Змея в норе

ГЛАВА 3. Необычная семейка

«Случайных совпадений не бывает».

Аль Капоне

Лос-анджелесское солнце палило нещадно. Конец мая выдался на редкость душным, так что пляжи оказались забиты с самого утра, а на улицах толпились лишь неудачники, которым не нашлось места на горячем песке.

Агент Ллойд предлагал за ней заехать; Кира мудро отказалась. Ещё в прошлый вечер мисс Каррера оценила неброский, но явно дорогой автомобиль агента Ллойда, когда он садился за руль. Местные умельцы разобрали бы красавец «Астон Мартин» на запчасти, как только мистер агент заглушил бы мотор, так что Кира не рисковала и назначила встречу в кафе на углу. Оттуда они отправятся на пляж Санта Моники, так что Кира явилась во всеоружии.

Пляжные принадлежности мисс Каррера уложила на дно летней сумки, а из дому пришлось выйти в скромном выходном платье – если бы тётка Мария вычислила, что племянница идёт на пляж, легла бы всеми нажитыми килограммами праведного гнева на пороге, чтобы не допустить позора. Светить голыми ногами на публике! Святотатство и десять «Отче наш» с коленопреклонениями.

– Содовой, а? – развязно подмигнул ей бармен, как только Кира, нетерпеливо постукивая туфелькой по полу, сделала заказ. – Вы такая горячая, мисс… насыплю-ка я вам побольше льда!

– И себе не забудь – остудить пыл, – фыркнула мисс Каррера, взбираясь на высокий стул.

Бармен с интересом оглядел посетительницу, жадно приложившуюся к холодной газировке, и оперся локтем о стойку, ухмыляясь от уха до уха.

– А мне не надо, мисс! – похвастался он мимоходом, щёлкая пальцами. Повеяло слабым холодом, собрался над ладонью пока ещё призрачный кубик льда.

Кира покивала без всякого интереса, с наслаждением допивая вкусную газировку, и закинула ногу на ногу, не спеша одёргивая юбку.

– Ты смотри, не перенапрягись, – серьёзно посоветовала мисс Каррера, поглядывая в окно. – Холодильник справится лучше, а ты сейчас, того и гляди, сам газу пустишь.

Бармен покраснел; так и не сформировавшийся кубик льда пыхнул холодным паром, растворяясь в воздухе, а пристыженный маг льда поджал губы, отворачиваясь от бойкой посетительницы.

– О, нет! – простонала Кира, как только за окном припарковался красный кабриолет. Шикарный автомобиль, конечно, ни в чём не провинился, а вот водитель напрочь отбил у мисс Карреры тягу к вынужденному сотрудничеству с федералами.

– Кира, детка! – громыхнул с порога Виктор, расплываясь в ухмылке от уха до уха. Люди врут, будто улыбка красит людей; жуткий оскал О’Рида явно служил иной цели. Видимо, предки рыжего гиганта ухмылялись так же, чтобы загнанная добыча леденела от ужаса и сдавалась без боя. – Заждалась? Не переживай, домчим с ветерком!

– Куда домчим? – нахмурилась мисс Каррера, чувствуя на себе взгляды всех немногочисленных посетителей местного кафе.

– Туда, где ты сорвёшь с себя лишние тряпки и порадуешь старину О’Рида тем, что он уже раз видел! – подмигнул Виктор, пробежавшись пальцами по коленке мисс Карреры.

Летняя сумка прицельно приложила Виктора по уху под бурные аплодисменты зрителей. Предсказуемо, победило ухо: сумка не выдержала превосходящих сил противника и лопнула по шву, щедро усыпав пол купальником, полотенцем, косметичкой, расчёской и кошельком.

О’Рид присвистнул, поднимая с пола купальник, который Кира тотчас выхватила из лап ирландца, вскакивая со стула.

– Красный тебе идёт, детка, – одобрил рыжий гигант, пока мисс Каррера, чертыхаясь, собирала вещи с пола. – Жду не дождусь!..

– Не дождёшься! – отрезала Кира, выпрямляясь наконец во весь рост и прижимая к груди порванную сумку. – Губу закати, мистер не-расист! У меня встреча с Ллойдом!

– А вот тут ты ошибаешься, детка, – осклабился О’Рид. – Слыхала о групповых… свиданиях?

Проклятый ирландец! Против такого не с сумочкой – с кувалдой идти нужно! Кира обернулась, оглядывая притихших посетителей кафе, и пригрозила:

– Вы давайте… ешьте-пейте, а то и вам прилетит!

В зале торопливо зазвенели столовыми приборами.

– Остынь, детка, – примирительно предложил О’Рид. – Ну, хочешь, мороженым угощу?

– «Колой», – тут же сориентировалась мисс Каррера. – И расплатись за содовую, раз уж у меня руки заняты по твоей милости!

Рыжий гигант только расхохотался, пока Кира гордо дефилировала к выходу. Сгрузив вещи на сидение кабриолета, мисс Каррера забралась следом, сердито хлопнув дверцей. И почему агент Ллойд прислал именно Виктора? С рыжего смутьяна только вчера обвинения сняли!

