Пауза
Майклу Коэну потребовалось не более пары часов, чтобы адаптироваться к земным условиям. Несколько обязательных рекреационных процедур, медицинский осмотр, и следом за тем – посадка на рейс до штаб-квартиры «Горгоны». Успех первой фазы эксперимента окрылил владельца компании, и он попросил руководителя проекта «Гроздь» вернуться из лунного центра управления на Землю. Предстояли переговоры: Фобосу не терпелось как можно быстрее приступить к реализации очередного этапа проекта. Коэна эта спешка раздражала. Он не хотел торопить события. К тому же, до того как запустить финальную часть эксперимента, Коэн намеревался закончить одно дельце, не связанное с проектом «Гроздь».
Внизу, у трапа самолёта, ликовала толпа встречающих. Миллиардер был среди них.
– Вы прямо с корабля на бал! – улыбнулся Эрнандо Фобос, заключая учёного в объятиях. – Намечается грандиозный банкет.
– Если быть точным – с лунного челнока. Я тронут. Меня встречают как римского триумфатора.
– Коим вы, по сути, и являетесь.
– Благодаря вам. Так что в церемониальной колеснице моё место рядом с вами.
– Интересная мысль, насчёт колесницы. Надо будет позаимствовать в Голливуде. Пригодится, когда будем праздновать успешные испытания двигателя.
– Тогда можете уже озадачить их – потому что установка прошла финальное тестирование и готова к испытаниям. Если вторая фаза эксперимента пройдёт успешно, то в качестве первого межзвёздного лайнера можно будет использовать сам комплекс. Немного громоздкий для столь дальнего перелёта, но функционально – не будет никаких препятствий.
– Да, всё идёт чётко по графику. Только знаете… Чего тянуть? Давайте сделаем это завтра, Майкл.
– Эрнандо, разве не вас ещё недавно посещали сомнения? Может быть, они были небезосновательны?
– Грешен, признаю. Но теперь это позади. Все ваши прогнозы сбываются безукоризненно. Даже декоративные чёрные дыры надуваются и схлопываются в точном соответствии с расчетами. Убедившись в вашем гении, я не вижу причин дальше медлить и перестраховываться. Право же, Майкл, не упрямьтесь. Мне не терпится протрубить на весь мир о том, что у нас в руках прототип звёздного паруса.
– Дайте мне немного времени, – сказал Коэн, устраиваясь в роскошном авто, направившемся к резиденции миллиардера – в отличие от большинства людей своего калибра, Фобос предпочитал передвигаться не по воздуху, а по земле.
– Вы говорили, что для второго этапа проекта всё готово. Выходит, вам нужно что-то перепроверить?
– Можно сказать и так. Иное прозвучало бы слишком метафизично для научного мировоззрения.
– Вот как. Я бы хотел услышать.
На лице Коэна мелькнула тень раздражения, но затем он совладал с собой. Теперь, раз уж чёрт дёрнул за язык, нельзя оставлять недосказанность в отношениях с таким партнёром, как Фобос.
– Вам может показаться странным… Что я похож на барышню, которая раскладывает пасьянс, готовясь к свиданию. Тем не менее, я признаюсь, что интуиция подсказывает мне немного выждать, а я привык прислушиваться к внутреннему чутью. Простите, это глупо.
– Отчего же, мне это близко. В бизнесе часто действуешь точно так же, – заметил Фобос. – Если я не знаю, какое принять решение, мне достаточно переспать со своими сомнениями. Так что подождём до утра, да? Что скажете, для вас такой паузы будет достаточно?
Майкл Коэн почувствовал, что сыт по горло пресмыкательством перед этим человеком. Ради высшей цели он терпел уже слишком долго. Что ж, потерпит ещё. Нельзя допустить, чтобы на пороге подлинного триумфа всё сорвалось из-за такого пустяка, как личная неприязнь.