ГЛАВА 1
– «Веер – удивительное орудие в руках женщины. Он может убить или воскресить к жизни сердце мужчины, рассказать целую историю без слов и выразить чувства тогда, когда невозможно позволить себе радость или печаль. Веер…» Чушь! – Я сонно отбросила книгу в сторону, потянулась и широко зевнула, посылая легкий магический импульс по всему телу. Бодрости это не прибавило, но хоть немного успокоило мою совесть.
«Если я засну, так и не выучив эти никем не используемые придворные тонкости, то хотя бы буду знать, что пыталась!»
Покосившись на мирно дрыхнувшую на соседней кровати подругу, я расстроено вздохнула. Завтра нас ожидал последний экзамен перед каникулами, после которых все выпускники первой ступени обучения должны были отправиться на годовую практику на просторы княжеств, дабы подтвердить свое мастерство, а заодно выполнить некоторые задания для академии.
К немалому разочарованию, мне также необходимо было пройти эту практику, прежде чем начать вторую ступень обучения, вдвое меньшую по сроку, чем первая. Предстояло отучиться еще всего-то семь лет перед тем, как стать дипломированным практиком или теоретиком. Именно двенадцатимесячная практика и определит, какой материал будет изучаться студентом на второй ступени Академии магии.
Обмануть распределение не получится. Хотя нам и предстоит ежемесячно в письменном виде давать отчет Академии о своих успехах, эти свитки не будут стоить ничего к завершению практики. Тогда мы предстанем перед магистрами и несколькими приглашенными для верности легардами, и они по развитию дара и уровню подготовки определят, к чему склонен каждый ученик.
Так в теории, на практике же получалось обычно, что ни одна из учениц Академии не попадала на курс боевой магии. Я специально интересовалась этим вопросом.
На нашем курсе мы с Ройной были единственными девушками. На собранном через пять лет после нашего – не было ни одной. Как и на более старших курсах.
За пару лет до моего поступления из Академии с треском выгнали одну девушку. Она очень хотела диплом мага, дабы повысить свой статус в обществе. И я могу ее понять. Во многих княжествах магов уважают и почитают, а князья почтут за честь сочетать браком своих родственников с чародеем или чародейкой. Хотя тех и других не так много. Именно поэтому, видимо, из академии никого не выгоняли. Держали до последнего. Один мальчишка из нашей группы вечно устраивал бедлам, но его только журили. А другой месяцами отсутствовал, умудряясь каким-то невероятным образом сдавать все тесты и практики на средний балл.
Я же… Это не скромно, но я всегда была лучшей. Все маги-преподаватели утверждали, что на их практике не было ученика сильнее и сообразительнее. На эти похвалы я обычно скромно молчала, мысленно кивая.
Ничего нельзя было поделать с тем, что в Академию брали всех, в ком хоть немного присутствовала магия. Даже если ученик мог лишь потушить взглядом свечу, его зачисляли без вопросов. Таким студентом прямая дорога была в теоретики, на практике толку от них – пшик! Никакое обучение не помогало из столь мизерного уровня вырастить настоящего мага. Из восьми учащихся в нашей группе магический дар был от силы у половины.
Выполняя больше других, изучая дополнительный материал, демонстрируя новые уровни и грани своих способностей, я ожидала, что мне не потребуется никакая практика. Но…
«Почему самая талантливая – я, но за это никаких бонусов?» – обиженно простонала про себя, рассматривая простой белый потолок снимаемой на двоих с Ройной комнаты.
Сначала я жила в общежитии при академии. С Ройной же мы съехались через несколько месяцев, поняв, что обеих не устраивают слишком аскетичные условия и наглые парни в соседях. Выбрали маленький пансион поблизости и непрогадали. Утром мы могли добраться на занятия всего за десять минут, что устраивало нас обеих. Обедали, опять же, дома, радуясь умениям хозяйки пансиона – миссис Дросс, женщины милой и добросердечной.
Кроме нас в пансионе жили двое мужчин, занимавшихся торговлей и снимавших жилье постоянно для своих не частых визитов, и строгая дама, о которой мы знали лишь то, что она служит гувернанткой у какого-то богатого человека в двух кварталах выше по улице.