– Я сам напросился, – пояснил О’Рид, не дожидаясь расспросов. Красный кабриолет протестующе скрипнул и накренился, когда здоровяк втиснулся на водительское место, а саму Киру вжало в дверцу. – Джон у нас человек занятой, да и светиться в этом райончике ему не с руки, а Константин лишней работы на себя никогда не взвалит. Кроме того, оба женаты, и бойкие супруги ни за что не выпустят мужей из цепких коготков в выходной день! Уж я-то этих девиц знаю и не завидую ни одному из них! В конце концов, я с ними вырос.

Рыжий ирландец перебросил ей «колу», которую Кира едва успела поймать, и кабриолет тотчас без предупреждения рванул с места. Кира невольно ухватилась за локоть водителя одной рукой, съёжившись на сидении и судорожно цепляясь за холодное стекло второй.

– Как – вырос? – перекрикивая ветер, повернулась к Виктору она. – Они что…

– Мои сёстры, – ухмыльнулся О’Рид, и на жутком лице впервые отобразилось нечто вроде нежности. – Эвелин старшая, Мэйовин младшая. Чистые занозы в заднице, детка! Даже не знаю, кому из дорогих зятьев повезло меньше! Обе с придурью…

Кира лихорадочно соображала. Выходит, О’Рид приходился шурином и агенту Джону Ллойду, и судмагэксперту Константину Вольфу? Неудивительно, что с такими родственниками ирландскому революционеру многое сходило с рук! Славно устроился, ничего не скажешь! А ещё лучше – вообще лишнего не говорить, потому что Виктор наверняка передаст их разговоры уважаемым зятьям почти дословно.

– А почему агент Лайт не приехал? – осторожно пробила почву Кира. – Ну, Эдвард который…

Виктор скосил на неё янтарные глаза и усмехнулся, выворачивая на боковую улицу. Движение постепенно замедлялось; они въезжали в неизбежные, как калифорнийские налоги, лос-анджелесские пробки.

– Приглянулся, детка? – проницательно заметил опытный сердцеед. – Рожа смазливая, чего уж там… А уж как он на чистую воду меня вывел! Дознаватель экстра-класса, чтоб его! Вот что мне не понравилось, так это его хватка. Грязные американские приёмчики!..

Кира фыркнула, отлипая наконец от рыжего ирландца и усаживаясь на сидении ровно. Поправила растрепавшиеся от ветра пряди и с наслаждением подставила лицо яркому лос-анджелесскому солнцу.

– Я думала, ты только цветных не любишь, – подметила мисс Каррера, пропуская встречный воздух через пальцы.

Сходить бы на маникюр!.. Но тётка в обморок хлопнется, увидев на её ногтях лак, и избавится от него, пожалуй, вместе с пальцами: всё-таки всю жизнь в разделочном цехе.

– С чего бы такие привилегии? – удивился Виктор. – Я не только цветных не люблю.

– Удиви меня, мистер не-расист, – хмыкнула Кира.

– Мексиканцы – дикари, французики раздражают, немцев не перевариваю, америкосы много о себе думают, про англичан даже не заикайся, детка, – мрачно пригрозил ирландец, стискивая руль.

– Коротковат список, – прикинула мисс Каррера. – Что так, здоровяк? Мало путешествовал по миру? Не во всех странах побывал?

– Не умничай, – нахмурился О’Рид. – Ты-то дальше Штатов носу не казала!

– Мало, что ли? – удивилась Кира. – Да каждый штат тут как отдельная страна, мистер невежда! Сравни Висконсин и Калифорнию – это же разные планеты!

– Висконсин – это гризли, фермеры, коровы и снег? – уточнил Виктор. – Нет уж, лучше жара, пляжи, Голливуд и глупые законы, которые так и тянет нарушить!

Судя по вчерашнему, рыжий ирландец не отказывал себе в удовольствии и нарушал регулярно.

– Как же ты мучаешься, здоровяк, – вздохнула мисс Каррера, ловко вскрывая «колу» застежкой от порванной сумочки. – Повсюду надоедливые людишки!

– Я держусь, – похвалился О’Рид, выпрямившись на сидении.

Кабриолет жалобно скрипнул.

Пляж Санта Моники считался лучшим в Лос-Анджелесе, а потому, ожидаемо, оказался забит под завязку. Народ победнее стелил полотенца прямо на песке, начиная от самого асфальта, а те, кто мог позволить себе шезлонги и официантов, собирались под белоснежными зонтами неподалёку от кафе.

Именно туда и повёл Киру решительный, как крейсер, Виктор, прокладывая дорогу среди полураздетых тел с целеустремлённостью ледокола, ворвавшегося на стоянку частных катеров. Народ предусмотрительно отшатывался в стороны, не рискуя пойти на дно после столкновения, так что Кире оставалось лишь не терять широкую спину проводника из виду.

