Глава 2 Агрессия – то же страсть
Кабинет Арсения Волкова утопал в мягких оттенках жёлтого цвета, отражающих философию жизни, которую основатель проекта «Эдем» стремился воплощать во всех аспектах своей деятельности. За окном мерцали огни вечернего города, подчеркивая контраст между жизнью внутри здания и хаотичным внешним миром. Тишину кабинета нарушил звонок, которого он не ждал.
– Арсений, дружище! – раздался уверенный голос, наполнив пространство кабинета приятельским теплом. Между ними прошло много лет разлуки, но связь оставалась крепкой, как будто прошлое вовсе никуда не исчезло.
– И тебе добрый вечер, Игорян, – откликнулся Арсений, слегка удивленный неожиданностью звонка. Он пытался вспомнить когда они последний раз общались. Два года назад, на встрече выпуска. Игорь Петров, школьный друг, ныне спортивный психолог, чье влияние простиралось далеко за пределы обычного понимания психологии спорта.
– Ты как насчёт пересечься за пивом?
– Дружище, я не пью. Ты же просто пива хочешь попить?
– Не просто. Тема есть, – согласился Игорь.
– Ну и приходи ко мне в офис. – Волков продиктовал адрес.
Через два часа позвонили с охраны на первом этаже и сказали, что к нему просится какой-то мужик в спортивном костюме. Через пять минут охранник ввёл Игоря в кабинет.
– Ну и порядки у вас тут.
– Нормальные порядки, – ответил Волков, пожимая руку. – Проходи, присаживайся. Всё в порядке, мы знакомы, – это уже охраннику.
Охранник кивнул и ушёл.
– Будешь что? Чай-кофе?
– Большой виски, мало льда, мало содовой.
– Увы, из крепкого только кофе.
– Тогда кофе. Большой бокал.
– Мария, нам два кофе – доппио мне и большой американо гостю. – сказал Арсений, нажав кнопку на столе. – Ну, излагай свою идею.
– Говорят ты тут рай для дрочил строишь? Предлагаю масштабировать на бруталов.
Игорь всегда был его полной противоположностью. Где Арсений видел тонкие материи и энергетику, Игорь видел мышечную массу, выброс адреналина и примитивную, животную силу. Арсений налегал на физику, а Игорь – на физкультуру. Став спортивным психологом, он работал с боксерами, бойцами ММА, а заодно и с «трудными» клиентами из корпоративного сектора, которым требовалось безопасно выпустить пар.
Секретарша внесла поднос и поставила на стол две чашки кофе, вазочки с карамельным сахаром и сладостями.
Арсений заметил плотоядный взгляд Игоря на ноги секретарши. В какой-то момент он даже увидел мысленную руку, которой Игорь проводит по её заднице и срывает мини.
– У тебя никогда не бывало ощущения, что хочется кому-то въебать или выебать? И при чём не одновременно. Но одно заменяет другое. Вот бывало, что жена по телефону мне нервы сделает, я уже выхожу из кабинета, чтобы пойти в зал и выместить зло на груше, а в приёмной посмотрю на коленки своей медсестрички, разложу её на столе… – на этих словах за секретаршей закрылась дверь – …и бить грушу уже не хочется. Я не говорю, что эти виды энергетики тождественны. Но они рядом точно! Сексуальную неудовлетворённость часто сублимируют в агрессию. А когда люди злятся, то пусть уж лучше их злость приносит какую-то пользу, чем они пойдут и вмажут кому-нибудь по лицу. Мы даем им катарсис и заодно… очищаем энергетику планеты. Это терапия будущего!
Волков отхлебнул кофе. Гость последовал его примеру, но сделал сразу большой глоток. С интересом разглядывал карамель сахара.
– Это что? – он взял один леденец и крутил в руках.
– Сахар тростниковый, карамелизованный. Прямые поставки из Бразилии.
– Негров эксплуатируете? – хохотнул Игорь и зачерпнув щепотью горсть высыпал её в свой бокал. – А Машу свою прёшь? Завидую!
– Машу не пру. Людей не эксплуатирую. Кроме эмоций у тебя есть что? Твой рассказ про секс на рабочем месте инвесторы не оценят. Они любят порядочных и с фактами.
Игорь порылся в карманах и достал флешку.
– Смотри, – он тыкал пальцем в графики на мониторе Арсения. – Пик сердечного ритма, выброс кортизола, всплеск нейронной активности во время приступа ярости – все показатели зашкаливают даже по сравнению с твоим «пиком удовольствия». Это дикая, необузданная сила. И она пропадает впустую. Я предлагаю установить «накопители» не только в вибраторы и мастурбаторы, но и в боксерские груши, манекены для отработки ударов, в звукоизолированные кабины центров психологической разгрузки, где люди могут кричать и бить кулаками по стенам.
– Ох, сомнительно мне…
– Сеня, брат, ты же учёный! Посмотри на цифры! Ты хочешь, чтобы твое детище работало только в одном, пошлом направлении? Ты что, секс-энергия священна, а энергия борьбы за выживание – нет? Это такая же часть жизни!
– Окей. – Волкову скопировал презентацию на компьютер и вернул флешку Игорю. – Я завтра покажу генеральному. О результатах извещу. Даже если не зайдёт.
– Спасибо, брат. Вкусный кофе у тебя готовит твоя Маша. Маша, кстати, тоже аппетитная, зря брезгуешь. – Игорь подмигнул и вышел из кабинета.