Столица Заварэя, несмотря на расположенную в ней Академию магии, не была крупным городом. Столл больше напоминал захудалый городишко, каких много по всем княжествам.
Ройна часто пыталась мне доказать, что подобное произошло исключительно из-за глупости как князя Заварэя, так и жителей городка. Не хотелось говорить подруге, что князя я знаю лично, и он мне доводится дальним родственником по материнской линии, так что приходилось помалкивать и держать свое мнение при себе.
Кроме директора академии о моем происхождении никто не знал. Я специально упросила отца устроить подобное, чтобы никто не смотрел косо лишь потому, что мне суждено было родиться дочерью князя Алории. Но, в тоже время, на этот факт я рассчитывала, записавшись утром на прием к директору.
Маг оказался непробиваемым мужичком, на которого не подействовало ни золото, ни мольбы, ни слезы. А против последнего не мог устоять даже зловредный эриэтерий Ион – мастер магических артефактов, начавший преподавать у нас на последних двух годах первой ступени.
Директор без обиняков заявил, что практику мне проходить, как и всем остальным, даже вечно отсутствующему Карру. И, раз уж я зашла, то директор сообщил, что именно с этим парнем мне предстоит провести почти целый год спина к спине, защищая княжества от мелких и не очень магических проблем, а так же занимаясь всякими бумажками из архивов. Интуиция подсказывала, что второе куда вероятнее. Вряд ли нам доверят что-то слишком сложное.
Новость меня не то что не порадовала, а очень сильно расстроила и разозлила. С Карром все годы обучения мы были непримиримыми врагами. По какой-то необъяснимой причине я не могла на дух перенести этого парня с внешностью деревенского простофили. Я даже толком не в силах была себе ответить, что именно в нем раздражает, хотя давно выяснила, что Карр является средоточием всего, что мне не нравится в мужчинах.
В мужчине, потому что всю жизнь мне нравился только один единственный. И всех других я сравнивала с тем, кого изначально приняла за идеал для себя.
Моя жизнь круто изменилась, когда в нее вошли такие существа, как легарды. Когда я была маленькой, то не понимала, что эти создания вовсе не люди с диковинными способностями. Мне едва исполнилось четыре года, мою сестру выбрали невестой одного из двух наследников трона Легардора по договору, который я даже прочитать не могла, не умела.
Мне нравилась сама мысль, что любимая сестричка станет важной особой, не просто княгиней, а настоящей киашьяриной, а потом и королевой. И будущие родственники мне нравились. Они оказались очень милыми и невероятно красивыми. Особенно брат жениха.
Последние десять лет я старательно отгораживалась, как от самих мыслей о своей влюбленности, так и от подтруниваний окружающих. Только ленивый не знал, что я была влюблена в Кланта с самого раннего возраста. Тогда это выглядело милым и забавным. Когда я была юной долговязой девчонкой с тощим телом и непропорционально длинными и крупными руками и ногами, это казалось все еще очень милым и свидетельствующим о моем взрослении. Но когда мне вдруг ударило по голове одиннадцать, а я все еще засыпала с мыслями об этом легарде, начало казаться, что выгляжу глупой девчонкой, охваченной манией.
Тогда я и решила сделать все, чтобы никто не вспоминал тех детских фантазий. Продолжая наведываться к сестре в Легардор, проводя время в кругу ее новой семьи, я все так же тайком следила за Клантом, до крови кусая губы и рыдая в подушку, когда со мной он вел себя, как старший брат, а все внимание уделял какой-нибудь очередной фрейлине или служанке. Но он не знал, что я чувствую. В курсе моих страданий была лишь сестра. Вира, конечно, меня жалела, но хранила все в секрете.
Я пыталась заставить себя как-то прекратить эту муку, пробовала все средства, но, тем не менее, продолжала любить этого несносного легарда, в одночасье ставшего мне почти родней и моей погибелью.
Никто не был сравним с Клантом. Во всем он превосходил каждого, даже если мне это только казалось. Вот и Карр на фоне легарда выглядел нелепой тенью.
