Глава 7
Разбудил меня опять же мой неугомонный желудок. А все из‑за офигенного запаха мяса и специй.
– Подъем, Отэм, прибыло пропитание! – склонился надо мной скалящийся во все тридцать два Кай, держащий парующую банку в руке. – Я это даже разогрел. Скажи, что я душка?
– Кай! – рыкнул Гро откуда‑то.
Сев, я увидела, что дверь в мою комнату открыта настежь, как и другая напротив. Вот оттуда и доносился повелительный рык.
– Спасибо! – Я почти выхватила банку у рыжего и с наслаждением отхлебнула ароматного бульона. Прислушалась к своему нутру. Все нормально.
– Вилку‑то возьми! – засмеялся брат‑ученый, протянув мне прибор.
– Спасибо еще раз.
Пока жевала, взгляд мой упал на тумбу рядом с кроватью. Ух ты! Это же там стопка из спортивного белья в упаковках и расческа сверху, да? Мне не показалось?
– И за это спасибо, Кай! – улыбнулась я парню с почти натуральной радостью.
Но он недоуменно поднял красные брови и проследил за моим взглядом. А со стороны Гро донеслось насмешливое фырканье.
– За это не меня благодари, – ответил Кай и, ухмыльнувшись, взял один из комплектов, понюхал и повторил уже знакомую фразу: – Умно, братец, умно.
– Вот именно. – Гро появился в дверном проеме, и в воздухе опять запахло агрессией.
И я почти обреченно вынуждена была констатировать, что меня это заводит.
– Тебе не пора к своим склянкам? – насупившись, глянул исподлобья темный.
– Еще нет, – беспечно, будто ничего не замечая, пожал плечами Кай. – Должен же я убедиться, что ей эта еда пойдет впрок. В противном случае нужно будет искать что‑то еще.
– С ней все в порядке, как видишь.
– Не напрягайся ты так, братан.
– Не я тут тот брат, что ведет себя странно и рискует напортачить.
– Слушайте, я, конечно, может, до хрена о себе возомнила, но такое чувство, что у вас какой‑то брачный гон тут начался, – пробурчала я, прожевав очередной кусочек.
– Скорее уж, обострение братской конкуренции, – рассмеялся рыжий.
– Знать бы еще, какого черта, – показал зубы Гро. – Все уже было решено.
– Как и всегда, да, брат? – подмигнул Кай. – Но я вот подумал: раз случай тут особый, то почему бы и не поменять правила. Ну да ладно, я и правда уже пойду. До завтра, Отэм. Замечательная регенерация, кстати. Выглядишь прекрасно. Даже непричесанной. Наводит сразу на крамольные мысли о бурных приключениях в постели.
– Кай!
– То есть и ты ко мне подкатываешь так незамысловато?
– Тоже?
– Ну твой брат впрямую мне предложил в койку к нему запрыгнуть. Тут так принято?
– Принято? Ну‑ну. И это я тот, кто рискует налажать? Кто‑то уж сильно торопится, и это точно не я.
– Да что с тобой такое, Кай?! – окончательно вышел из себя Гро и вдруг бросился на брата, толкая того в грудь.
Они врезались в стену с глухим стуком, от которого все вокруг содрогнулось. Сцепились взглядами, рыча совсем по‑звериному. А у меня кусок в горле застрял. Прежняя Отэм уже бы визжала и стремилась их разнять. Но я нынешняя едва ли не облизывалась в своих мыслях, предвкушая дико возбуждающее зрелище их драки. Мне захотелось этого аж до дрожи.
Оба брата потянули носами, поворачивая головы ко мне. Кай оттолкнул Гро и похлопал его по плечу.
– Ну понял теперь? – усмехнулся он и ушел.
– Он ведь это нарочно, да? – спросила у не собирающегося пока убираться восвояси Мрачного брата. – Вы ведь чуете. Точно. Вы цапаетесь, меня это заводит. Что дальше? Он даст тебе себя избить, чтобы побыстрее помочь завалить? Я смотрю, для вас нет запрещенных приемов, да, ребята? Или это все потому, кто я для вас? Будущий враг и лабораторная крыса. Типа с моими чувствами не фиг считаться?
– Не понимаю, причем здесь твои чувства, – огрызнулся сильно призадумавшийся о чем‑то Гро. – Тебя же никто не насилует и не запугивает, принуждая.
– А, ясно, а остальные фокусы не криминал, да?
– Доедай и спать ложись, – велел он мне и ушел, захлопнув дверь.
Как ни странно, аппетита мне открытие, что моими эмоциями без стеснения манипулируют, не испортило. Так‑то прежние мои бойфренды ни разу паиньками не были и нервы как только на кулак не наматывали. Особенно мой первый, Ник. Вот уж где манипулятор высочайшего левела и абсолютно лишенный понятия о границах тип. И красавец, естественно. Умереть не встать. Плюс я тогда еще была такой наивной лохушкой, без памяти в него влипшей. На что только не подбивал меня, гад. Слава богу, еще запись нашего разнузданного траха на водонапорной башне поудаляли с порноресурсов, куда он его выложил в отместку за то, что все же бросила. Но в сеть ведь что попало, то там навеки и осталось. Однако в сексе он был бог, конечно. Две других моих ошибки тоже не отстой, но с Ником не сравнятся. Хотя, может, дело в том, что с ним все было впервые и этот засранец не стеснялся вытягивать из меня мои темные желания или, вернее, навязывать свои. Кто уже разберет.
Кто‑то смотрел на меня. С любопытством. С надеждой. Странно так смотрел. Будто даже не на меня, а из меня. Изнутри наружу. Недоумевая. Это напоминало какой‑то причудливый сон, почти кошмар. Как стоять перед зеркалом, видеть себя привычную, но изумляться, потому что это не ты. Глаза, волосы, кожа, все тело должны быть… другими. Я‑не‑я помнила их другими.
«Это так удивительно. И грустно, – вздохнула… я? – Но все же лучше, чем быть окончательно мертвой, да?»
Кем задан и кому адресован вопрос? Если мне, то да, я по‑любому предпочту побыть даже этим жутким гуем, что бы это ни значило, чем умереть совсем. Это несправедливо.
«О, да, еще как, особенно, если ты рождена бессмертной».
Что?
– Отэм, подъем! – рявкнул надо мной Гро, и, только открыв глаза, чтобы лицезреть его зависшего надо мной, пялящегося пристально и шумно принюхивающегося, я поняла, что спала.
Не заметила сама, как уснула.
– Ну что опять? – спросила у него в какой уже раз.
Вместо ответа, он наклонился еще ниже, понюхав у самого моего лба. Выпрямился и, совершенно не скрываясь, поправил стояк в штанах.
– Похоже, уже утро? – усмехнувшись, намекнула на наличие у него полноценной внушительной эрекции.
– Вставай. У тебя десять минут на душ и туалет. Потом на первую тренировку, – никак не прореагировал он на мою шпильку.
– А завтрак?
– Кто завтракает перед тренировкой? Кайфуешь блевать? – фыркнул Мрачный брюнет и уселся на единственный стул в комнате, явно демонстрируя, что время пошло. Хотя, думаю, его из Мрачного пора переобозвать в Озабоченного.