Неверный. Разорву твое сердце

Глава 1

– О, это наш коммерческий директор, шикарный, правда? По нему вся женская половина офиса сохнет, какой мужик! Ммм. И знаешь, как его зовут у нас?

– Как? – интересуюсь я искренне у своей новой коллеги, которая вызвалась провести мне экскурсию по новому месту работы.

– Ромео! Говорят, он соблазнил десятки женщин, ни одну красотку мимо не пропустил! И перед ним устоять никто не может. Какой самец! – сыпятся из нее восхищения от вида директора.

Высокий, статный, дорогой костюм сидит как влитой, подчеркивая спортивную фигуру, модная стрижка и короткая ухоженная бородка, а взгляд темно-серых «стальных» глаз скользит по сотрудникам вокруг него, будто он их уже победил и съел. Хищник в естественной среде обитания. Среди своих жертв.

– Ух! Каждый раз от него в жар бросает, – обмахивается полненькая Татьяна папкой с документами, – я слышала, он женат, но скрывается просто виртуозно! У него ведь жена мегера, просто снежная королева, да и в постели бревно!

– Как интересно, – в груди холодеет, а я разглядываю своего мужа под новым, совершенно неожиданным углом.

Значит, он Ромео, а я снежная королева? Да еще и бревно?

– Еще как интересно! – воодушевлена Таня, – по расчету, наверное, женился. Или из жалости, она вроде страшная.

Страшная? Я кидаю мимолетный взгляд на отражение в стеклянной двери в конференц-зал. Рядом с коллегой стоит та самая «мегера», стройная шатенка в строгой юбке-карандаш и белой блузке. Ноги от ушей и глаза олененка Бэмби, как мне всегда говорил «Ромео», рассказывая, во что влюбился в моей внешности.

– Роман Алексеевич! – вдруг вскрикивает громко Татьяна, и я вздрагиваю, оборачиваюсь, чтобы увидеть, что муж несется мимо нас и едва скользит взглядом, будто совсем не знает и в целом не заинтересован узнавать. – Я вам отчеты принесла за месяц по маркетинговым расходам, возьмете?

Ее корпоративной культуре и субординации не учили? Хочется закатить глаза, но забываю сразу про это, потому что Роман тормозит на мгновение.

– Мы знакомы? – оглядывает меня, – Таня? – вопросительно смотрит на нее.

– Ой, простите, знакомьтесь, это наша новая сотрудница, менеджер в отделе PR и маркетинга, Юлия Воронцова, – представляет меня, а сама довольная и сияет, пожирая директора взглядом.

– Очень приятно, – кивает он сухо, – вот пусть Юлия занесет мне ваш отчет через полчаса, как раз закончит знакомиться с коллегами и офисом. А сейчас мне некогда.

И уносится дальше по коридору в сопровождении другого мужчины, тоже судя по виду из высшего руководства.

– Ну вот! Я говорила, ни одной не пропустит! – Таня заговорщически шепчет, – заметила, как он на тебя смотрел? Сразу три точки: глаза, грудь, ноги, пыщ, пыщ, пыщ! – комично изображает она, а я хмурюсь. Нет, я такого не заметила. Я видела совсем иное. – И в кабинет пригласил, – томно вздыхает, – Юлька, тебе повезло прямо на старте!

– Повезло не то слово, – я получаю от нее папку с документами и уже размышляю о том, что я скажу моему милому, когда окажусь у него в кабинете. – Как утопленнику, – добавляю тише.

– Чего говоришь? – переспрашивает Таня, – пойдем дальше, покажу тебе комнаты отдыха и эти… лаунж-зоны, там кофе можно попить или чай с печеньками. А еще у нас есть комната для йоги, корпоративный спортзал и терраса с… Юль? – щелкает пальцами перед моим лицом, – ты чего?

А я стою и смотрю в ту сторону, куда ушел мой муж. Все разговоры Тани теперь стали такими неважными, будто белый шум, да и на работе я не могу сконцентрироваться, хотя еще во столько всего надо вникнуть на новом месте.

– А кто это был с вашим… Ромео? – уточняю про второго мужчину.

– Это Дмитрий Иванович Титов, наш руководитель отдела продаж, мы до них еще дойдем, они на шестом этаже располагаются. Тоже интересный мужчина, к тому же совершенно холостой. И симпатичный, – кокетливо хлопает глазками, и я понимаю, что Татьяна явно в активном поиске, иначе ее бы не занимали разговоры о мужчинах больше, чем рассказы об офисе и компании. – Но, если бы я выбирала, то… – прикусывает губу и приближается, чтобы прошептать, – все равно взяла бы Ромео.