Под такой непробиваемой защитой они беспрепятственно вышли к пляжной зоне, где обитали гости с толстыми кошельками. Кира частенько сбегала к набережной Санта Моники, но это не стоило ей ни цента; в этот райский уголок общественного пляжа она прежде не заглядывала.

– Почему на пляже? – в очередной раз поразилась мисс Каррера, стягивая туфельки на ходу. – Агент Ллойд не боится публичности?

– Агент Ллойд боится супруги больше, чем убийц и шпионов, – хмыкнул человек-гора, ласково потрепав Киру по шее. Мисс Каррера не замедлила с ответным хуком в рёбра, но потерпела неудачу, едва не переломав тонкую кисть. – Видишь ли, детка, дорогая сестрица видит мужа только по выходным и дико скучает. Эва у нас, как бы это сказать… жуткая собственница, вот! Так что ты уж поменьше сверкай своими потрясающими ножками перед её ревнивым носом. Если подумает, будто ты флиртуешь с Джоном – похоронят в закрытом гробу. Так что наш дорогой агент Ллойд совмещает приятное с полезным – проводит время с семьёй и вербует тебя для федеральных нужд. Ловко, а?

Кира так не считала, но агенту Ллойду видней. Если ему так удобней…

– Вик! Вик! Сюда!

От небольшой компании, расположившейся под двумя раскидистыми пальмами, отделилась высокая, очень красивая и очень беременная девушка. Рыжие волосы оказались длинными не по моде, едва ли не по пояс будущей матери, волнистыми и яркими настолько, что слепили глаза.

– Сестра, – хмыкнула Кира, мигом оценив сходство.

К счастью, девушке повезло: в отличие от брата, она обладала довольно приятными чертами лица, прекрасной кожей и изумрудными глазами, явно сводившими мужчин с ума. Ну, до замужества, разумеется, потому что кто ж прельстится беременными формами?

Сама рыжая так не считала.

За те десять шагов, что девушка сделала по набережной в их направлении, она сладко улыбнулась сидевшим у барной стойки молодым парням, бросила кокетливый взгляд на проходившего мимо импозантного мужчину, не стесняясь его спутницы, и наконец остановилась в самой соблазнительной позе, которую позволяли огромный живот, купальный костюм и общественный порядок.

– Эвелин? – рискнула предположить Кира, обращаясь к Виктору.

Рыжий гигант не успел ни подтвердить, ни опровергнуть.

– Как можно нас перепутать! – возмутилась беременная, всплеснув руками. – Я же молодая и красивая!

– Мэйовин, детка, – расплылся в ухмылке О’Рид, распахивая объятия, – ты ещё и самая габаритная! И с каждым днём становишься всё больше!

Младшая сестрица вспыхнула, почти залепила братцу пощечину, выдернула ладонь из предусмотрительных пальцев Виктора, и гордо удалилась обратно к шезлонгам.

Судя по взглядам, которыми её проводили парни у стойки, беременность девице и впрямь не мешала.

А вот невозмутимый, как воды Тихого океана, супруг – вполне.

– Что значит – прикройся? – вслух возмущалась Мэйовин, когда Кира с Виктором подошли к зонтам. – Ещё надень на меня паранджу! Что? Солнце? Вредно? Что значит – голову напечёт?

– Не переживай, Константин, – хмыкнула белокурая женщина в соседнем шезлонге, ставя пустой стакан на столик, – чтобы Мэй напекло голову, нужно, чтобы имелся, так сказать, предмет выпечки. И чтобы внутри не пусто, а хоть что-то варилось… А, Вик, – заметила новоприбывших она, легко вскакивая с шезлонга, – вы вовремя!

Кира с любопытством оглядела небольшую компанию. Доктор Константин Вольф без одежды выглядел, на удивление, менее щуплым, чем казался в костюме. Судмагэксперт, конечно, не мог похвастать ни ростом, ни массой, но сложен был атлетически, Кира даже сказала бы – гармонично. Из таких, верно, и получаются легкоатлеты. Сухие мышцы так и ходили под пляжной майкой, когда доктор Вольф приподнялся и молча потянул супругу вниз. Мэйовин, не удержавшись, неуклюже хлопнулась на тряпичное сидение, но возмутиться не успела: Константин так же, не говоря ни слова, сунул ей в руки мороженое.

Кира едва не фыркнула, глядя, как Мэйовин тут же меняет гнев на милость и набрасывается на тающий рожок с жадностью охотника, загнавшего дичь.

– Эвелин Ллойд, – представилась тем временем белокурая женщина, протягивая руку. – Джон предупреждал, что вы подойдёте.

Рукопожатие у миссис Ллойд оказалось крепким и уверенным, а ладонь – сухой и прохладной. Удивительно прохладной для человека, загорающего на пляже Санта Моники в полдень, но Кира легко проглотила губительное любопытство: при взгляде на миссис Эвелин Ллойд лишние вопросы сами замерзали на языке.

