Глава 10
Очередной вечер снова выдался жарким. Природа решила окончательно спалить наш город этим летом, чтобы не мешали ей спокойно жить. В чем-то я с ней согласна, но легче и хоть сколько-нибудь прохладнее мне от этого не становится.
Привычно по дороге с работы забрала Никиту с тренировки. Переодевшись в домашнее, решила приготовить традиционный сытный ужин перед тем, как Илья уедет почти на неделю в небольшую командировку для подписания сверхважных и, безусловно, сверхденежных контрактов.
Никита привычно устроился за компьютером в своей комнате, пройдя мимо которой несколько раз, я решила прервать привычной ход его послетренировочного времени. Мальчику девять лет и он все больше стал уделять времени компьютеру, а не живому общению со сверстниками.
– Никита, – позвала я сына, зайдя к нему в комнату. – Сходи, погуляй немного на площадке.
– Зачем? – обернулся сын и посмотрел на меня как на идиотку.
– Чтобы глаза за компьютером не портил, – ответила ему самым очевидным аргументом из тех, что смогла придумать. – И вообще, тебе через неделю ехать в лагерь, а ты даже с ровесниками контакт находить не умеешь. Сходи и пообщайся.
– Мне хватает общения и на тренировке. В команде одиннадцать человек, не считая тренера и запасных игроков. Так что мне и за компом нормально. И я устал после тренировки.
– Ты каждый вечер после тренировки приезжаешь домой, ужинаешь и садишься за компьютером до самого сна. Может, все-таки, погуляешь? Да и видела я ваше общение в команде: поорали друг на друга на поле, а потом еще немного в раздевалке и разошлись. Так что иди и ищи себе друзей по интересам, – судя по тому, что сын закатил глаза и вновь повернулся к компьютеру, мне еще предстоит серьезно поработать над командным голосом. – Значит, помогай мне готовить. За компьютером я тебе сидеть все равно не дам, но зато научу стряпать твой любимый пирог с земляничным вареньем.
Отодвинула стул с сидящим на нем Никитой подальше от компьютерного стола и выключила сам компьютер.
– Ну, ма! – возмутился сын и закатил глаза. – Нормально же общались. Чего начала-то?
– Хочу еще нормальнее пообщаться со своим сыном. Пойдем со мной на кухню, приготовим ужин. Наденешь тот розовый фартук с цветочками, что мне на восьмое марта подарил.
– Фу! Он же девчачий!
– Ну так, что, – деловито произнесла я, словно мы были на важных переговорах. – Идешь гулять или в фартуке по кухне бегать? Ещё нужно пропылесосить во всей квартире и пыль протереть. О, и окна помыть тоже надо…
– Я пошел гулять!
– Вот так-то! – отряхнула руки и уперла их в бока. – Возьми гироскутер, покатайся. А то два раза проехался на нем и в шкаф убрал.
– У него одно колесо не едет, а папе починить некогда, поэтому он в шкафу и лежит, – ответил Никита, переодеваясь в темные шорты и светлую футболку для прогулки.
– Скейт тогда возьми, он тоже без дела у тебя стоит и очень давно, кстати.
– Ладно, – устало протянул сын и отодвинул дверцу шкафа купе, откуда достал черный скейт с рыжим пламенем. – Довольна?
– Надень шлем и наколенники и мама будет довольна, – ехидно произнесла я, скрестив руки под грудью.
– Да, блин… – протянул сын. – Мне же не пять лет, чтобы в защите ездить. Упаду и встану. Ныть не буду.
– Ну, тогда конечно… – согласно закивала я, состроив серьезную рожицу. – Тогда конечно разбивай себе голову об асфальт и шокируй голубей мозгами.
– Ладно, – оборвал меня сын. – Но я надену только шлем.
– И на том спасибо, – старательно пыталась подавить улыбку победителя, но у меня это плохо выходило.
Увидев мой триумф, Никита устало вздохнул и поспешил покинуть квартиру, чтобы не нервировать прежде всего себя.
– Всё, я ушел! – резюмировал он напоследок.
– Я буду скучать, – крикнула я в закрывающуюся дверь и услышала наигранный тяжелый вздох сына. – Когда начнет темнеть, возвращайся домой.
– Знаю, – ответил он и, судя по звукам, решил спуститься пешком по лестнице.
Оставшись дома в гордом одиночестве, включила на полную громкость любимый русский рок и приступила к привычным домашним хлопотам. Уборка и готовка всегда очень легко и быстро проходили только тогда, когда я оставалась дома одна и никто не бегал под ногами, спрашивая: «Когда уже всё будет готово?» или «Долго там ещё?».
Пока курица с овощами запекались в духовке, я порхала по комнатам, собирая пыль со всех возможных поверхностей, тихо напевая себе под нос любимые композиции. Примерно через час после начала прогулки домой вернулся Никита и, скинув в прихожей кроссовки, быстрыми шагами прошел в свою комнату.
Проследовала за ним, так как выражение его лица было уж очень сосредоточенным и серьёзным.
– Никита, ты почему так быстро вернулся? – спросила я аккуратно, наблюдая за тем, как сын рылся в своем шкафу. – Что-то случилось?
– Где мой гироскутер? – спросил он немного раздраженно, откуда-то из недр шкафа.
– В синей коробке на нижней полке, – поспешила ответить и я и робко спросила. – А тебе он зачем? Друзьям показать хочешь?
Шуршание, кряхтение, довольный возглас «Нашел!» и Никита выбрался тз шкафа, закрыв за собой его дверцу.
– Демон обещал его починить.
Горящие восторгом глаза сына заставили меня улыбнуться. Вот только кличка «чинителя» мне не очень понравилась.
– Что еще за «демон»? Я тебя отпускала гулять на детскую площадку, а не в преисподнию.
– Ну-у… – протянул Никита в ответ. – Я немного расширил границы площадки и выехал на парковку возле дома. Там и асфальт ровнее для скейта.
– А кто такой «демон»? Я его знаю?
– Ма, ты чё? – возмущению сына не было границ. – Это же наш новый сосед.
– А нормального имени у нашего нового соседа нет? – вскинула я брови.
– Демьян, кажется, – сын задумчиво поднял взгляд в потолок. – Не помню, короче. Он сказал называть его Демоном, и пообещал починить мне гироскутер.
– За какие такие заслуги он пообещал починить тебе гироскутер? – не унималась я.
– Я помог ему сейчас отремонтировать машину, а он мне за это починит колесо. Вот такой у нас обмен.
– Понятно, – сощурила я глаза. – Только не задерживайся там и никуда с ним не уходи. Понял? – крикнула уже в спину убегающему сыну, который, вероятно спешил на парковку.
Демьян, значит…