Страницаиз1
СкороКнижный режим
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.
Сэнди
«Я не могу. Проникнуть в чужой дом – это преступление. Меня посадят. Вдруг там кто-то есть?» – кружились мысли в бешеном танце страха и сомнения. Дерево, скрывающие меня от чужих глаз, звонко скрипнуло, ускоряя, итак, разогнавшийся ритм моего пульса. Белый комочек пара и замерзшие пальцы ног напоминали о том, что медлить нельзя. Скоро окончательно стемнеет, и я могу не найти обратную дорогу. Нужно решаться: или сейчас, или никогда.
Навязчивая мысль, как комар, высасывающий кровь, въелась мне в голову: «А вдруг она там? Прошло несколько часов с того сообщения. Она может быть там. Я должна проверить».
Взглянув мимолётом на этот одноэтажный дом в лесу, с первого взгляда не понять, жилой он или пустующий. Ему не помешала бы мужская крепкая рука, которая прикрутила бы отходящие деревяшки фасада, но в целом он ничем не отличался от других домов.
Проверив кобуру за пазухой, я медленно делаю первый шаг по направлению к нему. До него около ста метров, но оставшееся расстояние я преодолеваю, едва успев моргнуть. Спешно добежав до дома, падаю на корточки, чтобы спрятаться и попытаться угомонить своё громкое дыхание, которое мешает мне нормально соображать. Через несколько минут, слегка успокоившись, я решаюсь заглянуть в окно, чтобы подглядеть есть ли кто дома. Тело делает быстрый выпад вверх, сравнимый с прыжком гепарда, но в окне не видно ничего, кроме черной тьмы. Света нет.
Я задумываюсь над тем, живет ли кто-то в этом доме. Меня трясет от одной только мысли, что я затеяла проникновение на частную территорию. По закону, если меня поймают, я могу попасть в тюрьму. От этой мысли мне страшно. И хотя мое дыхание стало нормальным, но сердцебиение выдает, что я не готова.
Оглядываясь по сторонам, мой взгляд цепляет вытоптанную траву возле дома. Это говорит о том, что хозяева всё-таки появляются.
– Постучать? – проносится привычная мысль, которая сразу же блокируется разумом.
– Нет. Что я им скажу? Что моя подруга пропала и я думаю, что она в этом доме? Это же смешно! Мне нужно проникнуть тихо и незаметно. – думаю я, когда медленно ползу в сторону заднего выхода.
С каждой минутой на улице становится все темнее и холоднее, но я не чувствую этого. По моим венам бежит смесь адреналина и страха, которая заставляет соображать быстрее. Я уже решилась на первый шаг и отступать назад было бы глупым. Все что мне сейчас нужно, это найти ее.
«Машины рядом с домом нет, но не похоже, чтобы в это место можно было добраться пешком» – замечаю я, в надежде что хозяев нету.
Обойдя дом вокруг, я упираюсь в закрытые двери. Мои планы, тихо проникнуть в дом, ломаются с каждым шагом. Я не умею взламывать замки, как и проникать в чужие дома. Но вдруг, я замечаю, как лунный свет подсвечивает окно неравномерно. Подхожу к нему и вижу острую дыру размером с кулак.
«Я могу попробовать просунуть руку и дотянуться до щеколды» – пролетает мысль в голове.
Натянув перчатки, чтобы не пораниться, осторожно протягиваю руку внутрь, проклиная себя за то, что придумала эту идею, нащупываю шпингалет и открываю окно. Это было просто. Не похоже, чтобы в этом доме заботились о безопасности.
– Ау. Есть кто дома? – шепчу в темноту, отзывающейся полной тишиной.
Перепрыгнув через окно, оказываюсь в небольшой комнате. Резкое движение справа заставляет меня мгновенно повернуть голову и увидеть, как огромная крыса спрыгивает со стола и убегает в соседнюю комнату. Не на шутку перепугавшись, включаю фонарик на телефоне и освещаю маленькую комнату, похожую на детскую. По стенам в комнате невозможно понять кому она принадлежит, мальчику или девочке. В углу детской располагается кровать, аккуратно заправленная постельным бельём. В комнате чисто и аккуратно. Нет ни пыли, ни разбросанных вещей. Я обращаю внимание на то, что книжки на полках стоят словно вымеренные по линейке. Создается ощущение, что это музейный экспонат, который нельзя трогать руками.
Перемещаясь в коридор, я ощущаю себя некомфортно. Стараясь не издавать ни малейшего звука, я слышу каждый свой вздох и удар сердца, отчего мне становится еще тревожнее.
«Если хозяева вернутся, я не смогу объяснить, что я тут делаю и меня арестуют. Моя жизнь разрушится, как хрустальный замок» – нагнетаю себя, продвигаясь дальше.