Супруга агента Ллойда оказалась ухоженной женщиной с прекрасной фигурой и, пожалуй, слишком умным лицом, которое не спасал даже искусный макияж. Тётушка Мария часто наставляла любимую племянницу с тем, чтобы Кира забывала интеллект на работе, потому что приличные женихи смышлёных невест не любят. Мисс Каррера лишь отмахивалась: на приличных её никогда и не тянуло.

– А, все в сборе! – поприветствовал Киру сам виновник семейного собрания, подходя к шезлонгам со стороны океана. – Мисс Каррера, вы присоединитесь к нам? Платье вам необыкновенно идёт, но на пляже вы в нём очень выделяетесь.

Кира ответила не сразу, скользнув взглядом вверх и вниз по подтянутой фигуре агента Ллойда. Вот уж кого природа не обделила! Джон Ллойд без строгого костюма оказался красив, как греческий бог, только что вышедший из пены морской. Или кого там вынесло на берег, согласно мифологии? Мисс Каррера числилась не лучшей студенткой педагогического колледжа и наверняка не ручалась. Но от того, как мокрая ткань облегала рельефные мышцы и широкие плечи, у Киры буквально дух захватило. А уж когда агент Ллойд поднял руки, чтобы убрать влагу и волосы с лица, и тонкая ткань майки натянулась… Нет, разумеется, мисс Каррера предпочитала мужчин повнушительнее, чтобы пройтись по родному криминальному району и не нарваться на любителей лёгкой добычи, но мистер агент, кажется, тоже мог за себя постоять. И за любимую женщину…

Кстати, о женщине.

– Детка, – ненатурально закашлялся Виктор, пихая Киру локтем и выразительно указывая глазами на Эвелин. – Я ж предупреждал…

– Как поплавал, дорогой? – оторвав ледяной взгляд от Киры, спросила миссис Ллойд. Протянула полотенце агенту, приняла благодарный поцелуй, не забыв уколоть Киру предупреждающим взглядом. – Вода уже тёплая?

– Для тебя – так даже кипяток, – рассмеялся агент Ллойд, не заметив тайной битвы перед носом. – А для обычных смертных – скорее, освежающая. Покажешь мисс Каррере, где здесь женская уборная? Я пока сделаю заказ на компанию.

– Ну разумеется, дорогой, – тут же согласилась Эвелин, протягивая мужу солнцезащитные очки, которые тот надел с благодарным кивком. – Мисс Каррера, у вас случилась неприятность с сумочкой? Погодите, у меня есть сувенирный пакет, если удобно…

Пакет на деле оказался удобной тряпичной сумкой, в которую Кира погрузила всё нехитрое имущество, так что путь к ближайшему кафе она проделала, не опасаясь потерять по дороге предметы туалета.

– Миссис Ллойд, – обратилась к спутнице Кира, перед тем, как войти, – вы ведь знаете, чего хочет от меня агент Ллойд?

– О, прошу вас, просто Эвелин, – тут же отозвалась строгая супруга. – Разумеется, знаю. И ничуть не поддерживаю! Но Джон, он… упрямый, когда речь заходит о работе. Остановить его я не могу, а вот быть рядом, чтобы разгрести последствия – это запросто. Я бы даже сказала, рутинно…

Кира ничего не поняла, но кивнула с важным видом и скрылась в кабинке, пока миссис Ллойд ждала снаружи. Когда Кира показалась вновь, Эвелин оглядела её с ног до головы, и по тому особенному, оценивающе-завистливому взгляду, какой бросают друг на друга женщины, мисс Каррера поняла, что выглядит превосходно.

– Красный – ваш цвет, дорогая, – сдержанно похвалила миссис Ллойд, первой покидая уборную.

Сама Эвелин предпочла нежно-голубой купальный костюм, который удивительно шёл белоснежной коже и серым глазам, и выглядела, по мнению Киры, ничуть не хуже. Но красный… ах, красный – это ведь цвет победы, не так ли?

Кого Кира собралась побеждать, она пока не определилась. Двое из трёх мужчин в дружной компании уже были надёжно заняты ирландскими сестрицами, третьего и соблазнять не требовалось – О’Рид принадлежал к той особенной категории мужчин, от которых следовало отбиваться, а не очаровывать.

Вот если бы к ним присоединился агент Эдвард Лайт…

Виктор неприлично присвистнул, когда они вновь показались на пляже, Мэйовин завистливо выдохнула, поглаживая необъятный живот, а агент Ллойд с доктором Вольфом лишь бегло глянули в их сторону, не прерывая разговора.

– Федеральные агенты пиво не пьют даже по выходным? – полюбопытствовала Кира, разглядывая царство бутылок с газированной водой на столике.

– Джон с Константином не пьют вообще, мы с Мэй тоже, а Виктор за рулём, – вежливо проинформировала Эвелин, присаживаясь первой и приглашающе указав на свободный шезлонг. – Но если желаете, Виктор всегда к вашим услугам. Предпочитаете светлое или темное?

– Никакое, – отмахнулась мисс Каррера, без смущения вытягиваясь на шезлонге. – От пива живот растёт и мозги плавятся. А на такой жаре – ещё быстрее!