Взяла… кто бы тебе дал? Ромео женат! На мне!

Но вслух говорю иное:

– Могу себе представить.

– Ой, сейчас ты к нему в кабинет сходишь, у тебя фантазий на год вперед на одинокие вечера хватит! А если пиджачок снимет, то там такие мышцы под рубашкой, – продолжает она словесно и мысленно облизывать моего мужа, и это начинает меня раздражать. Но я тут новенькая и пока не хочу конфликтов.

– Я замужем, мне его мышцы совсем неинтересны, – пытаюсь закончить это обсуждение.

– Ой, кому это мешало? – хихикает она, – ты думаешь, у нас тут только незамужние по офису бегают? Все поголовно на него слюни пускают, а в дни больших совещаний, знаешь, как наряжаются, чтобы он взглядом в их декольте нырял?

– Тань! – не выдерживаю я, – а про работу компании, ты мне что-нибудь расскажешь? А то я боюсь, не успею со всеми делами сегодня справиться, пока мы обсуждаем вашего Ромео.

– Ну ладно тебе, не злись, – она ведет меня дальше по коридору, и я слышу сильный запах кофе, где-то рядом та самая лаунж-зона, по-видимому, – я же видела, как у тебя глазки блеснули при виде него. Ты не стесняйся, мы все через это прошли. Через пару недель ты тоже от фазы отрицания того, что он тебе нравится, дойдешь до принятия своей к нему любви. Пусть и безответной.

Господи, за что мне все это? И ведь она работает со мной в отделе, и я сижу буквально за соседним столом. Надеюсь, не придется слушать о том, как хорош мой муж целый рабочий день.

– Ну вот тут у нас можно попить кофе… – продолжает она, а потом и дальше ведет экскурсию по кабинетам, опенспейс зонам и этажам.

А я больше ни о чем другом и думать не могу. Кроме как о том, что из себя представляет мой муж на работе. У меня к нему появляется очень много вопросов, задать которые я должна прямо сейчас!

– Слушай, а покажи мне кабинет коммерческого, я отнесу ему наконец папку, – перебиваю ее на комнате для йоги.

В глаза Тани триумф, она думает, что я дозрела поглядеть на Воронцова вблизи. Дозрела. Но не так, как она думает.

– Пойдем, еще рано, конечно, он просил через полчаса, а его лучше слушаться…

– Я правлюсь, он всего лишь начальник! – обрываю я, и мы идем в дальний конец коридора, где расположены большие кабинеты руководства.

Кабинет мужа совсем близко с хоромами генерального директора, и я точно знаю, что он мечтает их занять. Амбициозный и целеустремленный, что меня это иногда пугает. Видимо, не зря.

– Вот, подожди в приемной у секретаря, она тебя пустит, когда можно будет, – провожает меня Таня и дает напутствия, – ты только с ним не спорь, а то первый день только работаешь.

Нет, мне очень сильно хочется закатить глаза. Это мой муж! Хочу и спорю, когда мне нужно!

– Спасибо! Не переживай, он меня не уволит.

– Да как бы не трахнул, – тихонько говорит она со смехом. Или мне показалось?

Я ему трахну. Я ему сейчас как сама трахну вот этой папкой по голове!

Не прощаюсь, нам еще работать целый день, и иду в приемную «директора», прохожу сразу прямиком к двустворчатой двери с табличкой, на которой написано его имя.

– Стойте, вы куда? Вам назначено? – секретарша подскакивает из-за своего стола, – туда нельзя!

Плевать!

Распахиваю дверь и застываю от открывшейся мне картины…

Глава 2

– Кто вам позволял? Выйдите! – секретарша возмущается за моей спиной, а я смотрю на Ромео в «действии».

Мой муж сидит за директорским столом в кресле и что-то разглядывает на широкоформатном мониторе, а показывает на это ему пальчиком совершенно неприличная красотка с декольте чуть мельче Марианской впадины.

Да я почти вижу ее пупок в этом декольте! И муж мой тоже определенно видит много чего, судя по довольному выражению лица.

Но сейчас он поднимает на меня взгляд, и улыбка медленно тает.

– Ира, я же просил никого не пускать! – сначала строит секретаршу, потом меня, – а вас просил зайти через полчаса!

Испепеляет взглядом сурового начальника, и я прикусываю язык, помня нашу договоренность. Но она вот-вот пойдет в ту самую Марианскую впадину!

– Она сама ворвалась, простите, Роман Алексеевич! – секретарь волнуется.