Мой фонарик освещает недостаточно, чтобы разглядеть весь дом и тогда я решаюсь найти включатель. Нащупываю стену, натыкаюсь на него на уровне пояса, нажимаю и тусклый желтый свет освещает коридор. В этот момент, рука, все время лежащая на кобуре, непроизвольно дергается.
В доме никого нет.
– Кэтти, ты тут? – решаюсь негромко позвать ее.
В ответ не раздается ни звука.
Медленно волоча ноги, захожу в следующую комнату и вижу, как передо мной стоит еще одна кровать, с особой педантичностью, заправленная белым одеялом. В углу комнаты находится деревянный шкаф таких больших размеров, что ни один мужчина не сможет его передвинуть в одиночку. В другом углу комнаты стоит небольшой коричневый комод. Вся мебель простая, но сделанная с особой щепетильностью. Видно, что мастер, который ее делал, долгое время полировал каждую деталь.
Открыв громоздкий шкаф, вижу мужские вещи 48 размера. Среди них двое штанов, три клетчатые рубашки и теплая куртка. Я не нахожу ничего, что могу назвать важным.
Дальше по коридору я попадаю в гостиную с кухней. Стоя здесь, в этом доме, я чувствую себя глупой. Это самое обычное место, такое тихое, спокойное, аккуратное. А я, придумав себе невероятные картины, вломилась в чужую недвижимость.
«Что я хотела здесь найти? Комнату пыток, в которой она лежит связанная и ждет моего спасения? Но что значило ее сообщение? Может она потерялась в лесу?»
Перемещаясь вглубь дома, вижу еще одну комнату. Быстро отворяю дверь и понимаю, что все пропало. Ничего. Это обычная кладовка. Стеллажи, стоящие вдоль стены, уставлены стеклянными банками, коробками и вещами, покрытыми пылью. Некоторые из продуктов покрылись плесенью. Кто бы тут ни жил, он любит песни Майкла Джексона.
Возвращаясь в гостиную, сажусь в отчаянии на диван и закрываю глаза руками. Слезы хотят пробиться наружу, но я не даю им этого сделать. В голове неуловимо быстро проносятся мысли, как экспресс между Бостоном и Вашингтоном. Мысленно я пытаюсь собрать пазл, который никак не сходится.
«Что-то не так. Я ощущаю, что чего-то не хватает. Я что-то упускаю. Думай Сэнди.»
Вскочив с дивана, решительным шагом иду на кухню и распахиваю все шкафчики. В них практически ничего нет. Всего лишь пара кружек, тарелок, кастрюль. Стол, два стула, электрическая конфорка. Кухня старая, но ухоженная.
«А где продукты?»
Задумчиво крутя головой по сторонам, подмечаю, что нет холодильника. Такую деталь невозможно не заметить, когда ежедневно готовишь для себя дома.
Чувствуя внутреннюю злость на себя, быстрым шагом возвращаюсь и осматриваю кладовку внимательнее. Сердце замирает в то же мгновение, что и взгляд, упавший на пол. Разноцветный коврик, брошенный на пол, лежал не ровно, в отличие от всего остального в доме, а под ним виднелась четко различимая щель в полу. Резким движением, я срываю его с этого места и вижу кольцо, прикрепленное к полу. Это люк, ведущий в подвал. Мое дыхание участилось, представив все, что там может быть.
– Кэтти? Ты там? – тихим голосом говорю в пол, но не дожидаюсь ответа.
Пытаясь унять дрожащие руки и страх, думаю о том, что это всего лишь подвал, в котором хранят инструменты. Открываю люк и фонариком освещаю кромешную темноту. Глубоко. Не видно ничего, кроме приставленной деревянной лестницы, не внушающей доверия. Ледяная дрожь пробегает по телу от одной только мысли что нужно спуститься в эту темную дыру.
Садясь на корточки, делаю глубокий вдох и начинаю медленный поход в бездну. Ветхая лестница заставляет замирать мое сердце, прогибаясь от каждого следующего шага. Ступени издают невыносимый звук, похожий на скрипку в руках неопытного человека. Но неожиданно, путь длиной в пару седых волос, резко заканчивается, когда я нащупываю ногой твердый пол. Поворачиваюсь в темноту и освещаю пол, выложенный белой плиткой. В надежде найти освещение, я подсвечиваю потолок и замечаю висящие провода, оканчивающиеся лампочками. Выключатель оказывается справа от меня. Нажимаю его.
Когда свет зажигается, я не сразу понимаю, что передо мной. Комната размером в половину первого этажа напоминает мастерскую. Белая плитка, выложенная на высоту роста взрослого человека, блестит глянцевым отблеском. По углам комнаты стоят деревянные стеллажи с строительными инструментами. Слева от меня располагается морозильная камера, как у мороженщика. Но мой взгляд ползет дальше, задерживаясь на железной двери с другой стороны подвала. Она выглядит настолько устрашающе, что по моему телу пробегают миллионы мурашек, оставив ощущение липкого пота.
