Глава 2. Брендон
На следующий день после интенсивной тренировки на льду мы собрались в уютном медиа-зале, где царила атмосфера напряжённого ожидания. Перед нами мерцал огромный экран, на котором развёртывались кадры из предыдущих матчей соперников.
Наш тренер Джон Уилсон встал перед нами, его взгляд был сосредоточенным, словно уже стоял на поле битвы. Он разбирал каждый момент, каждое движение противника, анализировал их тактику, чтобы команда могла грамотно подготовиться к предстоящему поединку.
– Они очень сильны в обороне, поэтому мы должны использовать наши сильнейшие стороны в атаке и с максимальной скоростью. Рейнджерсы не собираются уступать без боя, для них эта также решающая игра. – раздался мощный голос тренера, наполняя зал уверенностью. – Мы должны создавать как можно больше возможностей для забросов и не давать им ни секунды отдыха. Забудьте о попытках сломить их защитников, прорывайтесь сквозь них, атакуйте, забрасывайте и не останавливайтесь!
Время от времени на экране мелькали сложные моменты матчей противников, и в зале было слышно, как игроки задыхаются от напряжения. Я чувствовал, как сердце бьётся сильнее, а мысли о предстоящей игре наполняли меня решимостью и азартом. Когда мой взгляд скользил по лицам напряженных товарищей, я видел в их глазах отражение собственных чувств: огонь борьбы и жажда победы.
Картинка на экране сменилась, и Джон, указкой, нацелил на пяточек вратаря.
– Обратите внимание на их в голкипера. Он ведет себя в клетке, словно ничто не сможет пройти мимо него, но… – тренер замолчал и включил пару коротких видеороликов. – Последние несколько игр у него были проблемы со связками, поэтому нужно забрасывать в нижнюю часть ворот.
Я взглянул на Купера, и заметил, как он поморщился.
«Растяжение связок та ещё сука». – промелькнула мысль в моей голове.
Мы все сосредоточенно слушали тренера и тщательно записывали его наставления, обсуждая план действий. Некоторые мои товарищи задавали вопросы и высказывали мнение относительно своих ролей в различных предполагаемых ситуациях. Было много вопросов о том, как преодолеть соперника, но было ясно одно – нас ждала настоящая битва.
– Мы должны действовать как одно целое, как единый организм. – начал говорить Джон, когда проектор погас, и он встал в центре зала. – Каждый из вас должен отдать все силы, чтобы завтра победить. Это не просто матч, это наша возможность показать, на что мы способны вместе и доказать, что заслуживаем место в плей-офф.
Мы все были более чем мотивированы и готовы к игре, осталось лишь дело за малым – выйти на лёд и раскатать другую команду.
Когда тренер закончил с нами, он вышел из комнаты, оставляя нас одних. Я почувствовал, как воздух наполнился напряжением, словно электричество перед грозой. Но перед тем как все успели разбежаться, я попросил их задержаться.
Как капитан, я должен был принимать важные решения и заботиться о своих товарищах. Поэтому я вышел в центр комнаты, заняв место тренера, и громко заговорил:
– Знаю, вы все взрослые мужчины, и понимаете, ради чего мы все это делаем.
Все кивнули, выражая свое согласие, и начали кричать «Стенли». Я ухмыльнулся в ответ на поддержку команды, и продолжил свою речь:
– Завтра нас ждет тяжелая игра, с куда более серьезными противниками, чем нам приходилось сталкиваться ранее. И победа, несомненно, является единственным результатом, который мы можем принять. Для некоторых из вас это лишь первая или вторая попытка, но для старичков это последний шанс осуществить свою мечту. Но я верю в нашу команду и каждого из нас, поэтому уверен, что мы сделаем все возможное и даже невозможное. Однако у меня есть просьба к вам.
Я замолчал и окинул каждого члена команды серьезным взглядом. Убедившись, что их внимание сосредоточено на мне, продолжил:
– Как ваш капитан, я прошу временно отказаться от всего, что морочит вам голову – алкоголь, вечеринки, зайки, болезненные отношения и прочих соблазнов.
В комнате раздались протестующие звуки некоторых членов команды, но я резко оборвал их жестом.
– Я буду придерживаться этих правил вместе с вами до тех пор, пока не поднимем над головой кубок. – произнёс я решительно. – Мы не можем позволить себе ошибку завтра или в любом следующем матче из-за того, что у кого-то похмелье или он поругался с девушкой.
Постепенно все члены команды перестали бурчать и согласились с моими правилами. Потому что понимали, что это не прихоть, а необходимость ради общей цели. После этого мы обсудили ещё несколько важных вопросов, пожали друг другу руки и разошлись, каждый отправившись по собственным делам.
Вместе со своим лучшим другом Адрианом, я вышел из шумного клуба, продолжая обсуждать план отказа от отвлекающих факторов. Когда мы, наконец, остановились на парковке возле наших машин, Адриан внезапно задал мне вопрос, который заставил меня задуматься:
– Брен, а ты сам-то уверен, что сможешь придерживаться своего приказа?