– Я зайду попозже, – блондинка встает со стола и обходит его, сверкая длинными, стройными ногами под юбкой выше колена. – Проект отдам в работу с вашими правками, – кидает, даже не оборачиваясь, и обходит меня.

Я стою и жду.

Муж смотрит на меня многозначительно, складывает руки в замок на темной дубовой столешнице.

– Ира, закрой дверь, Юлия принесла мне отчет, который я просил.

– Юлия? А вы ее знаете? – уточняет секретарша. Меня почти никто еще не знает, но не собственный же муж.

– Ира! – муж так сверкает взглядом в ее сторону, что я слышу, как за моей спиной захлопывается дверь.

Стою и пытаюсь взять себя в руки, план с тем чтобы вручить ему отчет с большого разбега и размаха нравится мне все больше.

Роман встает из-за стола и медленно и расслабленно обходит его, движется ко мне, как лев к своей добыче и обманчиво снисходительно улыбается. Пытается взять меня за плечи.

– Вот твой отчет, Ромео! – хлопаю его папкой по груди.

– Ах, вот оно в чем дело, – улыбается еще шире, будто я маленький ребенок и все совершенно не так поняла.

Надо было папкой по лицу.

– Тебе провели слишком подробную экскурсию? Рассказали эти байки про то, как я переспал со всем офисом невзирая на лица?

– Байки? – я смотрю на него снизу вверх, потому что он подошел слишком близко. Между нами только злополучная папка и магнитное поле, которое вот-вот разродится разрядом молнии. – Я только что увидела подтверждение этим байкам, сидящее у тебя на столе и твою довольную физиономию в процессе «работы».

– И что же ты увидела, любовь моя? – он раздражающе нежен, пытается заправить мой выбившийся тонкий локон за ухо.

Я вспоминаю все и разом.

– Почему ты мне ничего не говорил? Почему я узнаю о том, что твоя компания поглощает ту, где я работаю только в последний момент, когда уже грузят компьютеры, чтобы перевести в другой офис?

– Этот вопрос задай своему прошлому руководству, я не могу отвечать за них, – делается серьезным, игривый тон исчезает из голоса, – что за претензии ко мне?

– Ты мой муж! Ты что не мог мне все это дома рассказать?

– Я рассказывал! Только ты кроме своего проекта даже дома ничего и не видела, зарылась в свою работу, а теперь жалуешься на сюрпризы. Не жалуйся, у тебя хорошая должность и даже зарплата выше.

– Но ведь мы договаривались, что никогда не будем работать вместе? Что не смешаем личную жизнь и карьеру?

– Времена поменялись! Наша компания растет и поглощает более мелких игроков, это нормальный процесс на рынке, – все же берет меня за плечи, – но разве это тебя волнует на самом деле?

Я сжимаю губы, и в моем мозгу проносятся волнами все наши разговоры и договоренности о семейной жизни и том, как мы строим свои карьеры отдельно друг от друга, не мешая и не влияя на них, чтобы не создавать ненужные препятствия.

Мой муж добился в своей карьере головокружительных успехов, за несколько лет поднявшись с должности менеджера до коммерческого директора. Я думала, что дело все в том, что он целеустремлённый и талантливый, прирожденный руководитель.

А он… Ромео?

– Почему никто не должен знать, что я твоя жена?

– Потому что мы разделили личное и работу, забыла?

– Но именно сегодня утром, ты мне об этом напомнил перед тем, как мы вместе приехали в этот офис, – я складываю руки на груди, потому что хочу чувствовать себя защищенной под его взглядом. – Ты не хочешь, чтобы я как жена ломала твой статус альфа-самца осеменителя? Не хочешь, чтобы эти вечно текущие и облизывающиеся голодные женщины перестали тебя боготворить? Заглядывать тебе в рот?

– Юля, о чем ты вообще говоришь?

– А может быть, ты не хочешь, чтобы твои многочисленные любовницы, бывшие и настоящие, видели во мне соперницу? Или еще хуже бросили тебя, потому что ты обманщик? Наплел им сказочку о том, что я страшная фригидная мегера?

– О господи, чего тебе еще эта Ульянова наплела? Что за бред?

– Пока я вижу сплошные подтверждения ее слов, – делаю шаг назад, столкнув его руки, – я требую объяснений! Требую, чтобы ты всем сообщил, что я твоя жена и все эти… – не могу найти слов, чтобы описать девиц, подобных той, что сидела на его столе, – отстали от тебя!

