Глава 8
/Мелинда/
Время замедлилось. Воздух стал вязким словно патока. И я барахталась в нём, не в состоянии сделать хоть один вдох. Сердце болезненно трепыхалось в груди, билось о грудную клетку, истекая кровью из ещё не заживших ран, которые бессердечно вспорол Вайлет. Убийца отца находился передо мной, болезненно сжимал горло и словно наслаждался моей болью. Не знаю, действительно ли он желал отомстить отцу или его настолько разозлил мой отказ. Но жестокая правда открылась, пробуждая в душе самое тёмное во мне.
– Ненавижу, – процедила я еле слышно сквозь стиснутые зубы. Но Вайлет разобрал мои слова и лишь усмехнулся.
Он сжал горло сильнее, полностью перекрывая поток воздуха. А потом в рывок оттолкнул меня назад. Комната качнулась перед глазами. Я не смогла поймать равновесие и вновь рухнула на пол. Боль волной прошлась от ушибленного бедра и ладоней. Я подняла взгляд на возвышающегося надо мной мужчину. Убийцу. Замешательство прошло, сменившись всепоглощающей яростью. Время наконец ускорилось.
Сила раскрылась во мне, словно под щелчок пальцев. Кажется, я ощутила, как она перешла какой-то рубеж, хлынув неистовой рекой. Все чувства, все те боль и ненависть, что я испытывала, слились воедино со вспыхнувшей в глубине магией. И блоки сорвало, просто разметало в клочья. Вайлета отбросило назад, прошедшей от меня силовой волной. Пол подо мной пошёл трещинами. Стол и кресла с грохотом разорвало в мелкие щепки и лоскуты ткани.
Но этого было далеко не достаточно, чтобы выплеснуть нестерпимую боль. Я закричала, вскакивая на ноги. Погрузилась в собственную силу, вычерпывая как можно больше, чтобы нанести один единственный удар. Вайлет тоже стремительно поднялся, в пару пассов возводя вокруг себя сложные щиты. Мелькнула мысль, что он просто не мог успеть создать подобные плетение за секунды до атаки. Но силу уже было не остановить. Сотканные из воды пики и мечи с грохотом опустились на щиты, сметая один слой защиты за другим. В воздух поднялся пар, мешая взору и оседая жаркой испариной на влажных от слёз щеках.
Обессилев, я рухнула на колени. Коротко хватала ртом воздух, давясь слезами. Хотелось кричать, выть от разрывающей грудь тоски и несправедливости. Хотелось разорвать грудную клетку, вырвать сердце. Может тогда боль уйдёт вместе со всеми чувствами? Может тогда я действительно стану бесчувственной ледышкой?
Пар начал рассеиваться, и тогда я увидела лежащего в паре метров от меня Вайлета. Ото лба его тянулись алые струйки крови. Но я видела, что он ещё дышит. Кое-как поднявшись на ноги, вскинула руку, намереваясь довершить начатое. Ведь одной вспышкой ярости я всё испортила, и нет пути назад.
Двери распахнулись, впуская в полуразрушенную гостиную магов в форме полицейских. В меня понеслось несколько ошеломляющих заклинаний, которые я на чистых рефлексах отбила водным жгутом. Отступила назад, открывая за спиной портал. Ещё шаг, и я понеслась вниз с высоты пяти метров, пока не погрузилась в стремительные воды горной реки.
Мне бы не хватило резерва на многократное открытие порталов, чтобы оторваться от погони. К тому же на пике силы я рисковала выжечь резерв любым заклинанием. Но знакомая стихия приняла меня как родную. Обволокла словно объятиями, унося прочь от рухнувших в воду полицейских. Я хорошо знала эту реку, её быстрые пороги и прозрачные воды. Недалеко находится горная деревушка, где пекут самые вкусные в мире булочки с фрустничкой, горной ягодой. Мы часто снимали с родителями домик в этой деревне. Каждый год один и тот же, пока я не поступила в академию.
Прошел, наверное, час, прежде чем водные потоки закрутились, подняли меня над поверхностью реки и осторожно опустили на мягкую траву под сенью раскидистых деревьев. С платья и волос стекали прохладные струи. Дыхание вырывалось сипло. А сердце не спешило успокоиться. Мне удалось сбежать, но я не обольщалась, знала, что буквально в течение получаса стану разыскиваемой полицией преступницей. Единственный шанс – добраться до тайника, взять вещи и покинуть страну с помощью связного лица отца. Удастся ли мне? И хочу ли я сбегать? Точно нет.
