© И. Плотников, 2023
© Русский Гулливер, 2023
© Центр современной литературы, 2023
Молодость вечности
Книга Ивана Плотникова, уральского поэта (г. Екатеринбург), включает в себя девять десятков стихотворений, созвучных любому русскому времени и месту, а также времени-пространству иному, невыразимому, поэтическому, вечно живому, мучительно тревожащему и молодому: ибо поэзия – это молодость вечности / бесконечности и невыразимости бытия. Три ангела Ивана Плотникова («Первому ангелу снится…») обитают в воде, в зеркале и в воздухе (земном и бескислородном): Первый Ангел видит, как «рыбы текут по берегу» и как «река без рыб иначе звучит»; Второй – во сне видит себя и то, чего ещё нет (деревья зелёные, птица, открывающая рот), но —! – птица клюв открывает за мгновенье до звука; Третий ангел – летает, и летает только во сне. Притчевая смысловая основа этого стихотворения демонстрирует – и убедительно – три свойства Поэта: слышать, петь, летать. Вот главный поэтический концептуально-процессуальный комплекс человека, слушающего и слышащего всё, поющего – и тишиной, и безмолвно, и когнитивно, летающего во сне и пытающего вырваться за границы зеркала мироздания.
Сказанное поэтом – огромно, многообразно и многообразно, многосмысленно и (по О. Э. Мандельштаму) так разнообразно узорчато, поэтически рефлективно и полиинтерпретативно:
<…> Большого неба словарю отдать слетевший лист – едва обнять, о чём я говорю, когда не говорят слова…
Книга Ивана Плотникова радует и одновременно пугает ту часть читателя, которую можно назвать примитивной и обывательской. И хорошо. Это – хорошо. И – слава Богу…
Юрий Казарин
август 2022 года
д. Каменка
«Приснится тонкий лед…»Приснится тонкий лед,И звук, вместивший свет,Найдет и назовет,Чего на свете нет.Как тихая волна —Ни бросить, ни поймать —Есть музыка одна,Она не хочет знать,Горчит ли вечный мед,Влечет ли тайный страх,Молчит или поетЗначенье на устах.
Приснится тонкий лед,И звук, вместивший свет,Найдет и назовет,Чего на свете нет.
Как тихая волна —Ни бросить, ни поймать —Есть музыка одна,Она не хочет знать,
Горчит ли вечный мед,Влечет ли тайный страх,Молчит или поетЗначенье на устах.
«Холод и темнота…»Холод и темнотав каждом певучем слогечто промолчит звездане осветив дорогинебо споет самоостановив каравайрасшифровав клеймословно люби выбираймедленное письмов ненаходимый край.
Холод и темнотав каждом певучем слоге
что промолчит звездане осветив дорогинебо споет самоостановив каравайрасшифровав клеймословно люби выбирай
медленное письмов ненаходимый край.
«когда под говор птиц…»когда под говор птицпрольется в небесас невидимых ресництяжелая слезапод шепот медных трубвозьмет иной водыогонь замерзших губглотнувших немотыгде точно наугадпропели журавлипрозрачный снегопаднезнающий земли
когда под говор птицпрольется в небесас невидимых ресництяжелая слеза
под шепот медных трубвозьмет иной водыогонь замерзших губглотнувших немоты
где точно наугадпропели журавлипрозрачный снегопаднезнающий земли
«губы твердеют в медлительный лед…»губы твердеют в медлительный ледмедом исходят березыгорше разлуки земля отдаетполые слезыптицей несешь на больном языкемертвой листвы обещаниеслово холодное держишь в рукегреешь молчанием
губы твердеют в медлительный ледмедом исходят березыгорше разлуки земля отдаетполые слезы
птицей несешь на больном языкемертвой листвы обещаниеслово холодное держишь в рукегреешь молчанием
«Огонь за огоньком —…»Огонь за огоньком —О вечности тайком.Молчит пустой фонарь.Течет во мраке льдаПрозрачная водаВ невидимый словарьИ ждет, что этот светПрольется молоком,Где меры скорбной нет —Огонь за огоньком.
Огонь за огоньком —О вечности тайком.Молчит пустой фонарь.
Течет во мраке льдаПрозрачная водаВ невидимый словарь
И ждет, что этот светПрольется молоком,Где меры скорбной нет —
Огонь за огоньком.
«В роковой высоте, над которой сгорает звезда…»В роковой высоте, над которой сгорает звезда,Воробей обрастает огнем, обращается в слово.Пустотою тяжелого ветра шуршит водаИ несет отражение света живого.Серебром поведет игла, да прозрачна нить.Это в целое небо слеза темноты упала.Это птица большая не может в себя вместитьНевесомое пение птицы малой.
