Глава 6. А кладбища здесь тихие
Закат мерцал на небе всеми оттенками лилового. Мы с котом давно выбрались за центральные ворота Кентерфила и теперь ждали ведьмака.
– Может, он не придет? – с надеждой вопросил фамильяр, хвостом отгоняя от себя комаров.
Я бы тоже сейчас предпочла нежиться под одеялом, потому что невероятно устала, когда избавляла нас и особняк мадам Боржуа от разноцветной расцветки, но увы. Мне позарез было необходимо разрешение на магическую деятельность, так что ведьмака придется слушаться.
Хотя бы изредка.
Убрав с метлы прилипшую травинку, я любовно погладила древко.
– Пришли? – появился ведьмак прямо из воздуха.
Волосы его были убраны в хвост, а все остальное скрывал темный плащ. Не плащ представителя городской стражи, а самый обычный, что было вполне объяснимо.
Следователю-то приближаться к дому дежурной ведьмы запретили!
– А были варианты? – едко осведомилась я, седлая метлу. – Запрыгивайте.
– Вы собираетесь лететь на метле?
– Ну не пешком же в этой темноте идти. Запрыгивайте, пока не передумала. Я, знаете ли, на своей метле абы кого не вожу. Или боитесь? – прищурилась я, помогая забраться фамильяру.
– Я ничего не боюсь.
«Абы кто» явно обиделся, но гордость этого показать не позволила. Оседлав мою метлу, ведьмак замер.
– Я бы на вашем месте держалась, – предупредила я и…
Сразу взлетела.
Жозеф явно раньше на метле не передвигался. Вцепившись в меня так, что мне было трудно дышать, мужчина что-то тихо бормотал себе под нос. То ли заклинания, то ли ругательства – я не слишком-то вслушивалась, потому что была занята другим.
Скидыванием следователя с метлы.
И кто сказал, что ведьмы злопамятные? Ведьмы очень-очень злопамятные!
Хотя, стоит заметить, мне было приятно. Между удушьями меня очень даже интересно обнимали. И тепло спине было опять же!
В ночном небе на нас никто не обратил внимания. Я старалась лететь ближе к макушкам деревьев, чтобы наше появление не обнаружили раньше времени. Сделав круг, мы свободно зависли прямо над крышей покосившегося домика, однако спускаться с метлы я пока не планировала.
Не хотелось проваливаться, ступив на черепицу. Пусть ведьмак ее крепость на себе проверяет.
– Господин следователь, – шепотом насмешливо окликнула я своего пассажира, – меня уже можно отпускать.
Жозеф руки разжал. Не с первой попытки и даже не со второй, но у него это получилось. Невозмутимо ступив на крышу, мужчина отряхнулся от несуществующих пылинок, убрал из своих волос зеленый листик и наконец-то обрел голос:
– Спасибо, – кивнул он скупо и подал мне руку.
Я отказываться от помощи не стала. Окончательно спустив метлу, пересадила кота себе на плечи. Но только, судя по всему, это была вовсе не вежливость.
– После вас, – кивнул он на маленькое окошко, скрытое под треугольником крыши.
А я что? Я полезла. В отличие от ведьмака, я совершенно точно ничего не боялась. По кодексу не положено!
– Темно, как в котле, – прошипела я, ступая на дощатый пол.
– И пыльно, – согласился со мной ведьмак, а Кот и вовсе чихнул.
– Ведьмочка!
Я подпрыгнула, больно стукнувшись головой о низкий потолок, а ведьмак выругался, освещая помещение яркой вспышкой чистой силы. Госпожа бывшая дежурная ведьма сидела на кровати, одетая сразу в три разноцветных халата.
Женщина улыбнулась нам как родным.
– Ох, а у меня и к чаю ничего нет! – всплеснула она руками, мгновенно поднимаясь. – А нет, я же пряники с мухоморами пекла!
– Тише-тише, госпожа дежурная ведьма, – пытался успокоить следователь ее энтузиазм. – Темного вечера вам. Мы ненадолго к вам в гости зашли.
– Проведать, – добавила я. – Помните, вы мне рассказывали, как ваш фамильяр жизней своих лишился?
– Жизней? – удивилась ведьма, задумчиво усаживаясь на кровать.
Ничего такого женщина мне, естественно, не рассказывала, но долго мы здесь задерживаться не могли, поэтому действовать приходилось быстро. Где-то там, на первом этаже, сидел если не весь ковен, то какая-то его часть.
По головке за самоуправство нас точно не погладят.
– Да, что-то такое припоминаю. Помню, что холодно тогда очень было. Я все никак согреться не могла. И глаза помню. Черные-черные. И холодно было. Очень, – силилась женщина вспомнить хоть что-нибудь, но, судя по мукам, отразившимся на лице, давалось ей это с огромным трудом. – Да, холодно было тогда, а сейчас тепло.
– А больше ничего не помните? – с надеждой уточнила я.
– Глаза помню. Черные-черные. Ой, отвар же подогреть надо!
– Не надо! – сказали мы хором со следователем.
