Глава 2, в которой происходит переезд и завязываются новые знакомства
Вокзал впечатлял. Я словно бы на время очутилась в родном питерском метро, на одной из пересадочных станций. Аристократы, покинув вагон первого класса, сразу направились к движущимся вверх лестницам. Ну разумеется, негоже небожителям топтаться по нижним этажам.
Пассажиры в самой скромной одежде пешком спускались вниз. Я же одёрнула рукава нового ярко-красного жакета и двинулась вперёд. Мне не терпелось взглянуть на Центральный Провал. По словам тиры Эдит, он уходил вниз на целых шесть ярусов. В Ризесе подобного не было.
Не было там и ещё кое-чего. Того, что я страстно мечтала увидеть, прибыв в Фосс. Я шла по тоннелю, а сердце ускоряло ритм, взволнованно стуча о рёбра. Мне до последнего не верилось, что услышанное правда. Но вот освещённый тоннель закончился, я стремительным шагом вылетела на широкую площадку, огораживающую провал… и замерла как вкопанная, с абсолютно детским восторгом задрав голову вверх.
Небо.
Здесь, в Фоссе, можно было увидеть небо. Пусть небольшой далёкий клочок, огороженный прозрачным куполом, но это было на целый клочок больше, чем в Ризесе, где я прожила последние несколько месяцев.
Не сразу я поняла, что плачу. Просто смотрю наверх и рыдаю, как ребёнок. Надо же, а я думала, что давно утратила эту способность. В голове не укладывалось, насколько в действительности я успела соскучиться по дневному свету.
– Фу, провинция, – послышалось за спиной. – Какой аляповатый жакет!
– Ты смотри, она впервые видит небо. Сразу видно, из какой-нибудь котловины вылезла.
А вот и не из котловины. Ризес – тоже кратер. Хоть и небольшой.
Зато эти шепотки помогли взять себя в руки. Подумаешь, небо. Вот выполню своё желание, и вернусь домой. Там сколько угодно неба. Успею насмотреться.
Расправив плечи и гордо вздёрнув подбородок, я двинулась в сторону уходящей вниз лестницы. Сейчас я находилась на четвёртом ярусе, а нужен был пятый. Очень скоро я увижу лавку, в которой мне предстоит строить бизнес.
Вывернув с лестницы на площадку пятого яруса, я заозиралась в поисках указателя. Одинокий столбик стоял на краю провала, освещённый скупыми лучами дневного света. Сюда его долетало ещё меньше. Зато на указателе ясно значилось нужное мне направление.
Второй Центральный тоннель вёл вглубь скалы. Довольно широкий, умеренно светлый. Освещение было на порядок более щедрым, чем в Ризесе. Но более скупым, чем на четвёртом ярусе. Я бы сказала, что света здесь – как в местечковом торговом центре возле метро. Вроде бы всё видно, но обстановка мрачноватая.
Первой бросилась в глаза вывеска «Студия Шарма». Я недобро прищурилась: по рассказам тиры Эдит, именно владелица этой сети, Розалина Шарм, вытеснила её из Фосса. И именно с этой торговой маркой мне предстояло конкурировать.
Моя лавка находилась дальше, но я сочла нужным задержаться. Из багажа с собой была всего одна сумка (остальное отправила курьером) да и я не то чтобы сильно устала… Словом, я приняла спонтанное решение заглянуть внутрь и оценить конкурентов. Можно было бы ограничиться осмотром лавки сквозь витрину – но, увы, витрин в местных лавках не водилось. Лишь глухие стены, из которых торчали двери да вывески.
Подавив желание постучаться, я потянула створку на себя, и тут же оказалась в полутёмном помещении. Застыв в недоумении, я принялась оглядываться в поисках хозяйки. Увы, навстречу мне выходить не спешили.
– Добрый день? – позвала я.
– У нас обед! – отозвались из глубины. – Приходите через час.
М-да… Сервис на высоте.
Я позволила себе задержаться ещё на пару минут. Прошла вдоль вешалок с готовым платьем. Кажется, о клиентоориентированности здесь не слышали. Одежда была почти одинаковая – мало того, что все ткани имели землистый оттенок, так ещё и на первый взгляд размеры были совершенно одинаковыми. А мой взгляд достаточно профессионален, чтобы быть уверенной, что так оно и есть.
Выходила из магазина в недоумении. Каким образом вот этому удалось вытеснить с рынка тиру Эдит? Да, тира не отличалась оригинальностью, но никогда не пренебрегала посетителями. Всегда была доброжелательна, и имела широкий ассортимент тканей всех оттенков.