Я повернулся, чтобы встретиться взглядом с другом, искренне удивленный его словами.
– О чем ты? – спросил я, пытаясь прочитать его мысли по выражению лица.
Адриан лишь пожал плечами и небрежно пробормотал:
– Не строй из себя дурака, ты знаешь, о чем я говорю.
Но на самом деле я не имел ни малейшего представления, о чем он болтает, и продолжал смотреть на него с недоумением.
– Да ладно, серьезно? – рассмеялся Адриан, а затем вызывающе приподнял бровь и произнес: – Вайолет. Я видел, как ты смотрел на неё вчера. И я слишком хорошо тебя знаю, чтобы понять, что она тебе понравилась.
– Допустим, это так, но для меня это ничего не значит. – ответил я, пытаясь сохранить хладнокровие. – Сейчас мое внимание сосредоточено исключительно на плей-офф, и как нам выиграть кубок.
– А может, в кой-то веки тебе стоит подумать о чем-то, кроме хоккея? – дерзко спросил мой друг. Но затем, видимо, поняв, что сморозил глупость, он расхохотался: – Бред, мы ещё слишком молоды, чтобы остепениться.
Я хотел было возразить, напомнить ему, что нам давно не двадцать, и поделиться мыслями о том, что и он сам уже задумывался о серьезных отношениях, как пара парней из нашей команды. Уже не раз я наблюдал за тем, как девушки или жены встречали своих мужчин спортсменов в аэропорту после игр, а их глаза сияли от любви и гордости. Я столько раз был свидетелем, как они заботились и поддерживали своих любимых после тяжелых матчей.
Хотя долгие годы я был абсолютно равнодушен к этому зрелищу, но последние несколько лет, после того как я решил, что в этом году будет мой крайний сезон, я почувствовал стремление к чему-то большему для себя. Я мечтал, чтобы меня кто-то встречал в аэропорту или просто ждал меня дома после игр, поддерживая и заботясь обо мне. Желал, чтобы кто-то из ложи WAGs следил за матчем и болел именно за меня. Хотелось, чтобы девушка смотрела на меня так, будто я был целым миром для нее, чтобы я мог ответить ей взаимностью и дарить ей свою любовь. Но к большому моему сожалению, не всему суждено сбыться, и я пришел к пониманию, что нужно ценить то, что имею – свою страсть к хоккею и возможность выступать на льду.
Я понял, что слишком долго молчал, поэтому, наконец, решил сказать:
– Ага, ты прав, мы молоды, и ничто не должно отвлекать нас от нашей цели. Девушки и отношения могут отнимать много времени и энергии.
Мой друг лишь кивнул, зная, что моя страсть к хоккею всегда стояла на первом месте. С пяти лет я жил и дышал этим спортом, несмотря на то, что родители надеялись, что я стану переводчиком. Но хоккей тек в моих венах вместо крови, он был частью меня, и я был слишком хорош в нем, чтобы выбрать другой путь.
– Ну если тебе неинтересна Вайолет, то, может, не стоит тратить на нее время? – заметил мой друг с насмешливой улыбкой.
– Ад, не придавай слишком большого значения тому, что я провел время с девушкой и пригласил ее на игру. – буркнул я хмурясь. – Плей-офф и кубок – вот что на самом деле важно. Все остальное не имеет значения.
Гилберт молчал несколько мгновений, пристально глядя на меня, словно хотел убедиться, что я говорю правду, прежде чем кивнуть.
– Как всегда, ты абсолютно прав. – согласился мой друг. Его голос звучал уверенно и легко, словно он уже представлял себя с кубком в руках. – Но, когда, наконец, получим Стэнли, просто обязаны хорошенько расслабиться и насладиться жизнью. – А затем он добавил с небольшой усмешкой, пожав плечами: – И кто знает, может эта красотка все ещё будет в твоей жизни.
Я отмахнулся от его слов, не желая сейчас забивать себе голову знакомством с очаровательной брюнеткой. Утром мне уже было трудно собраться и не думать о том, чтобы написать ей и узнать, как у неё дела.
Мы попрощались с другом, сели в свои машины и разъехались по своим делам. Но как только я остался один, слова друга вернулись ко мне. Вместо того чтобы размышлять о стратегии следующей игры, мои мысли вновь сосредоточились на новой знакомой. Всплыла в памяти ее очаровательная улыбка и звук ее смеха. Однако особенно ярко выделился один образ – Вайолет в джерси с моей фамилией, и это заставило сердце забиться чаще.
Однако я прекрасно понимал, что она не любительница одноразовых связей, и я сомневался, что мне хватит одного раза с ней. Поэтому было разумнее даже не представлять, чтобы между нами могло что-то развиться. Я был капитаном и требовал определенных ограничений от своих товарищей, поэтому должен был и сам придерживаться их. Мне необходимо было просто сосредоточиться на игре, а Вайолет являлась чрезмерно отвлекающим фактором.
И все же, внутри меня зародился иррациональный страх, что ее присутствие в моей жизни сможет помешать достижению моей цели.