– Мы пойдем, – принял решение Кот, как самый ответственный. – Поздно уже.
– Темно опять же, – подыграл ему Жозеф.
– Не провожайте, – добавила я, вылезая в окно.
– Вы еще приходите! – высунулась вслед за нами ведьма.
А мы… А мы снова седлали метлу, но, взлетев, так и зависли между толстых веток, потому что, куда дальше лететь, я не знала. Мы ведь ничего толком не выяснили. Можно сказать, просто так слетали.
Чужие руки обнимали меня за талию. Чужие губы – едва не касались шеи, щекоча дыханием. Отчего-то смутившись, я вдруг вспомнила один за другим поцелуи. Не первые свои поцелуи в жизни – я на помидорах в школе тренировалась, но это все же было совсем другое.
Такое теплое, тревожное, но безумно приятное. Прямо жалко стало, что во всем виноват любовный суп. И ведь не сваришь больше – сожгут! Ну или в школу доложат, что почти то же самое.
– И что? На этом все? – спросила я отстраненно, рассматривая с высоты птичьего полета темный лес и едва заметный на его фоне домик дежурной ведьмы.
– Дом сможем осмотреть только завтра, когда ведьмы улетят. Думаю, что нам стоит посетить кладбище. Оно совсем рядом – буквально в двух шагах.
– Предполагаете, что это нечисть?
– Вам когда-нибудь доводилось встречать вампиров?
– Доводилось, но в столице их живет мало. Я знаю, что они вместе с кровью высасывают и жизненную силу. А еще привидения. Определенный класс – выше пятого, но такие встречаются еще реже.
– А знаете, кто еще жизненные силы высасывает? – буркнул Жозеф, усмехнувшись мне в шею.
– Кто? – с любопытством уточнила я.
– Ведьмы. Тоже определенные.
– Думаете? – весело качнула я метлу, направляя ее вперед.
– Знаю, – ответили мне задумчиво. – Куда-то мы не туда летим, госпожа Абигайл.
– Как это не туда? Вы же сами сказали: на кладбище. Вот я и лечу на кладбище.
– Кто вас учил, горе вы луковое?
– И ничего я не луковое, – обиделась я, а Кот хрюкнул, тщательно подавляя смех.
Один ведьмак оставался невозмутимым:
– Без подготовки на кладбище делать нечего, а вдвоем так и вовсе опасно. Вы поймите, кладбище большое, ночь темная, кто там водится – никто не знает. Так что все оставляем до завтра.
– Значит, обратно в город? – грустно спросила я.
– Значит, в город.
До города мы летели молча. Я обижалась, сама не зная на что, но точно обижалась. Не на такую прогулку я надеялась.
Где расследование? Где погоня? Где допрос?
В конце концов, мог бы окрестности показать. Болота там, леса опять же. В полнолуние мухоморы собирать, между прочим, очень романтично!
Я не остановилась у ворот. Пролетев высоко над забором, направилась прямиком к зданию городской стражи. Видел бы меня сейчас кто-то из ковена, выговором бы не обошлось, но ведьма без метлы как книга без страниц.
Спустившись на брусчатку, я подождала, пока ведьмак встанет на ноги, и только после этого взяла в руку метлу.
– Темных ночей вам, – попрощалась я.
– Пойдете пешком?
– Хочу прогуляться перед сном, – ответила я уже на ходу.
– Тогда и я прогуляюсь, – в два шага нагнал меня Жозеф и приноровился к моим шагам. Котяра, сидящий у меня на плече, громко усмехнулся.
– Меня не надо провожать, – возразила я.
– Кто вам сказал, что я вас провожаю? – с самым серьезным лицом спросил следователь. – Я гуляю. Ночь-то какая сегодня темная.
– И луна круглая, – согласился Кот, не скрывая сарказма.
– И звезды светят, – добавила и я свое слово в эту копилку очевидностей.
– Знаете, а я люблю гулять молча.
– Ну и любите на здоровье, – показала я Жозефу язык. – Кот, запевай…
Всю дорогу мы горланили песни про мухоморы, царя-лягушку и принцессу, которая повелась на его корону. Где-то на девятом куплете ведьмак застонал и схватился за голову. На тринадцатом у него явно задергался глаз, а в моем лексиконе появились новые ругательства, когда рядом с нами на брусчатку приземлился цветочный горшок.
Зато на восемнадцатом следователь, к нашему с Котом общему изумлению, начал нам подпевать. Жалко, что остальные семьдесят три куплета мы так и не исполнили – дошли до особняка мадам Боржуа.
– Жутких вам снов, госпожа ведьма, – попрощался Жозеф, нагло погладив моего фамильяра, который еще и спустил это следователю с рук.
– Темных вам ночей, господин ведьмак, – поднялась я по ступенькам, но была остановлена уже у самых дверей.
– Должен признать, что вы молодец, госпожа Абигайл.
Поперхнувшись воздухом, я обернулась и во все глаза уставилась на ведьмака. Кот так вообще мимо ступеньки шагнул, отчего шмякнулся и сел на толстую попу, удивленно открыв пасть. Мы оба ждали продолжения, потому что «но» так и чувствовалось повисшим в воздухе.
