Чудеса из старого сундука

Глава 1. Загадочный дом

Машина мчалась по дороге, дождь колотил по стёклам, и Пашке казалось, эта поездка никогда не закончится, словно он застрял тут навсегда, как в машине времени, у которой сели батарейки. Интересно, кстати, машины времени работают на батарейках или на какой-то суперэнергии? Пашка подумал об этом минут пять, но потом опять загрустил. Телефон у него отобрала мама, и занять себя было совершенно нечем. Ну как, скажите, современному человеку можно прожить без смартфона хоть полчаса, не говоря уже о целой вечности в машине? Пашка сопел и изо всех сил старался не слушать обидные вещи, которые говорила мама. То есть ей-то самой они вовсе не казались обидными, а очень даже правильными. А Пашке от каждого нового слова хотелось сжаться в комок и незаметно вывалиться из машины на ближайшем повороте. Папа, вместо того чтобы за него вступиться, только покашливал и поддакивал, отчего Пашке становилось ещё обиднее. А в дополнение ко всем свалившимся на него бедам рядом восседала его старшая сестра Лариска – самый гадкий человек во вселенной. Пашка всегда это знал. А всем тем, кто считал, что братья и сёстры – это круто и здорово, что это команда и поддержка, Пашка желал бы провести хоть один денёк с собственной сестрой. Тогда бы они вмиг передумали.

– Получить двойку за диктант? Как это вообще возможно! – не унималась мама. – Это же просто талант – сделать столько ошибок! Чуть ли не в каждом слове! Павел? Ты меня слышишь?!

– Угу, – буркнул Пашка и спрятался в колючий вязаный шарф почти с головой.

– Ты что, совсем не учил правила? Не готовился? Не делал домашнюю работу? Как можно быть таким безграмотным? Это просто стыд!

– Может, он переволновался на диктанте? – робко предположил папа. – У меня в школе тоже была тройка по русскому. В четверти. Однажды. В пятом классе, кажется. Или в четвёртом. Или не по русскому, а по математике…

– Но ты же не пишешь «шишка» с буквой «ы»! – подскочила мама. – И никто так не пишет! Это постараться надо. Ты же знаешь правила, Павлик. Мы же с тобой повторяли. Почему там буква «ы»?

– Но «пышка» же с «ы»… – робко попытался возразить Пашка.

– При чём тут «пышка»? Почему «пышка»? – опешила мама.

– Потому что он у нас дурачок, – хихикнула Лариска, не отрываясь от телефона.

У неё телефон никто не отбирал, ей вообще всегда и во всём потакали, потому что сестра Павлика была отменной подлизой и манипулятором. Да, именно так. Манипулятором. Пашка, может, и не знал, как пишется это слово, но отлично знал, что это такое. И как только родители этого не видели. Лариска всегда получала что хотела и могла выкрутиться из любой истории.

– Никакой он не дурачок, – наконец-то вступился за сына папа. – Но правила надо выучить, тут мама права. Стыдно быть неграмотным.

– Ваши правила никому теперь не нужны, – сказала Лариска, и Пашка ужасно удивился – неужели его сестрица решила сообщить что-то дельное в его защиту? – Это в ваше время надо было знать, как что пишется, а сейчас за человека всё исправляет телефон или компьютер. Можно вообще не писать, а просто наговорить. И думать не надо.

– Ну, во-первых, думать надо всегда! При любых обстоятельствах. А во-вторых, твой компьютер иногда так исправит, что за голову можно схватиться, – сказал папа. – И мы вообще-то не всегда пишем только в телефонах и на компьютерах.

– А где ещё? Что мы ещё пишем? Записки на холодильнике? – хихикнула Лариска.

– Грамотность – это чрезвычайно важно! Она говорит и об образовании человека, и о его воспитании, и об уровне развития…

Мама никак не унималась. «А-а-а-а!!!» – хотелось закричать Пашке во всё горло, но он только вздохнул и уставился на капли, которые грустно ползли по стеклу. Он даже толком не знал, куда они едут. Да и, признаться честно, никто в их семье этого точно не знал.

На прошлой неделе папе позвонил какой-то человек и сказал, что один очень дальний родственник папы, а значит, очень-очень дальний родственник самого Пашки оставил им в наследство дом где-то далеко за городом. То есть как дом – маленький домик то ли в деревне, то ли в дачном посёлке в далёкой глуши. Родители сначала удивлялись, потом звонили дедушке, потом бабушке, потом бабушка приехала к ним и привезла целую сумку странных книжек – фотоальбомов, в которых были бумажные фотографии, все чёрно-белые. Они рассматривали их весь вечер и выясняли, кто же этот таинственный дядя Оскар, который вот так взял и оставил им подарок.