С некоторых пор мне пришлось смириться еще и с тем, что половина мужчин, встречаемых мною на жизненном пути, куда ниже меня. И опять здесь выигрывал Клант. На него я всегда смотрела снизу вверх, чувствуя себя все той же восторженной шестилетней непоседой.
Из-за роста я всегда чувствовала себя неуклюжей и немного неповоротливой на фоне других. Мне стоило родиться в Легардоре, среди полуоборотней. У этого народа высокий рост не считался чем-то странным, наоборот, на мою сестру первое время смотрели косо из-за того, что она такая невысокая. Потом я стала ей завидовать, брак с легардом и несколько несложных ритуалов навсегда соединили ее с народом королевства, подарив их долголетие. Из-за этого сейчас никто бы не поверил, что Вирена старше меня на одиннадцать лет – мы выглядим одногодками.
Будто и без того на мою голову свалилось мало трудностей, с годами я хоть и повзрослела, но так и осталась какой-то милой и нежной фарфоровой куклой, с большими светло-карими глазами и темно-русыми локонами. Разглядывая себя каждое утро в зеркале и перевязывая выступающие части тела, чтобы их не задело заклинанием на занятиях, я еле сдерживалась, чтобы не поправить в себе хоть что-нибудь магией, дабы сделать личико не таким хорошеньким. Но моих знаний не хватило бы, чтобы в случае чего вернуть все в прежнее состояние. Миссис Дросс иногда бралась читать мне лекции о том, что не магией мне нужно заниматься, а жениха себе поискать.
«Теперь никого искать не придется, теперь у меня будет Карр! – хмуро подумала я. – Не жених, но с его внешностью он точно отвадит всех желающих испросить руки и сердца!»
Этот тощий нахал с темно-карими глазами, лопухами вместо ушей и кривоватой улыбкой обладал поразительной уверенностью в себе, чем доводил совершенно всех вокруг минут за пять.
Тяжело вздохнув, я перевернулась на бок и задула светильник, погрузив комнату в темноту, в которой стало еще сложнее не думать. Мысли липкими лапками цеплялись за сознание, тревожа и расстраивая.
Ройне о практике я ничего не сказала, боясь ее в любом случае расстроить. Подруга часто говорила, что хотела бы пройти практику вместе со мной. В сложившихся обстоятельствах, я также выбрала бы эту заварэйку, но директор не изменил своего решения, противно улыбаясь и глядя прямо в глаза.
Уже завтра после экзамена девушка узнает, кто достался ей в пару, так что нужно избежать свидания с ней после этого. Или хотя бы сделать вид, что мне не были известны результаты.
Я прикрыла глаза, но сон не шел. Хотелось разбудить Ройну и самой ей все рассказать, но я еще надеялась на чудо. Возможно, директор просто пошутил на счет практики…
Ждать приходилось самого худшего, но я не знала, что все будет еще ужаснее, чем представлялось…
Коридор перед аудиторией ведущего мага был переполнен. Сегодня проходил не только последний экзамен, но и новый набор. Под ноги то и дело попадалась всякая мелюзга, еще даже не освоившая умение хамить со вкусом, толком и расстановкой. Времени растолковать им это у меня не было, иначе малышня не миновала бы вводной лекции.
Я нервно постукивала о каменный пол каблуком, посматривая на остальных учеников нашей ступени. Кроме нас с Ройной все выглядели довольно спокойными.
Оно и понятно! Веселику учеба требовалась лишь для того, чтобы родители от него отстали. Продолжать обучение волшебник не планировал. Дома его ждала невеста. Брак не был его целью, но договор семья подписала сразу после поступления. Остальные парни также невозмутимо попирали стены со скучающими лицами. Карр и вовсе сладко посапывал, сложив руки на груди. Хотелось подойти и как следует его пнуть.
– Что ты все вертишься? – нервно спросила Ройна, подскакивая больше меня.– Все ты сдала. Всегда же сдавала. Узнаем отметки, подпишем план практики и поедем по домам. Ты куда отправишься?
– Сначала к отцу, а потом к сестре, – улыбнулась я возможности отвлечься.
– О! Здорово! Завидую тебе, тоже бы хотела к легардам съездить. Я же первый раз в жизни их увидела, когда к тебе тот красавчик прилетал.