Первым делом мне нужно было уничтожить маячки, если они есть, и скрыть ауру. Создать защиту, хотя бы временно препятствующую поисковым заклинаниям мне было не под силу. К тому же защитные плетения все же не мой профиль. Боевики сильны в разрушениях. Зато я могла заблокировать свой дар. Собственные блоки я снять смогу, а поисковым заклинаниям не хватит мощности, чтобы найти обычного для них человека. К тому же открытие порталов обеспечивает артефакт, вшитый под плечо. Каждое его использование фиксируется, потому портал – закрытый для меня способ перемещения.
Скрывшись среди деревьев, я высушила одежду, обувь и волосы. Открыла портал, чтобы решили, что я покинула это место. После чего создала плетение поиска, которое показало отсутствие маячков. Теперь можно было со спокойным сердцем заблокировать дар. Не прошло и нескольких часов с тех пор, как блоки пали, а тело всё равно тяжело отреагировало на новую блокировку. Голова закружилась, и меня повело. Пришлось опереться на ствол дерева, пережидая момент слабости. Так неприятно снова ощущать себя беззащитной и жалкой. Но иных способов спрятаться я не знала, ведь в академии меня учили сражаться, а не скрываться от властей.
Как только слабость прошла, я выпрямилась и двинулась среди деревьев вдоль реки. Вскоре её воды низвергнутся вниз с высоты гор. Но раньше они образовывают заводь. Прекрасный природный уголок, окружённый яркой зеленью и вечнозелёными деревьями. На одном из них отец и соорудил домик на дереве, скрыв его плетениями защиты и иллюзий, чтобы мы могли каждый год туда возвращаться. Мне казалось, что иллюзии должны были давно развеяться. Потому про себя я иногда гадала, приходит ли кто-то в наш домик на дереве? Как оказалось, отец постоянно обновлял защиту. А не так давно выбрал это место для тайника.
Путь занял не так много времени. Большую часть дороги я преодолела с бурными потоками реки. И вот я вышла к окружённой деревьями заводи. Прозрачные воды небольшого озерца блестели в лучах солнца, разлапистые деревья приветливо махали ветками под порывами лёгкого ветерка. Домик не был виден из-за иллюзии, но, когда я подходила к раскидистому старому дереву, корни которого широкими жгутами выходили на земную поверхность, воспоминания из прошлого вспыхивали перед мысленным взором, и я почти явственно видела его. Деревянный, выкрашенный зелёной краской, с аккуратной лестницей, прикреплённой к мощному стволу.
Перескочив через торчащие из земли корни, я подступила ближе, протянула руку, легко отыскав деревянную ступень. А стоило её коснуться, как морок для меня развеялся, позволяя увидеть домик. Краска облупилась за столько лет, дерево рассохлось, но все равно он хорошо сохранился. Старые ступени тихо поскрипывали, а сердце громко бухало в груди, пока я поднималась наверх.
Откинув люк, я забралась в первую из комнат, служившую гостиной. Здесь находилась старая мебель, на полу потёртый ковёр с пятном разлитого мною когда-то варенья. Опустив за собой люк, выпрямилась, оглядывая до боли знакомое помещение, каждый предмет в котором пробуждал трепетные воспоминания из счастливого детства. На глазах выступили горькие слёзы, но для них не время. Я здесь для того, чтобы получить ответы.
Дверь спальни была лишь прикрыта. Толкнула её, входя в небольшое помещение. Две кровати, детская и двуспальная, расположились вдоль стен, оставляя узкий коридорчик между ними. Документы находились под моей кроваткой. Присев на нее, я извлекла простую деревянную коробку. Расцарапала об её край палец. А стоило выступить капле крови, как приложила его к крышке. Но ничего не произошло. Стиснув челюсть, сняла блоки с магии и теперь наполнила кровь силой. Только тогда крышка отъехала, позволяя открыть ящик.
Перевела дыхание, прикрыв на секунду глаза, чтобы собраться с мыслями. Содержимое коробки может навсегда изменить представление об отце. Но бояться было уже глупо и поздно. Потому я отбросила крышку на кровать, разглядывая содержимое тайника. Несколько папок, мешочки с артефактами и деньгами, ценные бумаги, книга в истёртой кожаной обложке. Стоило открыть её, как сердце взволнованно подскочило. Почерк отца. Это его записи. Подхватив дневник, я заметила ещё одну книгу. Такую потрёпанную, что кажется, она обратится прахом от единственного прикосновения. Но приоткрыв её, я сразу отдёрнула руку. Магия крови.
