростислав, то ли болели еще не зажившие раны, то ли мучили недавние воспоминания, а если и забывался недолгим сном, то снилось ему, как скрипят телеги половецкие, и смотрит на него понимающе большой степной волк с вещими глазами, и никак не столкнуть в воду спасительную лодку.

  9 понравилось

  250