Я присмотрелась к прохожим и нахмурилась. Жители были одеты в эти самые землистые цвета. И на меня, в ярко-красном жакете, косились с плохо скрываемым презрением. Стоило это осознать, и волной накатил стыд. Как в детстве, когда приходилось носить рубашки со слишком короткими рукавами… Но я тут же взяла себя в руки и расправила плечи. Видимо, я не вписывалась в чьи-то стандарты? Что ж, очень жаль. Придётся этим стандартам подвинуться.
Украдкой разглядывая костюмы прохожих и мысленно делая пометки для будущих дизайнов, я едва не проскочила свой поворот. А когда поняла, застыла в недоумении. Просто Третий Пещерный переулок, который значился в адресе, был больше похож на тесный коридорчик. Такой был в приюте, и там зажимали незадачливых ребятишек, которым не повезло перейти дорогу хулигану Жеке. Я сама оказывалась в нём не менее десятка раз, пока не научилась давать отпор.
Опасливо оглядевшись по сторонам, я всё же рискнула войти в переулок. Освещения здесь было мало. Места – ещё меньше. Кажется, попадись мне кто-то навстречу, расходиться пришлось бы бочком. А главное – здесь не было никого. Ни прохожих, ни вывесок, ни дверей…
Впрочем, спустя десятка два шагов моё мнение резко поменялось: в нос ударил аромат свежей выпечки. Рот моментально наполнился слюной, и я рванула вперёд. Последний раз я нормально ела в Ризесе, а все перекусы закончились ещё в поезде. Так что подкрепиться не мешало.
Но только я набрала скорость, мне пришлось на собственном опыте убедиться, как это – расходиться в таком тесном коридоре. Коридорчик в очередной раз вильнул, и я впечаталась в чью-то широкую грудь.
– Девушка, вы не пострадали? – прозвучал бархатный голос, и я удивлённо вскинула глаза. На меня смотрел потрясающе обаятельный мужчина. Непривычные для пещер тёмные волосы зачёсаны назад, в карих глазах застыли смешинки… И лишь потом я разглядела необычную смуглость незнакомца. Быть не может…
– Вы василиск? – спросила я заворожённо. Потому что, ну… В Ризесе василиски практически не жили. Если не считать мэра кратера, которого я, впрочем, за несколько месяцев ни разу и не встретила. Но тира Эдит говорила, что в Фоссе их, якобы, пруд пруди. Особенно на верхних ярусах.
Брови незнакомца взлетели вверх. Чёрт, видимо, вопрос оказался некорректен. Впрочем, через миг взгляд мужчины спустился ниже, оценил яркую одежду и сделал правильные выводы:
– Вы, должно быть, недавно прибыли? – уточнил он.
Я смущённо кивнула и отвела глаза. Действительно, неловко вышло.
– Прошу простить мою бестактность, – пробормотала я. – Просто я до сих пор ни разу… ну…
– Я всё понимаю, – мягко улыбнулся незнакомец. – Будем знакомы. Кэр Гордан Гущер. Старший следователь.
Кэр, не тир? То есть, он из аристократов? А впрочем, василиски, кажется, все из аристократов. Что-то я такое слышала.
Кэр Гущер протянул руку, которую я радостно пожала, вызвав мимолётное недоумение собеседника.
– Я Василиса, – представилась я. – Тира Василиса Белова. Новая владелица ателье… – я неопределённо указала рукой вперёд по коридору.
– Разве там что-то ещё есть? – удивился он, оборачиваясь. – Я всегда думал, что пекарня – единственное заведение этого переулка.
Я криво улыбнулась, прикидывая, сколько ещё людей уверены, что в коридоре ничего нет. Что ж, работа предстоит большая, но я к этому готова.
– Пока нет, но будет, – убеждённо ответила я. – На этой неделе начинаем работу.
– Вот как… – кэр Гущер смерил меня новым, оценивающим взглядом и усмехнулся. – Что ж, желаю удачи.
– Благодарю, – отозвалась я и попыталась обойти нового знакомого. Сделать это в узком коридоре и впрямь было непросто.
Мужчина галантно посторонился, пропуская меня.
– Кстати, тира… – позвал он, когда я уже собиралась вовсе откланяться. – На одном из нижних ярусов был замечен опасный преступник. Так что если увидите что-то подозрительное, сразу сообщайте полиции.
– Конечно, – растерялась я. – А как мне это сделать?
– Отделение пятого яруса находится в Первом Центральном тоннеле. Приходите туда. – Он на миг замялся и продолжил. – У преступника светлые волосы, он высокий и… он василиск.
Я нервно усмехнулась. Интересно, как мне предлагается в случае чего бежать от злоумышленника аж до полицейского участка? Я же только от Центрального Провала минут пятнадцать добиралась. Я с опаской покосилась вглубь уходящего дальше коридора и поёжилась. А что если он сейчас сидит там, в тупике, и поджидает меня?
– Я провожу вас, – предложил следователь, верно истолковав мои мысли.