– Игорь? Генеральный готов обсудить твои цифры. Сможешь сегодня в восемнадцать ноль ноль? Только оденься прилично. Костюм на прокат возьми. Костюм, но не смокинг. Пиджак, брюки, туфли. Рубашка обязательна, галстук по желанию.
Когда Игорь в костюме, явно ему чуждом, вошёл в кабинет генерального, Арсений уже был там. Комов бросил на него короткий оценивающий взгляд и жестом предложил присесть, руки не протянул.
– Это Игорь Петров, – отрекомендовал его Арсений. – Мой школьный друг, это его презентация.
– Очень рад, – сухо ответил Комов. – Арсений Дмитриевич показал вашу презентацию. Хотелось бы услышать идею своими словами, как вы её представляете.
Игорь, привыкший работать с людьми действия, а не слова, начал с места в карьер, без прелюдий.
– Суть проста. Сейчас мы собираем энергию там, где люди получают удовольствие. Я предлагаю собирать её там, где они её выплескивают. Ярость, агрессия, стресс. Боксерские груши, манекены, комнаты для битья посуды. Это Клондайк, Александр Сергеевич.
Комов задумчиво пролистал презентацию, изучил.
– Цифры впечатляют, – наконец произнес он. – Выброс кортизола и адреналина дает даже более мощный импульс, чем сексуальная разрядка. Это научно. Но меня интересует не наука, а репутация. – Он отодвинул планшет и сложил пальцы домиком. – «Эдем» – это про рай. А в раю драк не было. Агрессии не было. Только змий искуситель. Мы продаём похоть. А вы предлагаете нам утилизацию негатива. Собирать мусорную энергию.
Игоря передернуло. Он почувствовал, как по спине бегут мурашки.
– Это не мусор, это топливо! – его голос прозвучал грубее, чем он планировал. – Та же сила, что заставляет спринтера бежать, а CEO – принимать жесткие решения. Мы просто даем ей цивилизованный выход.
– Цивилизованный? – Комов мягко улыбнулся. – Битье кулаками по стенам? Крики в звукоизолированной кабине? Это больше смахивает на психушку или тюремную камеру. Наши инвесторы… люди с тонкой душевной организацией. Им претит сама эстетика насилия.
Волков, до этого молчавший, вмешался:
– Виктор Сергеевич, мы можем подать это не как утилизацию, а как… элитную терапию. «Контролируемый катарсис». Для топ-менеджеров, политиков. Тех, кому нельзя показывать слабость, но кому нужно сбрасывать давление. Премиум-сегмент.
Комов задумался. Его взгляд скользнул по Игорю, по его неудобной позе и сжатым кулакам.
– Возможно, – он сделал паузу, наслаждаясь моментом власти. – Но под другим брендом. Не под «Эдемом». Создать дочернюю структуру. Название… что-то вроде «Тартар» или «Вавилон». Что-то, ассоциирующееся с силой, но не с грубостью.
– Берсерк! – воскликнул Игорь. – Проект «Берсерк»!
Виктор задумался, как-будто попробвал слово на вкус и погонял его во рту.
– А неплохо. Обсудим условия?
– Охотно.
– Техническую сторону курировать будет Арсений Дмитриевич и получит двадцать четыре процента акций и три процента роялти, – Комов повернулся к Волкову. – А вам, Игорь, мы предложим позицию… креативного директора. По работе с целевой аудиторией. Двадцать пять процентов акций и семь процентов роялти. Приемлемо?
Игорь потерял дар речи.
– А у меня тоже будет кабинет и… секретарша?
– И кабинет, и секретарша, и даже машина с водителем. Можем даже в апартаменты поселить, это в соседнем здании. Там хоть и не пентхаус, но на уровне хорошего отеля.
– Я согласен!
– А вы, Арсений Дмитриевич?
– Да, я думаю, что технически воплотить будет не сложнее, чем «УдоВольт».
– Тогда вы, Игорь, оставьте ваши контакты секретарше, когда юристы подготовят документы мы их подпишем и будем рады видеть вас в наших рядах. А вы пока подумайте над названием. Нужно что-то созвучное «УдоВольту», что про энергию и способ её выражения.
Через неделю, там же, Игорь показывал слайды с названием.
– «Ярь» – Мой фаворит. От слова «ярость». Коротко, архаично, мощно. «Накопители Яри». Звучит как название оружия. «Гневь» – По аналогии с «Ярь». Более приземленное, но тоже очень прямое. «Канал Гневь». «Буй» – От слова «буйный», «буйство». Коротко, ярко и передает неконтролируемую силу. «Дражь» – От слова «драка». Просторечное, грубое, что полностью отражает суть. «Сброс» – Самый техничный и циничный вариант. Энергия не «собирается», а «сбрасывается», как сбрасывают давление в котле. «Система Сброс». Беспристрастно и предельно ясно. «Выплеск» – Более психологичный, но все такой же утилитарный. «Накопитель Выплеск». «Разряд» – Как электрический разряд или разрядка напряженности. Передает идею мгновенного, мощного импульса. «Ударь» – Прямо и по делу. «Накопитель Ударь». «Грузь» – От слова «грузить», «вгруз». На сленге – нанести удар, вломить. Очень живое и брутальное. «Пролом» – Создает образ проламывания стены, преграды. «Энергия Пролома». «Фурия» – В отличие от других вариантов, это мифологическое имя, но оно настолько вошло в язык как синоним неистовой ярости, что звучит как техническое название. «Накопитель Фурия».
Конец ознакомительного фрагмента
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