Погода была чудной, мороженого оказалось в избытке, компания подобралась сносной, так что Кира ни секунды не пожалела о том, что согласилась на самую странную деловую встречу в своей жизни. Сработаются они или нет, а от прекрасного выходного дня она отказываться не собиралась!

О’Рид, к слову, разделся тоже и теперь пугал отдыхающих горой мышц и рыжих волос на груди, которые даже не потрудился упаковать в купальный костюм.

– Вик, – упрекнула его Эвелин, – тебе влепят штраф за неподобающий внешний вид!

– Оплачу, – пообещал рыжий гигант, усаживаясь прямо на песок рядом с шезлонгом Киры.

– Могут и арестовать, – подал сонный голос доктор Вольф. – На Лонг-Айленде в прошлом году упаковали целую компанию парней, решивших похвастать голым торсом.

– Я слышал, они там не только торсом хвастали, – хохотнул О’Рид, и Эвелин тотчас запустила в братца пустой бутылкой из-под газировки.

– Вик, – вдруг обратился к шурину агент Ллойд, – а не прогуляться ли тебе к водичке? С дамами?

– С дамами – это всегда с удовольствием! – тут же вскочил с места здоровяк, вздёргивая Эвелин на ноги. Мэйовин поднялась, опираясь на доктора Вольфа, с неудовольствием меряя взглядом расстояние от шезлонгов до воды. – Твою ручку, мисс Каррера!..

– Мисс Каррера останется здесь, – негромко поставил точку агент Ллойд.

Что-то в голосе агента заставило шумного О’Рида заткнуться и кивнуть, без разговоров удаляясь в обнимку с Эвелин. Доктор Вольф окинул оставшихся задумчивым взглядом, надел солнцезащитные очки и удалился тоже, под руку с беременной женой.

И что только нашла в неприметном докторе такая роскошная девушка, как Мэйовин?..

Кира проводила шумную компанию взглядом и обернулась к агенту Ллойду.

– Почему на виду у всех? – поинтересовалась мисс Каррера без обиняков. – Мне отчего-то кажется, что вы не желаете афишировать наши деловые отношения, агент Ллойд, так почему на пляже? Мы же тут как на витрине – любой увидит, каждый составит мнение!

– Во-первых, просто Джон, – коротко улыбнулся агент. – Давайте без официоза, мисс Каррера. В конце концов, вы ведь девушка моего шурина, мистера О’Рида. И нет ничего подозрительного в том, что Виктор ненадолго оставил свою спутницу одну, под присмотром близкого родственника. Тем более, что Вик скоро вернётся, и вы ещё пройдётесь под ручку по набережной.

Кира выпрямилась на шезлонге так, что тот едва не сложился пополам.

– Да-да, мисс Каррера, – так же мягко подтвердил агент Ллойд. – Это и есть ваша легенда. А заодно и ответ на вопросы всех шпионов и любопытствующих. Не переживайте, я прослежу, чтобы Виктор не распускал рук, хотя некоторых его притязаний, я боюсь, вам избежать не удастся. Да и в легенду впишется идеально… Впрочем, если О’Рид позволит себе слишком многое, жалуйтесь: Виктор меня побаивается.

Кира с сомнением покосилась на агента-менталиста, но подвергать сомнению его мужественность вслух не стала. Таких, как Джон Ллойд, в Викторе О’Риде поместилось бы штуки три; на что рассчитывает мистер агент?

– И когда это мы успели снюхаться? – проглотив всё нецензурное, выдавила Кира. – Мы же с ним только вчера познакомились!

– Вы понравились друг другу с первого взгляда, – охотно поделился агент Ллойд. – А после героического спасения вы почувствовали непреодолимое влечение к защитнику и с удовольствием приняли его невинное приглашение на первое свидание. Виктор же влюбился без памяти и потому притащил вас на знакомство с семьёй, тем самым обозначив серьёзные намерения.

Кира медленно опустилась обратно на шезлонг.

– Именно поэтому я попросил именно Виктора заехать за вами, мисс Каррера, – вежливо пояснил агент Ллойд. – Если за нами и наблюдают, вопросов не возникнет. Да улыбайтесь вы! Мы же на пляже.

– Вы прям как мисс Флаффи, – подметила Кира, потянувшись за «колой». – Та тоже требует, чтобы мы не только пахали, но и изображали при этом неземную радость.

– К мисс Флаффи вы больше не вернётесь, – с улыбкой проинструктировал Джон Ллойд, прикрывая глаза под тёмными очками. – Не прошли испытательный срок.

– Я в курсе, – мигом ощерилась мисс Каррера, – хозяйка вчера прогнала, даже денег не выплатив! А что? Бумаг мы с ней не подписывали, иди и доказывай, если жить надоело! А там долларов семь, не меньше!..

– Кстати, о деньгах, – вспомнил агент Ллойд. – Вот, возьмите молочный коктейль. Константин говорит, что на такой жаре местное молоко оседает сразу в творог, но я и не прошу вас пить. Просто возьмите.