Но вот теперь, вместо того чтобы как следует выспаться, а потом все выходные биться в компьютерные игры с лучшим другом Димкой, Пашка страдал на заднем сиденье рядом со своей противной сестрицей, которая даже сейчас умудрялась делать селфи и выкладывать в Сеть. Ехали они очень долго, дорога становилась всё у́же, дождь лил всё сильнее, да ещё пару раз свернули не туда и долго спорили, кто же был прав, прежде чем вернуться. Пашке так надоела вся эта странная поездка, что он даже заснул, а когда открыл глаза, они как раз въехали в дачный посёлок, где на самой дальней улочке и нашёлся их новый дом.

На самом деле новый дом оказался старой-престарой избушкой на участке, сплошь заросшем здоровенными лопухами и жгучей крапивой. Папа и Пашка с трудом открыли покосившиеся ворота, мама всё время повторяла «Ой!» и «Ух ты!», а Лариска сначала сказала, что вообще не выйдет из машины и не полезет в лопухи, но потом вошла во вкус и стала фотографироваться в зарослях как в джунглях. Лариска мечтала стать блогером. Все девчонки из её класса мечтали. Пашка на это только фыркал. Можно подумать, кто-то захочет смотреть фотки его задаваки-сестрицы и читать её дурацкие стихи.

Как и сказал тот незнакомец по телефону, ключ от навесного замка на входной двери оказался под рассохшейся дождевой кадкой, хотя можно было вполне обойтись и без него: дверь оказалась настолько хлипкой, что толкни её плечом – она и развалится.

– Мне как-то страшновато, – сказала мама и почему-то взяла за руку Пашку.

– Что там может быть страшного? – спокойно сказал папа, но на всякий случай сначала заглянул в затянутое паутиной окошко.

– Там наверняка привидения! – взвизгнула у папы за плечом Лариска.

Пашка не верил в привидения, но ему всё равно ужасно хотелось, чтобы в избушке оказалось что-нибудь загадочное, волшебное, ну или хотя бы просто сундук с сокровищами. В жизни же так редко случались настоящие чудеса. А Пашка очень на них надеялся. Он и компьютерные игры любил непременно с загадками, бродилками и поисками сокровищ в огромных сундуках.

Сундук в доме действительно нашёлся. Большой, деревянный, с тяжёлой крышкой. Вся мебель в этой неказистой маленькой избушке была какая-то уж очень большая и деревянная. Большой стол, массивные стулья, полки, заставленные толстыми пыльными книгами. Как будто в этом маленьком домике жили великаны и очень любили почитать великанские книжки перед тем, как укладывались спать на огромном сундуке. На обычной кровати они бы ни за что не уместились. Пашка обежал весь дом, поднимая клубы пыли и цепляя рукавами свисающую с потолка паутину, и даже хотел забраться по скрипучей лестнице на чердак, но тут мама, видимо, вспомнила, что собиралась как следует испортить ему настроение за полученную двойку и строго сказала:

– Так! Хватит бегать. Для начала нужно разобрать вещи и понять, что тут к чему. Что мы оставим, а что выбросим. И вообще решить, что будем делать с этим домом.

– Апчхи, – сказал папа, который как раз выбрался из кладовки и отмахивался от паутины. – А что тут решать? Ездить, конечно, далековато, зато какой воздух, какая красота вокруг. Развалюху эту надо сломать, а вместо неё построим отличную дачу, да, ребята? И будем приезжать на лето и по выходным!

– Па-ап, – заныла Лариска. – Но что тут делать? Тут даже Сеть не ловит. Как тут жить?

– Отлично жить! – весело ответил папа. – А от интернета можно иногда и отдохнуть.

– Отдохнуть? Но я же блогер, пап!

– Ну, раз ты блогер, то отдаём тебе кладовку! Там целая гора модных журналов, им, наверное, лет пятьдесят, если не все сто. Таких фоток можно наснимать, что все подписчики обзавидуются, – весело сказал папа, а Лариска недовольно сморщилась. – А Павел пока разберёт вещи в сундуке – вдруг там прячется что-нибудь ценное.

