Зов Юкона

Человек из Эльдорадо

I

Человек из Эльдорадо – гляньте: в город входит он
    В старой, драной куртке из оленьих кож,
Он пропах землёй и потом, грязен, солнцем обожжён,
    На индейца измождённого похож.
Многодневною щетиной, словно боров, он зарос,
    И спина не разгибается пока,
Он бредет, и с ним плетется захудалый рыжий пёс,
    Но в котомке – кучка жёлтого песка.

На ходу, казалось, дремлет (взор терзают фонари);
    В споминает время тяжкого труда
И убогую лачугу, где мечтал он до зари
    (Слава Богу, не вернется он туда!),
Жрал томаты из жестянки, и засушенный бекон,
    И прогнившие, прогорклые бобы,
И теперь его желудок этой пищей изнурён —
    Но в мешочке – золотишко, дар судьбы.

Он тонул в зыбучей глине, он сплавлялся на плоту
    И лебёдки поворачивал рычаг,
Сам себя загнал пинками в немощь, сырость, темноту,
    От труда невыносимого исчах.
Но теперь всё это в прошлом; нынче дышится легко,
    Запах сена долетает с ветерком.
Мнится сад ему цветущий – где-то, где-то далеко —
    Там коттедж, лозой увитый. Это – Дом.

II

Человек из Эльдорадо и умылся, и поел,
    Повстречался с парой алчущих друзей,
Часть песка решил потратить – чтобы вечер пролетел,
    О стальное спрятал – чай, не ротозей.
У него в глазах сиянье, и рассказ несется вскачь,
    Радость в сердце и бутылка на столе;
Неказист, одет в лохмотья, но сегодня он – богач,
    О сегодня – самый главный на земле!

Говорит он: «Мне, ребята, Север больше ни к чему,
    Хоть я думал, что останусь тут навек.
Но сумел, сумел пробиться я к богатству своему —
    И теперь пошлю к чертям проклятый снег.
Я отправлюсь в край чудесный, в Божью, дивную страну,
    Я куплю себе земли, построю дом,
Заведу себе хозяйство, и найду себе жену,
    И детей десяток мы произведём».

Все его превозносили, возле бара встали в ряд,
    Троекратно пожелали долгих лет;
Он дымил сигарой толстой, весел был и очень рад
    Предсказаньям денег, счастья и побед.
И за дом, и за супругу – громких тостов череда,
    За детей, и вновь – за будущую мать;
Человек из Эльдорадо притомился – и тогда
    Уложили его на пол подремать.

III

Человек из Эльдорадо только начал путь большой,
    К чумовому опьянению разбег.
На душе у парня похоть, золотишко – за душой;
    Танцевал он с местной девкой Маклак Мэг.
Словно фея, белокура, словно ягодка, нежна,
    Славно парня вокруг пальца обведет;
И речами музыкальна, и фигуркою ладна,
    А в улыбке – только сахар, только мёд.

Лихорадка этих танцев! Этот блеск и этот шик,
    Всё кружится, пол качается слегка!
И мелодии, и вина, и объятий чудный миг,
    И она – так одуряющее близка!
Маклак Мэг с мадонной схожа, он же – грязен, измождён,
    Но она, ему даря любовь свою,
И ласкает, и целует! И уже поверил он,
    Что участок застолбил себе в раю.

Вот пришла пора тустепа: как пленителен напев!
    Ритмы дивные – заманят и глухих!
Блеск, безумие, брильянты, изобилье дивных дев,
    И – бродяга в мокасинах среди них:
Вот кто платит за веселье, за спиртное, за жратву;
    Все слетелись, как стервятники, к нему…
Но когда конец настанет и песку, и удальству —
    Парня выгонят на холод, в грязь и тьму.

Человек из Эльдорадо славно день проводит свой;
    И за ним – заветной пыли жёлтый след;
Он сдержать себя не может, он сегодня как шальной,
    И управы на его безумье нет.
Слово сказано – так, значит, как огонь, оно летит,
    И – глядите – все друзья ему теперь:
Кавалеры – негодяи, дамы, что забыли стыд, —
    Те, что вышвырнут потом его за дверь.

IV

Человек из Эльдорадо пир затеял до утра;
    Пусть танцуют все, пусть будут все пьяны:
Денди местного разлива, банкометы, шулера,
    Перекупщики, лентяи, хвастуны,
Размалёванные дамы с ненасытным блеском глаз —
    Нет, Клондайк еще такого не видал!
Маклак Мэг сказала: «Выпьем за того, кто поит нас,
    За того, кто так удачлив и удал!»

«Удалец» ответить хочет, поднимается с трудом —
    И мелькают, как в тумане, перед ним
Травы сказочного Юга, напоённые дождём,
    Степь зелёная под небом голубым.
Понял он, что не увидит этих трав и этих нив
    (А вокруг и шум, и гам, и круговерть),
И, зловонное дыханье подлой жизни ощутив,
    Он становится суровым, словно смерть.

Он встает (и сразу – тихо), говорит: «Мои друзья,
    В свой карман впустил я ваши руки сам,
Я кормил вас в этот вечер, и поил вас тоже я;
    Что осталось? – лишь послать проклятье вам.
Да, конец моим надеждам – что ж, я сам тому виной;
    Я растратил состояние свое.
Вы доставили мне радость тем, что были здесь со мной, —
    Вам дарю я это, шлюхи и ворье!»

И остатки состоянья, что хранил еще в мешке,
    Он швырнул с размаху – на пол, на столы;
Словно зёрна, разлетелись самородки в кабаке,
    Жёлтой пылью засияли все углы.
Гости замерли… Но тут же вся собравшаяся дрянь
    С криком бросилась за золотом под стол;
Все дрались, как будто звери, и неслась по залу брань…
    А «счастливчик» хлопнул дверью и ушел.

V

Человек из Эльдорадо отыскался тем же днём —

Конец ознакомительного фрагмента

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.