Вопреки опасениям, коридор оказался пуст. Мы прошли мимо уютной вывески «Пекарня Бейкер», сделали ещё пару поворотов, и упёрлись в тупик. Здесь было уже настолько темно, что ещё в пути пришлось зажечь пульсар. Светлячок освещал каменные стены, отражаясь от редких вкраплений каких-то блестящих пород.
Увидев скромную железную дверь, я с облегчением выдохнула. Никаких преступников не было.
– Спасибо вам, – искренне поблагодарила я следователя. – Обязательно приходите ко мне за новым костюмом.
Кэр Гущер окинул насмешливым взглядом мой наряд и вежливо улыбнулся.
– Я… Подумаю, – пообещал он, и я поняла, что больше мы скорее всего не увидимся. Не его стиль, точно.
– Что ж, всего доброго, – попрощалась я.
Следователь кивнул и поспешил удалиться. А я зашарила в сумке в поисках ключа. Через пару минут поисков он нашёлся в потайном карманчике. Что ж, вот сейчас я наконец увижу место, в котором мне предстоит обитать в ближайшие месяцы. И я заранее была уверена, что искренне полюблю эту лавку. Точно так же, как её любила тира Эдит.
Глубоко вдохнув, я вставила ключ в замочную скважину и повернула. Дёрнула дверь, толкнула… Застыла в недоумении. Повернула ключ в обратном направлении… По спине пробежал холодок. Дверь изначально была не заперта? Как такое возможно?
Искренне пожалев, что следователь, уже ушёл, я осторожно потянула на себя створку. Нет, я не очень-то верила, что внутри может в самом деле прятаться злоумышленник. Подобная вероятность была за гранью реального. Скорее, досаду вызывал факт того, что лавка могла простоять незапертой много лет. И оставалось лишь догадываться, во что могло превратиться помещение. Увы, я прекрасно знала, что заброшенные дома редко бывают по-настоящему заброшены. Если есть возможность проникнуть внутрь, то ей могут воспользоваться многие – от подростков, устроивших в здании какой-нибудь секретный штаб, до каких-нибудь местных бомжей. Интересно, здесь есть бомжи?
Однако, вопреки опасениям, внутри всё выглядело довольно прилично. Вещи не разбросаны, кассовый аппарат на месте, ткани сложены на полках под заклинанием стазиса.
Я повернула выключатель, освещая помещение, и застыла в благоговейном трепете. Все мрачные мысли испарились под натиском безграничного восторга. Неужели моя мечта начала сбываться? И вот это всё великолепие теперь моё? Плевать, что лишь на несколько месяцев – всё равно моё. И в данный момент я чувствовала себя настоящей бизнес-леди.
Душу затопило ликование и странное умиротворение. Я шагнула к стеллажам и трепетно погладила яркие ткани. Позвенела фурнитурой. По словам тиры Эдит, она уезжала из Фосса, надеясь на возвращение, поэтому многое оставила здесь. Она годами собирала средства, готовясь взять реванш. И сейчас все её сбережения, все запасы и даже сама лавка оказались в моих руках. Так что теперь ставки повышались: мне предстояло выполнить сразу два желания. Удвоить вложения, как и написала на несчастном клочке бумажки, ради себя, и возродить лавку, похоронив конкурентку, ради тиры Эдит. Похоронить предполагалось в переносном смысле, но это задачу не упрощало. И прямо сейчас азарт в крови зашкаливал. Хотелось смеяться, танцевать, вступить в настоящую схватку…
За спиной послышался шорох. И я насторожилась. Все радужные мысли испарились, оставляя после себя страх. Я ведь забыла про незапертую дверь… И неожиданно вероятность встретить сбежавшего преступника именно в этой лавке показалась не такой уж и ничтожной.
Звук повторился. Я резко обернулась, отскакивая в сторону. И внутренне застонала. Вот почему именно мне так не везёт?
От дальней двери, ведущей вглубь дома, ко мне крался мужчина. Светловолосый василиск, с голым торсом и оливковой кожей. Увидев, что я его заметила, он хищно улыбнулся и бросился вперёд.
Из одежды на мужчине красовались одни лишь широкие штаны и домашние туфли, так что я даже на миг залюбовалась его накачанным торсом. Но лишь на миг. В следующую секунду пришлось уворачиваться от летящего на меня тела.
Увернулась. Отскочила. Перемахнула через прилавок и огляделась. Чем бы таким в него швырнуть? И вот интересно, как в этих пещерах обстоят дела с эхом? Имеет смысл звать на помощь или не стоит и пытаться?