Кира осторожно приняла протянутый бокал, ощутив, как в ладонь ей тотчас скользнула хрустящая бумажка.

– Компенсация, – пояснил агент Ллойд. – Мы ведь договорились, мисс Каррера?

– Внедриться в школу, на склад и в клуб, – мрачно припомнила Кира, незаметно перекладывая приятную бумажку в косметичку. – Звучит несложно…

– Приступаете завтра.

– Работа по выходным – это уже переработки, – тут же встрепенулась мисс Каррера.

– Именно поэтому я и заплатил вам пятьдесят долларов вместо оговоренных двадцати пяти, – согласился Джон Ллойд. – Оплата на неделю вперёд.

Кира недоверчиво расстегнула косметичку, убедилась в цифре и тут же подобрела.

– Что ж, – важно кивнула мисс Каррера, – чего выведать-то надо?

– Обрисую картину целиком, – помолчав, отозвался агент Ллойд. – Я в Лос-Анджелесе – человек новый. Меня приняли в управление Сан-Франциско в феврале, и я успел поучаствовать всего в одном деле, пока меня не бросили на лос-анджелесские амбразуры. Сюда, на юг, меня перевели только в начале мая. Всего три недели назад.

– Это связано с убийствами? – догадалась Кира.

– Три агента – это уже аргумент, чтобы взяться за лос-анджелесское управление всерьёз, – сдержанно подтвердил Джон. – А четвёртый – это уже дуло у виска. Нужно понять, кому так мешает целый отдел. Пока я копаю с одной стороны, неплохо бы пойти и по горячим следам, отыскав убийцу. Через него будет легче вычислить, кто за этим стоит.

– Но доктор Вольф, – не выдержала Кира, – с ним-то вы знакомы! Значит, вы здесь – не совсем новичок, агент… Джон!

– Вольф здесь такой же чужак, как и я, – вздохнул Джон. – Он прибыл сюда из Нью-Йорка, как только услышал про новое дело. Во-первых, Мэй надавила: ей, видите ли, захотелось искупаться в Тихом океане до того, как начнутся схватки. Во-вторых, Вольф считает, что меня забросили в местный серпентарий лишь затем, чтобы повесить всех собак, и поэтому согласился на позицию штатного магэксперта в управлении. Я бы порадовался, но Константин утверждает, что сделал это только ради меня: мол, грязные дела затеваются, и одного он меня не бросит. Хотя бросает периодически, сбегая на врачебную практику в местную больницу для бедных…

– А почему бы и нет, – мигом оценила мисс Каррера. – В клубе тоже кидают новичков на самые грязные дела, за которые никто из старожилов и браться-то не хочет. А потом ещё и виноватыми делают. Обычная практика!

Агент Ллойд невесело усмехнулся.

– Думаю, здесь всё сложнее, мисс Каррера, да и грязи выльется побольше. Но я рад, что вы не теряете нить разговора.

– Теряю, – призналась Кира. – Почему я? Почему бы не взяться за расследование кому-то из самого управления?

– Расследуют, – дёрнул щекой Джон Ллойд, вновь прикрывая глаза под тёмными очками, – но кто станет откровенничать с федеральными агентами?

– А эти… которые… ну, под прикрытием? Таких у вас нету?

– Видите ли, Кира, – впервые обратился к ней по имени агент, – здесь мы и подошли вплотную к вопросу «почему вы». Мне нужен человек, не связанный с бюро, чтобы я мог присмотреться к собственным сотрудникам.

Кира ахнула и тотчас поспешно хлебнула «колы», скрывая возбуждение. Интереснее, чем в вестернах!

– Вы подозреваете агентов бюро? – страшным шёпотом поинтересовалась мисс Каррера.

– Я не доверяю новым местам, – вежливо подтвердил агент Ллойд. – Поэтому сразу подумал о независимом помощнике в деле. А вас я заочно знаю, вы не значитесь в управлении, вполне подходите на роль, и я бы хотел, чтобы наше маленькое соглашение так и осталось между нами. Мы поняли друг друга, мисс Каррера?

– Всё тайное рано или поздно становится явным, – вздохнула Кира. – С моей удачей, агент… в смысле, Джон…

– «Поздно» меня устраивает, – покладисто согласился агент Ллойд. – Постарайтесь не испортить всё в первый же день.

– Ну, уж один день я продержусь, – прикинула мисс Каррера, отхлёбывая молочный коктейль. И тут же выплюнула обратно в бокал, торопливо запивая «колой». – А пойло и впрямь прокисшее! – возмутилась Кира. – Где вы это брали? Требуйте деньги назад! И компенсацию!

Агент Ллойд улыбнулся и развёл руками.

– Не умеете скандалить? – догадалась мисс Каррера. – Мужчины!..

– Меня воспитывали иначе, – сдержанно пояснил Джон, всё ещё улыбаясь. – Вместо публичного скандала я просто никогда больше не вернусь в это место. И дам не лучшие рекомендации.