Делая медленные шаги вперед, я чувствую темную ауру это места. Оно жуткое. Каждый мой шаг похож на ходьбу по тонкому льду на краю обрыва. Еще немного – и я узнаю, что за этой дверью, но сомневаюсь, хочу ли я это знать.
– Сестренка? Ты здесь? – шепчу, в надежде не услышать ответа.
Достаю пистолет из кобуры, протягиваю руку к двери и резко тяну ее на себя. К моему удивлению, дверь не оказывает ни малейшего сопротивления, оставшись свободно болтаться в левой руке. Пусто. Здесь ее нет. Но сама комната, открывшаяся моему взору, разжигает во мне чувство отвращения: белая плитка, такая же вылизанная, что и снаружи, в сочетании с железной кроватью, покрывшаяся ржавчиной, создает ощущение тюремной камеры. В углу стоит маленький деревянный столик, стул и ведро. Это все. Я даже не хочу думать, для чего использовалась эта комната, но тот, кто был закрыт в ней, явно не сделал бы это добровольно.
«Что же здесь происходит?!» – разносится в моей голове, когда я резко оборачиваюсь назад, осматриваясь по сторонам. Инструменты на полках теперь выглядят как орудия пыток или убийства. Я подхожу к ним, но не нахожу взглядом ничего подозрительного. Мне не нравится это помещение, оно пахнет гнилью, сыростью. Я подхожу к морозильной камере, открываю ее и резко отпрыгиваю назад, ошпаренная как ударом тока. Крышка падает так громко, что я непроизвольно хлопаю глазами.
«Этого не может быть!» – слышу едва различимую мысль за громким гулом разогнавшегося пульса.
«Воздух! Мне нужен воздух. Я хочу наверх. Я не верю! Этого не может быть! Мне показалось» – тело, упавшее на пол, пробивает мелкой дрожью. В ушах звенит сирена, похожая на проходящий мимо паровоз. Приступ рвоты подкатывает к горлу, стремясь вырваться наружу. Я закрываю глаза руками, мечтая оказаться в другом месте. Мысли никак не могут собраться, но я уже знаю ответ:
Это она… Моя сестренка лежит в морозильнике…
За день до происшествия.
– Привет, ты сегодня проснулась раньше, чем обычно, – озорно начинаю нашу утреннюю беседу.
– Да, я вчера плохо спала, – зевая в камеру, отвечает подруга.
– Это все из-за него? – убирая волосы в высокий конский хвост, отвечаю ей, смотря своим отрепетированным взглядом «меня не проведешь».
– Возможно, – неуверенно говорит она, закатывая глаза высоко к небу – Я не знаю…
– Тебе пора прекратить с ним общаться.
– Не могу, – лепечет она, глядя прямо в кружку, как будто гадает на кофейной гуще.
– Почему?
– Это сложно. – уходит она от ответа.
– Давай сегодня встретимся вечером?
– Да, давай. В нашем баре, в 7 часов.
– Хорошо, пока. – отвечаю, закрывая крышку ноутбука.
Сегодняшний день ожидает быть хорошим. На улице светит яркое солнце, на пустынно голубом небе, цвета голубого стекла. И хотя оно уже не греет, как в жаркий день, но все равно вдохновляет меня на прогулку. Немного задумавшись, попивая кофе возле окна, я вспоминаю, что мне пора собираться на тренировку.
Я думаю о том, как через полчаса снова почувствую манящий запах пороховой гари. Внутренности сжимаются в приятном предвкушении от одной только мысли о предстоящей тренировке. Я закрываю глаза и представляю себя в темной комнате учебного тира. Шесть перегородок, шесть человек и шесть целей. Ученики стоят за своими отсеками и готовы выполнять команды инструктора. Мое тело принимает стойку готовности, мышцы напрягаются, но дыхание ровное, как волна в утреннюю гладь. Во рту пролетает всего одно слово – и я стреляю. Точно, холодно, беспристрастно, как киллер. Когда-нибудь я обязательно так научусь, но сегодня мне нужно не опоздать на пятое занятие, которое вот-вот начнется. А я очень не люблю опаздывать. В такие моменты я чувствую себя провинившимся ребенком.
По пути в ванную комнату, пританцовывая, снимаю с себя лифчик и кидаю его на диван, который уже завален вчерашними вещами. Смотрю на эту груду хлама и улыбаюсь от осознания свободы. Это одна из моих любимых прелестей одинокой жизни. Можно разгуливать по дому голышом. Можно танцевать безумные и несуразные танцы. А еще можно раскидывать вещи, и никто тебя не упрекнет.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