– Не преувеличивай, – отмахнулась я. – Легардов во всех княжествах полно, просто их так просто не заметишь!
– Да уж! – хмыкнула подруга. – Высоченные, красивые и еще оборотни наполовину. И от них веет такой притягательной таинственностью!..
– Ройна, это был муж моей сестры, – развеселилась я. – За Рэнда и против шерсти причесать могу!
– Да ладно, – протянула девушка и рассмеялась. – Лучше скажи, легарды все такие красавцы, или те двое, которых я видела, исключение из правил? Может все оборотни страшные и ужасные?
– Ройна, ты будто не училась вместе со мной, – прошипела я тихо. – Даже того, что пишут в книгах, достаточно, чтобы понять, что из себя представляют легарды. А ты себя как маленькая ведешь!
Девушка отшатнулась, глядя на меня с обидой. И я могла ее понять. Обычно, мы весело подшучиваем друг над другом, не обижаясь даже на самые неприятные слова. Но нервозность выбила меня из привычной колеи.
– Прости, я просто волнуюсь. А тут ты со своими подколками.
Я не имела права обижаться на девушку, но все же обиделась. Как бы легко я не реагировала на тему легардов, но сейчас привычная маска треснула, показывая истинные чувства.
Вспомнилось то, как я сама восприняла легардов, когда впервые их увидела. Мне ведь никто не объяснил, что браки между легардами и людьми очень редки и что это расходится с общепринятыми нормами. Маленькая я хотела себе в мужья Кланта и не видела препятствий.
Хорошо, что с тех пор я повзрослела и стала лучше разбираться в жизни. Мечта стать настоящей волшебницей оказалась гораздо реальнее, чем взаимная влюбленность между мной и моим легардом. Жаль только, что это не помогало избавиться от чувств, становившихся сильнее с каждым годом.
В последние года три я старалась даже не пересекаться с Клантом. Даже за многоразовым порталом обратилась к наследнику, хотя именно Клант хорошо умел делать артефакты.
Двери со скрипом разошлись в сторону и на пороге показался дрионий Рабиус с несколькими стопками пергаментов в руках. Часть он тут же отдал младшим ученикам, громко на них покрикивая и призывая к дисциплине, а затем, молча и, мне показалось ехидно, раздал наши листы.
Я со страдальческой миной взглянула на свой план и, понятное дело, вздохнула. Ройна рядом только что-то восторженно мямлила, пока наконец не рассмеялась:
– Такая практика легкая. У тебя тоже все задания при дворце князя Торры? Нужно будет несколько месяцев провести, изучая княжеский архив, а потом переписать необходимые сведенья, чтобы предоставить их дрионию Рабиусу и эриэтерию Талеку. А потом…
Девушка потянула край моего пергамента, читая начало списка заданий и удивленно замолчала.
– Ройна…
– У тебя половина заданий одиночные?! А половина вместе с Карром… Эмма?! – воскликнула девушка. – Я ничего не понимаю.
– Видимо, нас решили не отправлять вместе… – попыталась оправдаться я.
– Ты знала! – вдруг выкрикнула подруга. – Ты все это время знала, что нас не отправят вместе! Ты знала, да?
Ну, как тут отпираться? Особенно, когда Ройна смотрит на меня так… В какой-то момент даже показалось, что она применит одно из известных ей заклинаний, чтобы вытряхнуть из меня ответ.
– Да.
Одно слово. Одно единственное слово. И подруга изменилась в лице.
«Кажется, у меня больше нет подруги», – не без горечи проговорила я про себя, пытаясь как можно быстрее смириться с этим.
Ройна покраснела, ее разбирала злость. Она пыхтела, как раскаленный чайник. Ее гнев должен был пролиться. И она нашла лишь один способ сделать это. Девушка подступила ближе, сжимая кулаки и готовясь громко мне все высказать. Я поморщилась, но не отступила. И в этот миг девушку легонько толкнул Карр, полностью сбивая заготовленную тираду. А парень, судя по виду, даже не понял, что спас всех собравшихся от воплей сирены. Ройна всхлипнула, сунула пергамент под куртку и стремглав бросилась прочь.
– Привет, – Карр широко мне улыбнулся. – Видела список? У нас половина заданий совпадает! Двенадцать из двадцати семи.
