Глава 6
Палата была светлой и неожиданно уютной. Мягкий бежевый текстиль, небольшое окно с видом на аккуратный внутренний двор, кресло у тумбочки и высокий шкаф, куда Лея тут же убрала свою сумку. Все выглядело не как больничное помещение, а как номер в хорошем санатории. Без запаха лекарств и стерильности.
Она подошла к кровати, провела рукой по идеально гладкому покрывалу. Все было… правильно. Но внутри что-то кольнуло. Ощущение, что чего-то не хватает.
Лея разложила привезенные вещи: пару книг, блокнот, зубную щетку, планшет, телефон с зарядкой. Поставила стакан с водой на тумбочку. Села на край кровати и огляделась.
Пусто. Тихо.
Стук в дверь. Сердце дрогнуло, но не отозвалось так, как несколько минут назад в присутствии доктора Веллиоса.
Это были родители.
– Как тут у тебя? – первым вошел отец, огляделся, одобрительно кивнул. – Слушай, даже лучше, чем я думал.
– Как в отеле, – добавила мама, проходя следом. Она подошла к окну, приоткрыла штору. – Света много. Воздух хороший. Тишина. Здесь тебе будет легче.
Лея попыталась улыбнуться. Они ведь старались и правда радовались. И все же слышался излишней восторг, который всегда говорил о неуверенности и о страхах. Как будто это был последний шанс, за который все цеплялись обеими руками.
– Да, здесь неплохо, – сказала Лея, опуская взгляд. – Мне… даже есть телевизор. Круто же.
Мама села рядом, обняла ее за плечи.
– Круто, – произнесла и улыбнулась. – А там что?
– Ванная комната.
– Хорошие условия, – произнесла она, крепче обнимая дочь. – Нам разрешили приходить в любое время. Так что всегда жди гостей, отец будет привозить тебе что-нибудь вкусненькое.
– Ань, сомневаюсь, что мы сможем ее чем-то удивить. Тут точно будут кормить трюфелями.
– Ну, конечно, – рассмеялась мама. – И черной икрой.
– Вот посмотришь, – подначивал отец. – Мы еще будем завидовать.
– Я вам оставлю, – рассмеялась Лея. – Честное слово.
– Договорились, – улыбнулся отец. – Если что, сразу звони. Мы приедем. В любое время.
– Я знаю, – кивнула Лея.
Мама прижалась к ней щекой, вдохнула запах волос.
– Мы скоро навестим тебя. Отдыхай.
Лея снова кивнула и проводила их взглядом, пока дверь мягко не закрылась за их спинами.
Комната снова стала тихой. Девушка дотянулась до пульта, включила телевизор.
Спустя несколько минут пришла медсестра.
– Готовы к капельнице? – спросила она мягко.
Лея кивнула. Рука немного дрожала, организм, привыкший к истощению, еще не верил в передышку.
– Вы хорошо держитесь, – сказала медсестра, пока крепила ленту на предплечье и готовила систему. – Это хороший знак.
Лея лишь улыбнулась. Она не хотела говорить, что просто старается не думать. О диагнозе. О прогнозах. О процентах.
Особенно о процентах. Их так мало.
Когда капельница была подключена, медсестра пожелала ей хорошего отдыха и вышла.
Лея откинулась на подушки, поправила одеяло, на телевизоре выбрала музыкальный канал и подпевала знакомым мелодиям. Потолок был белым, ровным и бесконечно спокойным.
Но все равно чего-то не хватало.
Она подумала о Константине.
О том странном ощущении, будто она может просто сидеть рядом с ним и не чувствовать себя больной или слабой.
Она вспомнила, как он сказал: «Я рад, что вы сегодня с нами».
И вдруг захотелось, чтобы он зашел. Пусть ненадолго. Просто спросил, все ли в порядке. Сказал пару слов. Даже молча постоял у двери.
«Глупости», – подумала она, отворачиваясь к окну.
Но сердце, будто не слыша разума, тихо и настойчиво шептало: «Пусть придет… хоть на минуту».
Лея закрыла глаза, так легче было представить, что дверь сейчас скрипнет и он появится. Высокий, сдержанный, с этим спокойным голосом, в котором не было ни грамма жалости. Она даже не знала, зачем его появление нужно, ведь они едва знакомы. Но присутствие доктора Веллиоса действовало на нее, как теплый плед в зимнее утро. Становилось уютно.
Минуты тянулись медленно. Раствор в капельнице стекал лениво, пульсируя в прозрачной трубке. Музыка на фоне сменилась на инструментальную мелодию. Лея повернулась на бок и прижала ладони к груди. Тихо. Сердце билось ровно, но почему-то немного замирало каждый раз, когда в коридоре раздавались шаги.
Она уже почти задремала, когда дверь мягко приоткрылась.
Лея приподнялась на локте.
Он вошел молча.
Без белого халата, в черной водолазке и темных брюках.
– Простите, – сказал Константин, закрывая за собой дверь. – Не хотел тревожить. Решил убедиться, что все в порядке.
– Все хорошо, – прошептала она, глядя на него, как будто боялась, что он исчезнет.
Он подошел ближе, но не сел, не коснулся ее. Только посмотрел внимательно, словно сканировал.
– Вам комфортно? Ничего не тревожит?
Лея покачала головой.
– Слишком тихо, – призналась она и улыбнулась немного неловко. – Это глупо, да?
– Нет, – покачал он головой. – Это честно. Тревожность? Страхи?
– Угу, – призналась она, покусывая губы. Было некомфортно лежать при виде мужчины, нависающего над ней. Хотелось сесть, поправить кофту, волосы. – А это?.. – указала тонким пальчиком на капельницу.
– Это поддерживающий раствор. Ничего серьезного, – он замолчал, будто взвешивал, можно ли сказать больше. Потом мягко кивнул: – Если что-то потребуется – сразу сообщите. Я здесь практически круглосуточно.
– Наверное, ваша семья недовольна этим?
Константин слегка вскинул брови, но девушка уловила тонкую, едва заметную тень в его взгляде. Он опустил глаза и с той же безупречной вежливостью, но с едва уловимой грустью произнес:
– Моя работа – моя семья.
– Звучит грустно, – тихо сказала она, не отводя взгляда.
– Я рад, что вы чувствуете себя лучше, – сказал он, игнорируя ее слова. – Завтра будет небольшой осмотр, ничего сложного. Но сегодня просто отдых.
Константин шагнул к двери. Уже почти вышел, когда вдруг задержался и, не оборачиваясь, сказал:
– Хорошего дня, Лея.
– Вам тоже, – прошептала она в ответ, даже не уверенная, услышал ли он.