В роковой высоте, над которой сгорает звезда,Воробей обрастает огнем, обращается в слово.Пустотою тяжелого ветра шуршит водаИ несет отражение света живого.
Серебром поведет игла, да прозрачна нить.Это в целое небо слеза темноты упала.Это птица большая не может в себя вместитьНевесомое пение птицы малой.
«Укрываясь игрушечным сном…»Укрываясь игрушечным сном,на стекле рукотворный рисунокповторяет пейзаж за окном,уходя в преждевременный сумрак.Паутиной обнимет морознатюрморты заснеженных кукол —только крылья тревожных стрекоз,если занял неправильный угол.На стекле не увидят себяНи холмы, ни деревья. Воронызастывают в полете, дробянарисованный воздух студеный.
Укрываясь игрушечным сном,на стекле рукотворный рисунокповторяет пейзаж за окном,уходя в преждевременный сумрак.
Паутиной обнимет морознатюрморты заснеженных кукол —только крылья тревожных стрекоз,если занял неправильный угол.
На стекле не увидят себяНи холмы, ни деревья. Воронызастывают в полете, дробянарисованный воздух студеный.
«какая музыка меж темных берегов…»какая музыка меж темных береговобводит кисточкой воды немые звукикогда не светится луна из облакови снег невидимый кладет в пустые рукиметель узорами проступит на водеи замерзая слово обретет значениеи белый снег двоится в гулкой темнотена звонкий голос и на тонкое свечение
какая музыка меж темных береговобводит кисточкой воды немые звукикогда не светится луна из облакови снег невидимый кладет в пустые рукиметель узорами проступит на водеи замерзая слово обретет значениеи белый снег двоится в гулкой темнотена звонкий голос и на тонкое свечение
«льдом на сердце полная…»льдом на сердце полнаяткань от боли светитсяшаровая молниямалая медведицанапрягает зрениесквозь тяжелый снеггде мерцает пениевнемлет человек
льдом на сердце полнаяткань от боли светится
шаровая молниямалая медведица
напрягает зрениесквозь тяжелый снег
где мерцает пениевнемлет человек
«а то, что больно – спрячь…»а то, что больно – спрячь.До смерти зреет плод.И утекает плачВ прозрачный ледоход.Земля читает след.Вода себя поет.И невозможен свет.И неразгадан лед.
а то, что больно – спрячь.
До смерти зреет плод.И утекает плачВ прозрачный ледоход.Земля читает след.Вода себя поет.
И невозможен свет.И неразгадан лед.
«Музыка обитает в немых голосах…»Музыка обитает в немых голосах,Смерть – в отражениях лиц.Небо играет ветром на волосах,Прячет своих синиц.Сердце ищет в прозрачных глазахТо, что слетело с ресниц.
Музыка обитает в немых голосах,Смерть – в отражениях лиц.Небо играет ветром на волосах,Прячет своих синиц.
Сердце ищет в прозрачных глазахТо, что слетело с ресниц.
«Свет осязаемый шьет тишину…»Свет осязаемый шьет тишину,Снегом дрожит высота глухая.Реки читают свою глубину,Речь в отражении выдыхая.Воздух вбирает морозную дрожь,С неба растет пелена тугая.Спичкой по льду идешь,Пламя прозрачное высекая.
Свет осязаемый шьет тишину,Снегом дрожит высота глухая.Реки читают свою глубину,Речь в отражении выдыхая.
Воздух вбирает морозную дрожь,С неба растет пелена тугая.
Спичкой по льду идешь,Пламя прозрачное высекая.
«в ночи прозрачен свет…»в ночи прозрачен свети кажется темназемля которой нетв глазах печальных снатакая тишинав мерцаньи тонких векчто слышно как идетгоризонтальный снегнад речью долгих реки темный воздух шьет
в ночи прозрачен свети кажется темназемля которой нетв глазах печальных сна
такая тишинав мерцаньи тонких векчто слышно как идетгоризонтальный снег
над речью долгих реки темный воздух шьет
«Воздух медленный разбудит…»Воздух медленный разбудитВ серебре растущий дым.Слышишь, смерть летит над ним.Словно перед всем, что будет,Перед деревом стоим.Нас ведут от запустеньяЛабиринтами корнейНебо, ветер, соловейВ запоздалое взросленье,В коридоры тополей.
Воздух медленный разбудитВ серебре растущий дым.Слышишь, смерть летит над ним.
Словно перед всем, что будет,Перед деревом стоим.