Пашка не очень понимал, что такое ценное может найтись в старом сундуке, и не представлял, как и зачем надо отдыхать от интернета. Ему было ужасно скучно и непривычно без телефона, но он решил сегодня не спорить с папой. Сундук так сундук. Вместе с папой они подняли тяжёлую крышку. Признаться честно, Пашке вдруг стало страшновато: он представил, что сейчас оттуда вылетит стая летучих мышей или вылезет настоящий вампир, но нет, там оказались всего-навсего стопки книжек, перевязанные бечёвкой, старый чайник, какие-то шапки, валенки и странные вещи, которых Пашка никогда раньше не видел: спираль с длинным шнуром и вилкой (папа сказал, что этой штуковиной можно вскипятить воду), странная двойная сковородка, похожая на пчелиные соты («Ух ты, вафельница, будем сами печь вафли», – обрадовалась мама), и целый мешок пластмассовых цилиндриков. Пашка сначала решил, что это какой-то странный конструктор, и попытался что-то из них сложить, но тут мама радостно воскликнула: «Это же бигуди!» – и стала рассказывать Лариске, что когда-то при помощи этих штуковин девушки накручивали кудри. Она даже показала, как это делать, и Лариска тут же стала фотографировать маму с бигуди, чтобы выложить в блоге. Пашка посмотрел на них, вздохнул и залез прямо с ногами в сундук с «сокровищами».

Чего там только не было! Они с папой даже затеяли игру: Пашка должен был угадать, что за вещь он вытащил на этот раз, а папа говорил, что это такое на самом деле. Но некоторые вещи ставили в тупик даже папу, и тогда они с Пашкой от души хохотали. А мама с Лариской тем временем нашли чемодан со старой одеждой и устроили настоящее представление с переодеваниями. Кто бы мог подумать, что старый заброшенный дом окажется таким интересным и в нём будет так весело даже без интернета. Но Пашка ещё не знал, что главный сюрприз ждёт его впереди.

Глава 2. Старый блокнот

После обеда выглянуло солнце, и день, который начался так дождливо и мрачно, вдруг стал весёлым и похожим на праздник, когда всё время разворачиваешь новые подарки и не знаешь, что на этот раз окажется в коробке. Папа приколотил недостающую ножку к хромому столу, мама принесла из машины корзинку для пикника, которую захватила с собой из дома, и они сели обедать прямо на улице. Над лопухами жужжали пчёлы, в лесу совсем рядом на все голоса пели птицы, и Пашке даже показалось, что на опушку вышел лось. Но Лариска, конечно, подняла его на смех. После обеда мама с папой стали разбирать бумаги в ящиках пузатого комода, Лариска развешивала на лопухах одежду из чемодана, а Пашка почти добрался до самого дна огромного сундука.

– Мам! – позвал он. – А можно мне взять что-нибудь отсюда с собой? – он уже представлял, как выпучит глаза Димка, когда он покажет ему спираль с электрической вилкой или проигрыватель с кассетами.

– Конечно можно, – улыбнулась мама. – Но только не этот пыльный хлам. Возьми что-нибудь полезное! – она подошла к нему и нагнулась над сундуком. – Вот, например, что это за блокнот? – и она показала на коричневую толстенькую книжку.

Пашка потянулся за блокнотом, полистал его – ничего особенного. Коричневый переплёт, на обложке какие-то стёртые золотистые буквы, а внутри пусто: никто почему-то не написал в этом блокноте ни одного слова, все страницы остались чистыми, только немного пожелтели по краям.

– Вот, – сказала мама. – Отличная записная книжка. Ты, кстати, сегодня не занимался грамматикой.

– Ну ма-а-ам… – заныл Пашка.

– Ты обещал, что исправишь свою двойку. Вот давай, садись за стол и пиши. Заодно и блокнот пригодится. Включите свет, на улице уже темнеет!

Пашка выбрался из сундука, уселся за стол, раскрыл блокнот и пару раз убедительно вздохнул.

– Может, не сегодня? – спросил он.

– Да как же не сегодня? – возмутилась мама. – Ну почему я должна тебя заставлять? Это ведь надо тебе, а не мне – получать хорошие оценки и писать без ошибок. А ты ведёшь себя так, будто я хочу тебя обидеть и заставляю делать что-то ужасно ненужное. Павлик, ну как же так? Ну почему у тебя всё шиворот-навыворот?

– А что такое «шиворот-навыворот»? – уцепился Пашка.

– Нашёл, что спросить, вот глупый, – фыркнула Лариска.

– Можно подумать, ты сама знаешь! – подскочил Пашка.

– Конечно, знаю, – рявкнула Лариска, но сама почему-то быстро ушла в кладовку к своим нафталиновым чемоданам.

– А это ведь очень интересный вопрос, – сказал папа. – Шиворотом когда-то называли воротник. Давным-давно, ещё при царе Иване Грозном. Читал про такого царя? Так вот, купцы тогда носили высокие воротники, может, ты видел в музее?

– Видел, – кивнул Пашка. Они с классом и правда ходили в музей и там смотрели на разные старинные костюмы.

