V
Филлида сидела на пороге дома, читая свитки, только что привезенные Нектанебом, где почерком переписчика было написано: «Элегия Филлиды, несчастной дочери Палемона». Она сидела, наклонившись, не слыша, как проходили рабы с полными ушатами парного молока, как садовник подрезал цветы, как собачка лаяла, гоняясь за прыгающими лягушками, и вдалеке пели жнецы заунывную песню. Строки вились перед нею, и воспоминание прошлых тревог туманило вновь ее беспечные глаза.
Родители, родители,Отец да мать,Много вы мне оставилиПестрых одежд,Белых лошадей,Витых браслетов, —Но всего мне милейАлое покрывалоС поющими фениксами.Родители, родители,Отец да мать,Много вы мне оставилиЗемель и скота:Крепконогих коз,Крепколобых овец,Круторогих коров,Мулов и волов, —Но всего мне милейБелый голубь с бурым пятнышком:Назвала его «Катамит».Родители, родители,Отец да мать,Много вы мне оставилиВерных слуг:Огородников, садовников,Ткачей и прядильщиков,Медоваров, хлебопекарей,Скоморохов и свирельщиков, —Но всего мне милейСтарая старушкаМоя нянюшка.Мила мне и нянюшка,Мил голубок,Мило покрывало,Но милее сад.Он спускается, спускаетсяК реке наш сад,Наверху по реке, наверху по рекеМой друг живет.Не могу послать, не могу послатьЯ цветка к нему,А пошлю поклон, пошлю поклонС гребельщиками.
И еще было написано:
Утром нянюшка мне сказала:– Незачем скрываться от старой —Ты весь день по цветам гадаешь,Не отличаешь айвы от яблок,Не шьешь, не вышиваешь,Нежно голубя пестрого целуешьИ ночью шепчешь: «Панкратий».
И еще было написано:
Что мне выбрать, милые подруги:Признаться ли еще раз жестокому другу?Или броситься в быструю речку?Равно трудные обе дороги,Но первый путь труднее —Так придется краснеть и запинаться.
И еще было написано:
Утром солнце румяное встанет,Ты пойдешь на свои занятья,Встречные тебя увидят,Подумают: «Гордый Панкратий», —А бледной Филлиды уже не будет!Ты будешь гулять по аллеям,С друзьями читать Филона,Бросать диск и бегать вперегонки —Все скажут: «Прекрасный Панкратий», —А бледной Филлиды уже не будет!Ты вернешься в свой дом прохладный,Возьмешь душистую ванну,С мальчиком в мяч поиграешьИ уснешь до утра спокойно,Думая: «Счастливый Панкратий», —А бледной Филлиды уже не будет!
И еще было написано много, так что до вечера прочитала девушка, вздыхая и плача над своими собственными словами.
Страницаиз63
СкороКнижный режим