– Но разрешения на магическую деятельность вам все равно не видать.
– Это почему это?
Я была возмущена до глубины души!
– Потому что бесите.
И вот кто мне скажет, почему спать я ложилась с широченной улыбкой?
– Будешь так улыбаться, морщинки вылезут, – пробурчал Кот, увидев мою довольную физиономию по утру.
– Ничего страшного. У меня есть крем, – улыбнулась я фамильяру и вообще этому замечательному солнечному дню, но от колкости не удержалась. – Тот самый, которым ты свою моську каждый вечер мажешь.
Вкусный завтрак, любимое черное платье, метла и фамильяр. Казалось бы, больше для ведьминского счастья ничего и не нужно, но прямо у дверей городской стражи меня ждал еще один приятный сюрприз.
– Госпожа ведьма! – обрадовалась моему появлению хозяйка кондитерской.
– Госпожа Ыдэйк? Как хорошо, что я вас встретила. Погодите минутку, у меня для вас кое-что есть.
Заглянув во все свои карманы, в одном из них я все-таки отыскала порошок, который готовила специально для этого семейства.
– Вот, госпожа Ыдэйк. Рассыпьте его по углам в доме, и уже к вечеру призрак вашей свекрови упокоится с миром.
– Правда? Нет, вы не шутите, госпожа ведьма? Неужели эта сварливая дама наконец-то отстанет от нас?
– Еще как отстанет, не сомневайтесь. Как пропадет, порошок можно убирать.
Меня обняли – крепко, порывисто. Кот свалился с моих плеч на брусчатку, не слишком довольный таким положением дел.
Смахнув выступившую слезинку, госпожа Ыдэйк призналась:
– Уж сколько крови она нам попортила, уж сколько сил выпила! Я и к ведьме дежурной обращалась, но…
– Теперь все хорошо будет, – постаралась я приободрить женщину. – По всем углам. Если еще что понадобится, вы знаете, где меня найти.
Подхватив фамильяра, я уже хотела зайти в здание, когда хозяйка кондитерской меня снова окликнула:
– Ой, чуть не забыла, госпожа ведьма! Я же что пришла? Поблагодарить вас хотела. Деньги-то нам вернули вчера – все до последнего медяка. Супруг и не верил даже, а я ему так и сказала: госпожа ведьма пообещала, а ведьмы всегда держат слово. Вот, возьмите, это вам.
– Да что вы… – попыталась я откреститься от плетеной корзины, прикрытой полотенцем.
– Никаких возражений не приму! Вы столько для нас сделали!
– И Кот! Я тоже там был! – обиделся мой фамильяр, обделенный вниманием, но, получив порцию поглаживаний, быстро успокоился.
Попрощавшись с хозяйкой кондитерской, я все-таки попала на работу. Офицеры городской стражи были очень даже рады позавтракать свежей выпечкой. Даже Валенсия, что встретила меня хмурым выражением лица, подобрела, выпив отвару с шоколадным печеньем.
Подобрел и Кот, которому перепал пышный рыбный пирожок, а точнее все пирожки с рыбой, потому что никто на них глаз не положил. У меня же настроение стало вообще запредельным.
– Милая Селена, я горю желанием… – подсел ко мне поближе оборотень, переставляя свой стул.
– Могу потушить. Как вам ведро ледяной воды в качестве утреннего душа? – не глядя, ответила я, усмехнувшись.
– …провести для вас экскурсию по городу, – кисло закончил Ордин, но тут же воодушевился. – А знаете ли вы, какое место в Кентерфиле считается самым романтичным?
– Общая тюремная камера в здании городской стражи?
– А вот и нет. Я могу показать вам…
– Все здесь? – вошел в столовую Жозеф, недовольно зыркнув на нас с оборотнем. – Две минуты на сборы. Валенсия, новые заявления были?
– Никак нет, господин следователь.
– Отлично. Все на выход.
Пирожок с яблоком и корицей я дожевывала уже на ходу. Была горда собой и тем, что меня все-таки приняли в ряды городской стражи, пусть еще и не совсем официально.
Оставив обожравшегося Кота на попечение Валенсии, я отправилась на улицу вслед за мужчинами. Одноразовые артефакты-порталы выдавались городской страже в ограниченном количестве. Велся строгий учет по их использованию, и активировать их можно было только в крайнем случае. Поэтому до домика дежурной ведьмы нам пришлось ехать на телеге.
Рядом с Жозефом господин Гальра вел себя более чем ненавязчиво, так что добралась я в тишине и спокойствии, любуясь сначала улицами, что сегодня казались гораздо симпатичнее, а потом и красивыми пейзажами.
Правда, извозчика ведьмак отпустил.
– Вы только за ворота не лезьте, господа, – предупредила я, рассматривая преобразившийся забор. – Котлом клянусь, ведьмы наверняка поставили защиту.
Конец ознакомительного фрагмента
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