– Так вот, – продолжал папа, – шиворот – это воротник, а навыворот – это ты и сам догадаешься.

– Навыворот – это наоборот? Навыворот – наизнанку, да, папа?

– Конечно. Этот грозный царь, когда хотел наказать какого-то купца, сажал его на лошадь задом наперёд и заставлял надеть одежду шиворот-навыворот, то есть задом наперёд. А весь народ над ним смеялся.

– Ну, не такой уж он был и грозный, – рассмеялся Пашка.

– Какую отличную историю рассказал нам папа, – сказала мама. – А теперь за дело – возьми и напиши «шиворот». Это же твоё любимое правило, «жи-ши».

– Ага, – раздался голос из кладовки, – эта деревянная голова и такую ерунду никак не запомнит. А там и запоминать нечего, всего-то одна буква!

Пашке стало ужасно обидно. Ну почему у всех вокруг были нормальные сёстры, добрые и даже симпатичные, а у него – злюка Лариска! Он сцепил зубы, сжал в руке ручку и прямо посреди страницы написал: «ш». А дальше? Ему опять пришла в голову дурацкая «пышка» и злосчастная «шишка», но он повторил про себя: «“Жи-ши” пиши с буквой “и”» и уверенно вывел «шиворот».

– Вот! – гордо сказал он и показал родителям написанное слово.

– Молодец! – похвалила его мама.

– Видите! Всё он может! – подхватил папа.

И только зловредина Лариска не могла не вмешаться. Конечно, любить и хвалить все должны были только её. Так что она решила немедленно обратить внимание на себя.

– Мама! Папа! – заверещала она из кладовки. – Смотрите, что я нашла. Идите сюда! Скорей!

Разумеется, мама и папа тут же забыли про Пашку и помчались в кладовку, а Пашка остался один на колченогом стуле за доисторическим столом перед древним блокнотом.

– Шиворот, – прочитал он ещё раз.

– Смотрите, как мне идёт! – щебетала в кладовке Лариска.

– Какая ты у нас красавица! – восхищалась мама. Пашке она никогда ничего не говорила таким голосом. Ему сразу стало грустно и обидно, и он ужасно разозлился на сестру.

– Крыса Лариса, – прошипел он.

А потом взял и дописал на первом листочке своего нового блокнота ещё пару слов так, что у него получилось:

Потом поставил жирную точку и прочитал вслух громким шёпотом: «Толстую крысу за шиворот Ларисе!» И в эту же минуту из кладовки раздался такой жуткий визг, что Пашка чуть не свалился со стула.

– А-а-а-а!!! – вопила Лариса.

– Ой-ой-ой!!! – кричала мама.

– Фу-у-у-у!!! – басом заорал папа.

Все втроём они вылетели из кладовки. Лариска стаскивала с себя одежду, мама почему-то запрыгнула на стул, а папа сначала стучал Лариску по спине и тряс за шиворот, а потом схватил её одежду и выкинул из домика. Пашка ничего не понимал.

– Что случилось? – тихо спросил он.

– А-а-а-а! – продолжала кричать мама ужасно громко, хотя при этом закрывала себе рот руками. Страшно было подумать, как громко было бы, если бы она их убрала.

– Там крыса, – выдохнул папа.

А Лариска вдруг грохнулась в обморок.

Конечно же, все забегали, запрыгали, заохали и перепугались. Папа подхватил Лариску на руки и осторожно уложил её в кресло, мама стала махать на неё руками и прикладывать ей ко лбу мокрый платок, а Пашка только сидел как заколдованный и не сводил глаз с тех слов, которые только что написал в блокноте. Он, конечно же, понимал, что это просто совпадение, наверняка в старом доме полно толстых крыс. Да и тощих тоже хватает. Но надо же, какое странное совпадение…

– Ларисочка, открой глаза!

– А-а-а! А-а-а-а!!! Уберите её с меня!

– Никого уже нет, папа выбросил её на улицу.

– Надеюсь, что выбросил… Не пойму, куда она делась… И откуда она вообще взялась.

– Может, она бешеная!

– Надо вызвать сюда отравителей! Удушителей! Как они называются?! Миша, скажи!

– Дезинсекторов. Но я не вижу тут больше ни одной крысы. Дом вроде чистый, еды тут для них нет. Может, для начала привезём сюда кота?

– Какого кота? Ты в своём уме! Тут весь дом кишит паразитами! Твою дочь покусала бешеная крыса!

– А-а-а! Она всё-таки бешеная! Я умираю.

«Мрак», – подумал Пашка, вздохнул и крупными буквами написал в блокноте:

И в ту же секунду во всём доме погас свет.