– Санта Мадонна! – горестно вздохнула Кира, поднимаясь с шезлонга. – Таким воспитателям плюнуть в лицо, обозвать самозванцами и пинками гнать из дому! Спустишь раз – придут и второй, мистер… Джон! Не все вокруг просвещены настолько, чтобы не воспринять благородство за слабость! Ну-ка…

«Ну-ка» вылилось в громкие разбирательства, бледных официантов того самого кафе, где агент Ллойд заказывал коктейли, и комплименты от бармена, на которого Кира пригрозила спустить инспекторов санитарной станции. Спустя минуту их столик уставили свежайшими коктейлями за счёт заведения, так что вернувшиеся с пляжа родственники агента Ллойда приятно удивились.

– Беру свои слова назад, Джон, – присаживаясь на шезлонг, заметил доктор Вольф. – Твои инвестиции уже оправдывают себя.

Кира хмыкнула, довольная похвалой: инвестицией её ещё не называли. Вот дармоедкой и бездонной бочкой, в которую что ни вливай – то выльется, так это постоянно. Родители с тётушкой Марией наперегонки старались, как могли, вбить в голову юной Киры хоть какие-то представления о благодарности и отдаче. В конце концов махнули рукой, умоляя лишь о том, чтобы дочь не посрамила их уж слишком сильно.

– Я – купаться, – предупредила мисс Каррера. – Вроде всё обсудили?

– Пока – да, – подтвердил агент Ллойд. – А завтра за вами заедет Виктор и объяснит в деталях.

О’Рид при этих словах встрепенулся, а Кира уныло кивнула, сбегая по песку к воде. Интересно, ирландский шурин тоже на крючке у агента Ллойда? Наверняка, раз с такой готовностью помогает родственнику – да ещё и англичанину!

Но какое ей до того дело? Пусть агент Ллойд ищет своего предателя в лос-анджелесском федеральном бюро, пусть само бюро ищет крысу руками заезжего англичанина, чтобы повесить на него всех собак в случае неудачи, а её дело маленькое – сыграть три роли, задать нужные вопросы, поделиться результатами и положить денежки в карман!

А не податься ли ей, и в самом деле, в Голливуд? С таким-то резюме!..

– В Голливуд поедем завтра, детка, – жарко шепнули на ухо, когда Кира вошла в воду по пояс. – Клуб, в котором грохнули предыдущего агента, находится в элитном райончике…

Мисс Каррера вздрогнула, но обернуться не успела: её подхватили на руки и, прижав к мощной волосатой груди, моментально внесли в прохладные океанские воды.

– Пусти, неандерталец! – взвизгнула Кира, выворачиваясь из крепких объятий. Эдак полиция повяжет обоих за непристойное поведение!

– Джон мне всё рассказал, – ухмыльнулся над головой рыжий искуситель, – мы теперь встречаемся, детка! Прям всё честь по чести…

– Не про тебя сказано, здоровяк, – фыркнула мисс Каррера. – Где ты – и где честь?

– На разных берегах, – согласился Виктор, всё ещё не выпуская добычу из рук. – Но знаешь, что, детка? Мне нравится эта идея! Даже не помню, когда я в последний раз был на свидании…

– Вчера, – напомнила Кира. – В клубе мисс Флаффи. Кого ты там дожидался в номерах?

– Я неприхотлив, – ухмыльнулся О’Рид. – Женщины, по большей части, существа забавные. Главное в этом деле – найти изюминку, подобрать ключик…

– Тоже мне, взломщик, – фыркнула Кира, выворачиваясь из рук ирландца.

Плавала мисс Каррера, пожалуй, получше своего неожиданного ухажёра. Виктора спасал гигантский рост, пока Кира нарезала круги вокруг.

– Всё не то, – вздохнул О’Рид, следя за Кирой янтарными глазищами. – Вот чтобы так, с цветами да конфетами, походами в кино и первым поцелуем…

– Тебе это быстро надоест, здоровяк, – прикинула мисс Каррера, жмурясь от удовольствия. Водичка и впрямь освежала, как и отрекомендовал агент Ллойд. – Затащишь девушку в постель и сразу же сольешься.

Виктор удивился.

– По себе судишь, детка? О’Рид, может, новую жизнь начинает…

– Я тоже, – отрезала Кира. – И от таких, как ты, держусь теперь подальше! Вот только где найти хорошего мужчину? – вздохнула в никуда мисс Каррера. – Весь качественный товар расхватывают ещё на складе!

– Иногда кое-что остаётся, – выразительно поиграл бровями Виктор.

Кира фыркнула и взяла курс на берег.

– Я сказала – хорошего мужчину, – отплевываясь от воды, напомнила Кира. – Как агент Ллойд или доктор Вольф, но чтобы высокий, красивый…

– Я хороший! – возмутился О’Рид. – Уж ничем не хуже этих доходяг на берегу!

– Что-то я не видела, чтобы агент Ллойд или доктор Вольф шастали по номерам с девочками! – отрезала мисс Каррера, ставя точку в планах на будущее.

