Письмо из армии
Здравствуйте, мама и папа! Пишет вам ваш сын Кердык. Только меня уже не так зовут, но об этом – попозже. Вы, наверное, меня уже потеряли. Не беспокойтесь, я уже нашелся. Служу в российском спецназе – инженерных войсках. Как я сюда попал? Помните, несколько месяцев назад я пошел на охоту? Вышел к морю, там всплыла русская подлодка. Эй, говорят, чукча! Где мы находимся?» Я говорю: «У берегов Аляски». Они: «Покататься хочешь?» Конечно, хочу. Сел. Они меня и переправили в Россию. У них идет призывная кампания, план не выполняется, вот и собирают с миру по нитке.
Доставили в военкомат. Я военкому говорю: «Я – гражданин Америки!» А он мне: «Граждане Америки – негры! А ты – натуральный русский… чукча! Иди, отдавай долг Родине». Я говорю: «Я не занимал». Он: «Никто не занимал. Но отдать обязан каждый». Я говорю: «Сколько отдавать-то?» Он: «Два года. Россия тебе мать или не мать?» Я говорю: «Скорее, мачеха». Он: «Тем более. Мы тебе орден дадим. Хочешь орден?» Конечно, хочу. Он из ящика орден достал, мне на грудь прицепил. Я глаза скосил – на ордене надпись: «Отличник Советской армии». Он спрашивает: «Жена есть? Нет? Сын родится – отпуск дадим». Служить будешь в войсках особого назначения. Инженером-строителем. Звать тебя отныне не Кердык Пуншес, а Ваня Шайтанов. Мама – чукча, папа – геолог. Иди, проходи медкомиссию!» А если, говорю, не пройду? Пройдешь, говорит, здесь все проходят.
Пошел проходить. Врач спрашивает: «Здоров?» Я говорю: «Нет, болен. Всеми болезнями из большой медицинской энциклопедии». Он: «Косите?». Я: «У нас у всех глаза такие». Он: «Закройте глаза. Что видите?» Я: «Ничего». Он: «Странно. Ну, тогда откройте. Так лучше?». Да, говорю. Он: «Ну, вот и прекрасно! Годен!». И меня повезли в часть. По дороге сопровождавший меня офицер уговорил подарить ему унты. Ружье у меня еще на подлодке потерялось. Лыжи мы поменяли на водку, а все остальное я проиграл в карты двум призывникам-абхазцам, которых выловили на городском рынке.
В части мне выдали новое обмундирование и саперную лопатку. Иди, говорят, копай траншею. Я говорю: «Я не буду рыть траншею, я – инженер!». Но рядовой Чапыгин объяснил мне, что это не освобождает меня от обязанности рыть траншеи саперной лопаткой, чистить унитазы зубной щеткой и скрести полы в казарме осколком стекла.
Три месяца пролетели как три года. А потом к нам приехал американский военный атташе – посмотреть на нас изнутри.
Я как раз был в очередном наряде, и когда он проходил мимо, обратился к нему по-английски. Он очень удивился: «О, в русском стройбате рядовые солдаты знают английский?!» Я говорю: «Сэр, я – гражданин Америки!». Он внимательно меня оглядел и говорит: «Таких граждан только на Аляске держать!». Я говорю: «Так я оттуда и есть!». Он: «Вот и слава Богу». И пошел. А ко мне подскочил сержант Егоров: «Ты что это, нанайская морда, Родину решил продать?» И стал меня учить ее любить. И теперь я так ее люблю, что до конца службы не покину свою часть, даже если меня об этом будет просить Джордж Буш. Потому что защита России-матери – святая обязанность каждого русского любой национальности и гражданства! Ваш сын Кердык, а по-новому – Ваня Шайтанов.