– Требуешь? – его взгляд темнеет, и он наступает на меня как большая грозная гора. Заставляет пятиться, пока я не упираюсь в стену спиной. – А ты еще не читала правила корпоративной этики? Нет? Что у нас в компании запрещены служебные романы? А так же кумовство и прием на работу родственников любых сотрудников. Любых, я повторяю!

– Я… – теряюсь полностью от его слов, – но ты же сам проводил слияние наших компаний, ты знал, что я тогда буду работать у вас!

– А мне надо было тебя уволить? Ты так предпочла бы? Я, вообще-то, мыслил более серьезными категориями, это был многолетний план по расширению бизнеса, а не моя личная прихоть! Я бы на твоем месте был бы благодарен, что ты не оказалась на улице!

– То есть у тебя был выбор между мной и компанией, и ты сделал его в пользу расширения бизнеса?

– Не переворачивай все с ног на голову! – сердится он, – я именно, что выбрал тебя. Я скрыл ото всех тот факт, что ты моя жена. Чтобы никто не уличил нас в нарушении правил, никто не пытался манипулировать нами или видеть в этом какие-то нечестные преференции? Ты что предпочитаешь? Быть уважаемым за свои профессиональные качества сотрудником или «женой босса» перед которой надо стелиться, чтобы заслужить мою благосклонность?

– Я об этом так не думала, – мне обидно это слышать, но в чем-то он прав.

– Конечно, ты ни о чем таком не думала, предоставь думать другим, – вжимает меня сильней, и взгляд снова смягчается, – ты ведь просто ревнуешь, детка. Тебе не понравилась моя репутация.

– Я не ревную!

– Конечно, и именно поэтому ты прилетела в мой кабинет как разъяренная валькирия, – он поднимает мой подбородок пальцами и смотрит прямо в глаза, – хотя мы заранее договорились, что все личные вопросы будем решать исключительно дома.

– Ты тешишь свое самолюбие, думая, что я точно так же, как все твои поклонницы, буду бегать за тобой и плавиться от одного твоего взгляда. Но я не они, я твоя жена! Я имею право…

– На что? – прерывает меня он, приближаясь к моему лицу, я чувствую все те мускулы, на которые Таня пускает слюни, прижатые к моему телу. Ведь Рома без пиджака и вжал меня в стену всем корпусом.

Похотливый, самовлюбленный… его что, заводит моя ревность? Почему дома он не такой, когда мы наедине?

– На честность и… верность! – говорю ему уже почти в губы с вызовом.

Отстраняется немного.

– А по какой причине ты ставишь под сомнение мою верность?

– Ты издеваешься? – делаю паузу и добавляю с ударением, – Ромео!

– И? Что это доказывает? Это игры, это имидж, это просто слухи! Уж тебе ли не знать, мой маленький PR менеджер, как это работает.

– Вот именно, что я знаю, как это работает, потому и не верю ни единому твоему слову! Имидж нельзя создать на полной противоположности!

– Верь, любимая, фактам, а не россказням недотраханных толстух! И впредь, сохраняй субординацию в присутствии своего руководителя, – намекает на себя, а сам вновь нависает с темным взглядом, – в следующий раз я не спущу тебе этого с рук. Никто в этой компании не должен знать, что ты моя жена, или думать, что ты моя любовница. Все, что нас связывает, это одинаковая фамилия! Что бывает довольно часто в крупных структурах, как наша.

– Это ультиматум?

– Это напоминание о том, как сильно мы оба дорожим своими достижениями в карьере и рабочим местом, чтобы так легкомысленно позволять их уничтожить из-за домыслов и банальной ревности! Я уверен, что ни ты, ни я не хотим этого! – он меня буквально отчитывает, как начальник, а не как муж. – А все личные вопросы мы можем решить дома, поэтому сдерживай себя, даже если тебе очень… – голос становится низким, губы приближаются к моим и все тело снова вжимается так плотно, что я чувствую весь его рельеф слишком хорошо, – очень хочется чего-то большего.

Большего? Это он сейчас на свои желания намекает? Или… я с трудом подавляю судорожный вдох. Мое тело реагирует само. Без моего на то разрешения. Автоматически завожусь и я, когда он такой напористый и суровый… Жаркий…

Чувствую в этом его давлении всем телом, как что-то упирается в меня… лежащее в кармане его брюк. Какой-то комок.

Неосознанно скольжу туда рукой и цепляю пальцами… ткань? Щупаю долю секунды, узнавая фактуру.

Мои глаза расширяются в понимании, и я отталкиваю от себя Рому. Он неожиданности и сосредоточения на другом, он даже не сразу понимает, что произошло.

И что за вещь ярко-красного цвета я держу в руке, вынув это из его кармана.

– А это ты как объяснишь?