Под руку попался стул. Хороший, добротный. Из железа. Поднять его я, конечно, не смогла, зато резко опрокинула под ноги преследователю. Где там полицейский участок, куда надо сообщать о подозрительных личностях? Первый центральный тоннель? Рукой подать! Сейчас ка-ак разбегусь…
Показать чудеса скорости, впрочем, не удалось. Пресловутый подозрительный элемент кинулся наперерез и заблокировал выход. Я попятилась ко второй двери, уже осознавая, что шансы выбраться живой стремительно тают.
– Ты никому не расскажешшшь, – прошипел незнакомец, и между зубов мелькнул кончик раздвоенного языка.
Страх? Нет, увы. Душу до краёв затопила злость. Я, чёрт возьми, потратила столько лет! Училась шить с десяти, выполняла заказы с шестнадцати. Шесть лет вышки – вообще молчу. Курсы повышения квалификации – и всё ради чего? Чтобы на пороге открытия собственного бизнеса вот так бесславно погибнуть в богом забытой пещере? От руки какого-то ненормального мужика?
Вот всегда знала – все беды от мужчин. И конкретно этот экземпляр – прямое тому подтверждение. Но просто так я не сдамся.
Нырнув в соседнее помещение, я прищёлкнула пальцами, вновь создавая пульсар. Судя по всему, я оказалась в рабочем кабинете… Мастерской… Не важно. Важно, что моему взору открылись самые настоящие сокровища – магическая швейная машинка с шестнадцатью режимами! Шестнадцатью! На машинке в Ризесе было всего пять! Тут же стоял манекен на длинной ножке, широкие рабочие столы, машинка для вышивки… Если бы не продолжавший преследование полуголый василиск, я бы даже прослезилась от счастья. А так…
Схватив манекен, угрожающе подняла над головой.
– Живой не дамся! – предупредила я.
Мужик ухмыльнулся и даже не замедлился. А я… Ну глупо же угрожать, если исполнять угрозу не собираешься, верно? Я размахнулась и швырнула поднятым манекеном в него. Только вот капельку не рассчитала. Или роста не хватило. Основание манекена зацепилось за ножку стола, и вместо того, чтобы полететь в василиска, вся эта конструкция с жалобным шмяком обрушилась на пол между нами.
Мужчина отреагировал на мою попытку нападения изогнутой бровью и обвёл глазами помещение. Явно решил продемонстрировать, как именно нужно бросаться предметами. И его взгляд остановился…
И вот теперь мне стало по-настоящему страшно. То есть, злость и инстинкт самосохранения никто не отменял, но тут ситуация стала критической. Просто этот варвар, он… потянулся к швейной машинке. Той самой, с шестнадцатью режимами! Такого надругательства над прекрасным я ему позволить не могла.
– Нет-нет-нет-нет-нет! – Я с воплем повисла на руке мужчины, не позволяя поднять это сокровище. – Только не её!
Василиск смерил озадаченным взглядом одну ненормальную девицу, повисшую у него на предплечье. И осторожно поинтересовался:
– А что можно?
Я удивлённо вскинула взгляд. И тут же едва не утонула в невероятных золотых глазах. В них плясали бесенята, как будто он искренне забавлялся ситуацией. И вот… Я склонна винить долгую дорогу и усталость. Потому что вместо того, чтобы вспомнить о смертельной опасности, я на полном серьёзе обвела задумчивым взглядом мастерскую.
– Ну не знаю… Наверное, ничего, – озадаченно протянула я и задержалась на валявшемся под столом манекене. – Пожалуй вот он, – кивок, – был единственным, чего не жалко. Всё равно новый покупать придётся, этот совсем обветшал.
Вновь обратив внимание на собеседника, я обнаружила, что меня разглядывают со смесью любопытства и сочувствия. И, в принципе, я могла его понять…
– Ты совсем с головой не дружишь? – поинтересовался василиск.
– А ты меня передумал убивать? – ответила я вопросом. Просто внезапно вспомнилось, с чего начался наш разговор. Осознав, что до сих пор стою, вцепившись двумя руками в предплечье полуголого мужчины, поспешно отступила на шаг.
– Да я, в общем-то, и не собирался… – Он задумчиво потёр освобождённую руку. – Так, попугать хотел и выгнать.
– Это вряд ли, – расстроилась я. – Просто теперь это моя лавка, и уйти я не смогу.
Усталость. Она и только она. А ещё зверский голод. Иначе зачем бы мне откровенничать с незнакомым подозрительным василиском?
– Досадно, – вздохнул он. – Потому что в мои планы это тоже не входило.
И он выжидательно уставился на меня. Я ответила тем же. Расправила плечи и взглянула с вызовом, который практиковала каждый день жизни в приюте. Ух, Бозя бы мной гордилась.
Василиск прищурился. Я тоже. Ни один из нас не собирался уступать в этом молчаливом противостоянии. И неизвестно, чем бы закончились наши гляделки, если бы нас не прервал громкий стук в дверь.
