Глава 4
Я провела в кровати ещё два дня. На третий день уже смогла встать и нормально ходить. Больше всего страшилась увидеть своего мужа, дракона.
За то время, что я лежала, Кларина, которая удивительно легко восприняла то, что я ничего не помню, и даже сама нашла причину. Сказала, что это Сестра-заступница постаралась, чтобы я не страдала.
Кларина рассказала мне, что я являюсь последней из рода Опал. Родители мои погибли, и последние годы я жила в приёмной семье дальних родственников, которые заняли дом моих родителей и по своему усмотрению распоряжались тем имуществом, что осталось. По словам Кларины, семейка была алчная, и в конце концов они меня продали страшному алмазному дракону.
У меня в голове всё ещё с трудом укладывалось, что есть драконы, что они летают, и что я сама не человек.
На третий день мне передали, что я должна прийти в кабинет моего супруга.
Страшно было ужасно. Но где наша не пропадала?
И, хотя мне было страшно его увидеть, нужно было определяться с моим дальнейшим положением.
Из разговоров слуг и рассказов Кларины я поняла, что по вердикту лекаря я не могу долго оставаться рядом с супругом, из-за того, что у нас не образовалась связь. Он «хватанул» моей жизненной силы.
Я ещё подумала, что, наверное, поэтому девчонка умерла, а на её место пришла я, погибшая в той горячей точке, где проводила свою последнюю операцию.
Я всё же надеялась, что парень, которого я закрыла собой, выжил. Это примеряло меня с тем, что я оказалась в другом мире.
Я зашла в кабинет и удивилась. Там не было дракона. Там была женщина.
И, скорее всего, это и была управительница, которая так ни разу ко мне и не зашла.
Судя по тому, как она была богато одета, она здесь явно занимала особое положение. Я даже подумала, что, может, она любовница моего супруга.
Управительница обладала очень женственной внешностью, и, похоже, хорошим вкусом.
Неброское жемчужно-серое платье подчёркивало белизну кожи. За собой она явно следила, но возраст уже давал о себе знать, в лице её уже не было той свежести, которая теперь была у меня, даже несмотря на то, что я только начала восстанавливаться. По земным меркам я бы дала ей лет тридцать пять, может быть, сорок.
По информации от Кларины, управительница не была драконицей, а значит стояла в иерархии ниже.
Но сейчас, войдя в кабинет, я как бы оказалась в зависимом положении. Во-первых, она должна была сама прийти ко мне, а не вызывать через слуг. Я бы и не пошла… если бы не подумала, что меня зовёт господин «главный дракон».
И сейчас она стояла и смотрела на меня свысока. Я была почти на голову ниже её. Кларина сказала, что для драконицы я действительно очень маленькая, обычно они гораздо крупнее. А я ещё была и довольно худенькая.
Хотя мне это нравилось, фигура напоминала мою прежнюю, может, я только была чуть повыше. Но это была не болезненная худоба, а стройность, потому что всё, что надо, было вполне себе «круглым».
А вот что меня поразило, когда я в первый раз увидела себя целиком в большом зеркале, так это цвет волос.
Я сначала испугалась, подумала, что они седые. Но потом оказалось, что это признак моего рода драконов Опал. Жемчужно-белые волосы смотрелись очень необычно, но мне шло.
Я смотрела на управительницу и молчала. А она так же молча смотрела на меня.
Поскольку я драконица, то по этикету я нахожусь выше, чем она. А это значит, что она должна поздороваться первой.
Наша «дуэль» продолжалась минуты две. Наконец домоправительница сдалась.
– Госпожа Амалия, я попросила вас прийти, – начала говорить госпожа Мирита.
Я поняла, что это было своего рода унижение.
«Что ей сделала бедная девочка?» – подумала я.
«Почему она так себя ведёт?»
Но, взглянув глазами сорокалетней женщины с опытом, я вдруг поняла. Госпожа Мирита влюблена в мужа девчонки.
И сейчас, пользуясь тем, что его нет, старается её унизить.
«Как низко,» – подумала я, но промолчала. Решила дослушать, что она скажет.
– Я выполняю волю вашего… – она сделала паузу, – супруга. Он распорядился подарить вам дом в Сартаисе и выделить три тысячи золотых, – произнесла она.
Я не знала, много это или мало, но иметь свой дом звучало обнадёживающе.
– Вам, по словам лекаря, нельзя пересекаться с вашим супругом, – продолжила Мирита, – иначе вы проживёте ещё меньше. Поэтому его волю вам передаю я.
Я продолжала молчать, понимая, что этим создаю дополнительный дискомфорт для управительницы.
– Сколько вам нужно времени, чтобы собраться? – задала она вопрос.
Я пожала плечами и подумала, что как соберусь, так и уеду. Зачем я буду себя ограничивать?
Но госпоже Мирите отчего-то надо было знать точно.
– Вам хватит двух дней? – снова задала она вопрос.
– Я не знаю, – сказала я, – но я вас уведомлю, когда буду готова уезжать.
Госпожа управительница поджала губы, но всё же выдала:
– До Сартаиса путь неблизкий, поэтому господин Каэнарр распорядился оплатить для вас портал.
– Передайте мою благодарность господину Каэнарру, – сказала я, отчего-то разозлившись на дракона, который оказался трусом и не смог сам мне всё это передать. О том, что я сама не хотела его видеть, я благополучно забыла.
Я, развернувшись, вышла из кабинета, который так ярко характеризовал своего владельца как сильную и мужественную личность, и совершенно не сочетался с тем, что он не сам мне всё это сказал.
Но, возможно, ему было стыдно перед девчонкой…
***
Когда я рассказала Кларине о предложении дракона, старушка пришла в ярость:
– Да что он, вообще, с ума сошёл?! – кричала она. – На смерть тебя посылает! Сартаис – это же на Севере, на границе! Там опасно!
Я пожала плечами:
– Ну, может быть, у него нет другого дома…
Но Кларина не успокаивалась.
– А три тысячи?! Да этого даже на месяц жизни не хватит! – возмутилась она.
– Да уж, – саркастично произнесла Кларина. – Вот уж не думала я, что алмазные драконы такие жадные.
– Ну ничего, ничего, мы с тобой справимся. Твоя нянька тебя не бросит, – сказала Кларина со слезами на глазах.
И я обняла добрую женщину.
Мне пока ситуация не казалась безвыходной и страшной. Можно было, конечно, дождаться дракона и идти с ним торговаться, но мне не хотелось.
Наверное, он в своём праве, раз так поступает… хотя всё это очень гадко.
А смысла торговаться с влюблённой в него домоправительницей вообще не было, только лишний раз унижаться.
– Ладно, нянюшка, давай собираться, что ли, – сказала я.
– А давай, – сказала Кларина.
И через два дня мы были готовы уезжать.