Нас ведут от запустеньяЛабиринтами корнейНебо, ветер, соловей
В запоздалое взросленье,В коридоры тополей.
«Душа – что призраки…»Душа – что призракизначений, чуждых словам.Где безымянно каждое дерево,где память о первородной немотеобращается в прозрачную плоть.Капли дождя проступают на стекледо начала дождя.Ветер над мерзлой землейеще не рождает звук.
Душа – что призракизначений, чуждых словам.
Где безымянно каждое дерево,где память о первородной немотеобращается в прозрачную плоть.
Капли дождя проступают на стекледо начала дождя.
Ветер над мерзлой землейеще не рождает звук.
«Ягода вязнет в ладони. Слова на губах…»Ягода вязнет в ладони. Слова на губахТолько замерзшие угольки.Станет синица в пустых отражаться кустах,Вытянет косточку из руки.Станет прозрачным огнем ледяная слеза,Дрогнет ресницами высота.Это к большой темноте привыкают глаза,Плачет серебряная вода.
Ягода вязнет в ладони. Слова на губахТолько замерзшие угольки.Станет синица в пустых отражаться кустах,Вытянет косточку из руки.
Станет прозрачным огнем ледяная слеза,Дрогнет ресницами высота.Это к большой темноте привыкают глаза,Плачет серебряная вода.
«Тишина в толпе деревьев…»Тишина в толпе деревьевПтицу выронит из рук,И отравой легких перьевПробежит бескровный звук.Это – в воздухе сплетеньеГоворенья двух немых,Это – почерк милой тени,Незаметный для живых.И летит чужое пеньеВ синеве смертей своих.
Тишина в толпе деревьевПтицу выронит из рук,И отравой легких перьевПробежит бескровный звук.
Это – в воздухе сплетеньеГоворенья двух немых,Это – почерк милой тени,Незаметный для живых.
И летит чужое пеньеВ синеве смертей своих.
«Горький свет хранят глубины…»Горький свет хранят глубиныВ оболочке ледяной.И зима свои рябиныУкрывает тишиной,Где иголками живымиВ молчаливой высотеСвиристели ищут имяВетру, снегу, темноте…
Горький свет хранят глубиныВ оболочке ледяной.И зима свои рябиныУкрывает тишиной,
Где иголками живымиВ молчаливой высотеСвиристели ищут имяВетру, снегу, темноте…
«Где иволга видимый воздух клюет…»Где иволга видимый воздух клюет,Еще не свивая прозрачные нитиНа тонкое небо, рябину и мед,На звезды, горящие в полой орбите,Там светит во весь безымянный объемНеровное пение ветра пустого,И видимый воздух незримым огнемНа листья ложится, как долгое слово.
Где иволга видимый воздух клюет,Еще не свивая прозрачные нитиНа тонкое небо, рябину и мед,На звезды, горящие в полой орбите,
Там светит во весь безымянный объемНеровное пение ветра пустого,И видимый воздух незримым огнемНа листья ложится, как долгое слово.
«тенью слепого снега…»тенью слепого снегазрячий свивая снегжизнью без человекадышит земля во сневидит в прозрачной глиневетром ползет змеягде непрозрачно синийдолжен зимой зиятьвоздух немой листвоюслово горит кустомрыбкой ли золотоюсветится подо льдом
тенью слепого снегазрячий свивая снегжизнью без человекадышит земля во сне
видит в прозрачной глиневетром ползет змеягде непрозрачно синийдолжен зимой зиять
воздух немой листвоюслово горит кустомрыбкой ли золотоюсветится подо льдом
«Зима прозрачной пылью…»Зима прозрачной пыльюОсядет на деревьях,Как пепел на земле,Где долгое гнездовьеДает свободу крыльямРассеять свой полёт.Так дерево в теплеИсходит полой кровьюИ корни сознаёт.
Зима прозрачной пыльюОсядет на деревьях,Как пепел на земле,
Где долгое гнездовьеДает свободу крыльямРассеять свой полёт.
Так дерево в теплеИсходит полой кровьюИ корни сознаёт.
«Застывает звезда в непрозрачном окне…»Застывает звезда в непрозрачном окнеТемноты и небес, чтоб сгореть и присниться.На родном языке пересказывай мнеНевозможные сны о большой тишинеНевесомой синицы,О холодном луче с никакой стороны.
Застывает звезда в непрозрачном окнеТемноты и небес, чтоб сгореть и присниться.На родном языке пересказывай мнеНевозможные сны о большой тишинеНевесомой синицы,
О холодном луче с никакой стороны.
Конец ознакомительного фрагмента
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Читать фрагменты других книг
Страницаиз1
СкороКнижный режим
