Я люблю тебя и небо

Перед темной завесой

Слова теряют смысл первоначальный,
Дыханье тайны явно для души,
В померкшем зеркале твои глаза печальны,
Твой голос – как струна в сочувственной тиши.

О погоди! – последнего признанья
Нет силы вынести, нет силы взять.
Под сенью пальмы – мы два бледных изваянья,
И нежит мне чело волос приникших прядь.

Пусть миги пролетят беззвучно, смутно,
Пред темной завесой безвестных дней.
Мы – двое изгнанных в пустыне бесприютной,
Мы – в бездне вечности чета слепых теней…

Молчание смутим мы поцелуем,
Святыню робости нарушит страсть.
И вновь, отчаяньем и счастием волнуем,
Под вскрик любви, в огнь рук я должен буду
                                                            пасть!

28 ноября 1897, 1911