– У меня всего двадцать два, – отрешенно отозвалась я, вытирая выступившие слезы.
– Здорово, да? Будет весело!
– Отстань, Карр. Не до тебя сейчас! – хрипло пробубнила я, уходя прочь, оставив парня недоуменно смотреть мне в след.
С меня достаточно и того, что предстоит несколько месяцев провести один на один с этим лопоухим идиотом, который не вызывает никаких эмоций, кроме раздражения.
Хотелось догнать подругу, поговорить с ней, хоть как-то оправдать себя и понять, почему она так распереживалась. Понятно, что я бы тоже расстроилась, но какая-то практика разлучала нас не навсегда, а лишь на год!
Пробежав по коридору, я мысленно приготовилась к долгому и тяжелому разговору. Ройна может начать опять кричать и бросаться на меня, но я должна действовать спокойно и решительно. Повторив это себе несколько раз, я завернула за угол, открыла рот… да так и замерла. Бежать никуда не требовалось. Ройна не ушла далеко. Она стояла у одного из оконных проемов, уткнувшись в плечо Дрою, самому тихому и беззаботному парню в нашей группе, и громко рыдала.
У меня сдавило сердце, глядя, как отчаянно вздрагивают плечи темнокожей девушки и как она сжимает куртку растерянного молодого человека. Малышня, получившая свободу от родительского надзора, с криками носилась взад-вперед, почти сбивая моих сокурсников с ног, даже мне досталось – толстенький мальчишка больно заехал в бок плечом, не подумав извиниться.
Хотелось плюнуть на все, пойти и самой успокоить Ройну, но я отступила обратно за угол, сплетая очень слабенькое заклинание отсечения звуков, которому в академии никто нас не учил. Эту простенькую формулу я нашла в книгах Лесса. Стоило влить в мысленный рисунок символов и знаков капельку силы, как визг и веселые крики первогодок отдалились и почти исчезли, зато теперь голос подруги я слышала настолько отчетливо, будто стояла у нее за плечом.
– …всегда! Так всегда! В этом вся Эмма! – воскликнула подруга и громко всхлипнула. – Только ленивый еще не знает, что она не просто девочка из Алории, а тамошняя княжна. Эмма думает, никто не посвящен в ее секрет! Будто трудно вычислить… Я догадалась почти сразу! Легарды, поездки в Элессон. Часто хотелось сказать Эмме, что хватит уже таиться, кому какое дело, что ты родовитее нас?! А потом!.. До сих пор жалею, что пригласила ее погостить к бабушке. Именно в то лето и раскрылась вся сущность Эммы!
– Рой, да ладно тебе, – промямлил Дрой. – Эмма нормальная девчонка.
– Да она втерлась в доверие к моей бабушке! Представляешь, каково мне было, когда моя единственная бабуля стала во всем и всюду приводить мне в пример Эмму? Эмма такая, Эмма сякая… Эмма уже то знает, Эмма уже то выучила. Они переписывались! А мне бабуля редко писала, говорила, что не из-за чего пергамент переводить!
– Да ладно! Это бабушка просто так тебя заставляла лучше учиться!
– Я тоже так решила в конце концов, – простонала Ройна. – И зря, как оказалось! Эмма все у меня отбирает! Она, наверное, заметила, что мне нравится Карр, и вот так решила его от меня отвадить!
– Карр? – опешила я. – Причем здесь этот лопоухий…
– И так все парни с нее глаз не сводят! – пискнула Ройна. – И с легардами она дружит! Так ей мало!
– Рой, но ведь не Эмма решила так! Это дрионий Рабиус нас распределил, – мягко заметил Дрой.
– И ты за нее! – обиделась девушка еще сильнее. – Мало того, что она красивая, ей прощают все выходки… мало того, что богатая! Так еще ее все защищают! Гениальная Эмма! Умелая Эмма! А я никто! Просто фон для ее светлости!
Я прикусила губу, чтобы не расплакаться. Идти и разговаривать с подругой расхотелось. В голове промелькнула лишь одна мысль: «Нужно собрать свои вещи и выехать из пансиона раньше, чем Ройна туда придет».