На берег оба выбрались мокрые и довольные. По мнению Киры, выходной уже удался – прекрасная погода, пляж, не самая дурная компания, дармовые коктейли и пятьдесят баксов в кармане. Да она поймала удачу за хвост, вляпавшись вчера в федерального агента с тугим кошельком!..

– …они тащат змею из управления твоими руками, Джон. А ты даже не в перчатках.

– Ты на редкость скептичен для верующего человека, Вольф.

– Я на редкость верующий для скептика.

Ирландские сёстры оказались в этот раз более приветливы, щедро поделившись с Кирой орешками и закусками, выставленными на столике.

– Угощайтесь, – предложила Эвелин, подставляя бледное лицо яркому солнцу.

Киру дважды упрашивать не приходилось.

– Агент… в смысле… Джон, – с трудом проглотив официальное обращение, заговорила она, придвинувшись ближе, – простите, но как же агент Лайт? Ну, тот ваш напарник…

Агент Ллойд скосил на неё глаза под тёмными очками и коротко качнул головой.

– Я не посвящал Эдварда в свои планы. Пока что нет. И вас попрошу не раскрывать легенду раньше времени.

– Лайт не идиот, догадается сам, – спокойно предсказал Константин. – И тогда претензии предъявят уже тебе: почему не предупредил? Кто разрешил привлекать постороннее лицо к расследованию?

– Не нравится, как я работаю – работайте сами, – задумчиво ответил агент Ллойд невидимым обвинителям. – Налицо подрывная работа в отделении, потому и привлекли, кого получилось. Кто знал, что агент Филмор предпочитает виски из личной фляги напиткам из бара? Никто, кроме своих. Подливали, зная, что Филмор страдает паранойей. Также остальные агенты – кто-то слишком хорошо знал их привычки и подловил в самый уязвимый момент… Убивают профессионально, без спешки, но и без промедления. Ни один из агентов даже записки после себя не оставил.

– Я здесь лишний, – помолчав, вынужденно признал судмагэксперт. – Наш убийца, или убийцы, едва ли маги, так что по ауре мы их не отследим. Ещё и это солнце…

– Что не так с солнцем? – не сдержалась Кира.

Надо признать, новая работа ей внезапно нравилась. Щекотала нервы, заставляя едва ли не подпрыгивать на месте; будоражила кровь, требуя докопаться до разгадки…

А ведь она ни одного детективного романа в жизни не прочла!

Чтение вообще не входило в перечень сильных сторон мисс Карреры.

– Доктор Вольф – менталист, – с улыбкой пояснила Эвелин, подсев к мужу на шезлонг. Прохладная ладонь легла агенту Ллойду на лоб, и Джон прерывисто выдохнул, мигом расслабляясь. – Видит чужие магические ауры. В таком столпотворении, как на пляже, да ещё и при слепящем солнце, подозреваю, Константину приходится весьма непросто.

– Да я практически ослеп, – внезапно со вздохом подтвердил судмагэксперт. – Тут столько… ярких пятен. Ещё и вы все отсвечиваете…

– Могу тоже погладить тебя по голове, – беззаботно предложила Мэйовин.

– Я тебе ещё нужен, – напомнил Константин. – Рано становиться вдовой.

Эвелин рассмеялась, поймав непонимающий взгляд Киры, и с готовностью пояснила:

– Мэй – маг огня. Она может спалить или расплавить что угодно, но менталистам это как раз противопоказано. Их мозги и так работают на повышенных оборотах! Слишком яркие изображения, громкие звуки, острые ощущения… Джону со мной повезло, – ласково улыбнулась мужу миссис Ллойд. – Я – маг льда. Остужать горячие головы – по моей части. Только, боюсь, на такой жаре у меня совсем нет сил. Я сейчас только и способна, что подарить немного прохлады. Не мой климат, – пожаловалась Эвелин, пересаживаясь на свой шезлонг.

– А мне хорошо, – с вызовом заявила беременная красавица. – Если бы ещё не живот, я бы!..

– …наломала дров! – хохотнул О’Рид. – Только беременность тебя и стреножила, стрекоза!

– Я ещё отыграюсь, – хмуро пообещала миссис Вольф.

– Лучше подумала бы о ребёнке, – урезонила сестру Эвелин. – Как назовёшь?

– Не придумала, – отмахнулась ответственная мать.

– Кого возьмёшь в крёстные? – не отставала старшая сестра.

– Кто согласится.

Эвелин обвела закипающим взглядом всю компанию, словно призывая в свидетели, и сдержанно уточнила:

– И всё же? Нам с Джоном готовиться?

– А Медичи не сможет? – вдруг встрепенулась Мэйовин. – Он такой интересный мужчина! Константин! Может, он станет крёстным отцом нашему первенцу?

Доктор Вольф поперхнулся воздухом и сдержанно согласился:

– Уверен, он с удовольствием. Джанфранко – опытный крёстный отец.

Хохот, грянувший в компании, убедил Киру в том, что она попала в какую-то совершенно невероятную семейку.