ГЛАВА 14
МИКАЭЛЛА
Клуб «Дикие кошечки», начинает работать около десяти вечера, и закрывает свои двери ближе к пяти утра. Я исполняю свой танец, поставленный Луи, а потом отсиживаюсь в гримерной комнате в ожидании Морган. Девушка пользуется успехом у местных мужчин. Ее выступления срывают бурю оваций и кучу зеленой наличности. В то время, пока, подруга виляет бедрами, я вспоминаю катание на джипе. Сама не ожидала, что обладаю такими ораторскими способностями. Даже Лонером его назвала. Наверное, ему было неприятно. Зато, как здорово подействовало и сбило с него корону.
– О чем задумалась, Микки?
Покрытая слоем пота и блестками, Морган входит в помещение, и сразу стягивает полотенце с металлической штанги.
– Ни о чем. Наслаждаюсь тишиной.
– Ага, как же. Лучше, скажи, куда ты опять ездила с Даффи?
– Этот придурок, решил научить меня водить машину. – скручиваю волосы и закрепляю на затылке.
– Не много ли он тебе времени уделяет? Сучки шепчутся, что босс на тебя глаз положил. Знаешь, как Кейси бесится! – Морган заразительно смеется, и снимает лифчик со стразами. Я отворачиваюсь, смотрю на себя в зеркало.
– Сходим в душ вместе? Забудь уже о своих правилах!
– Нельзя забыть о том, к чему приучали почти двадцать лет.
Я улыбаюсь, приподнимая левый уголок рта.
– Ладно, тогда освежусь, и приму позу звездочки на своей любимой кроватке!
– Давай. Я тоже… скоро последую твоему примеру.
Морган уже собирается скрыться из вида, как вдруг, медлит у двери.
– Ты сегодня отлично танцевала, малышка.
– Спасибо.
Отчего-то ее слова меня воодушевляют. Раньше мне никто не делал комплиментов. Отец наказывал по любому поводу: не мытая посуда, не прибранная комната, пересоленная фасоль. От мамы было мало толку. В общине не принято перечить мужьям, и мужчинам, в принципе. Вырвавшись из-под их гнёта, я нарушила тысячу и одну заповедь. Многие из них, такие, как воровство, закончились бы для меня весьма печально. Моя бедная Эстер, в один прекрасный день, не выдержала натиска и сдалась. Я не хочу оказаться на том свете, как она. И это не потому, что я страшусь смерти. Смерть – спасение. Я боюсь, что встречусь с Богом лицом к лицу, и врежу ему в глаз. Этот сучий потрох, никогда не заполучит мою душу!
***
Матовые часы с электронным циферблатом на стене в главном зале, отсчитывают пять утра. Я прохожусь по пустому клубу, и поднимаюсь в свою комнату за полотенцем с мыльными принадлежностями. Ванная комната свободна, как раз для того, чтобы я спокойно смыла еще один грязный налет этой длинной ночи. Неспешно привожу себя в порядок, натягиваю пижаму с коротенькими шортиками и прохлада коридора, вызывает отряд мурашек. Проходя мимо узкого, вытянутого окна, замечаю джип Даффи и прищуриваюсь, уловив его высокую тень. Парень согнулся пополам и еле перебирает ногами. Что с ним такое? Отхожу от стекла, в которое отсвечивает неоновая вывеска. Не глупи Микаэлла, возвращайся в спальню и выброси его из головы. Прирожденное чувство сопереживания не дает мне так поступить.
Насаживаю мокрые волосы на две шпильки, что держу в руке, заношу вещи в свою комнату, и спускаюсь в полутемный зал. Даффи, как раз входит в дверь, закрывая ту на замок. Его лицо и одежда в крови. Я делаю несколько шагов, завожу тяжелую мужскую руку за шею и слегка приобнимаю парня.
– В твоем кабинете, есть аптечка? И не говори ни слова. Ясно?
– Так мне отвечать на твой вопрос или молчать? – усмехаясь, произносит он, и тихо матерится при каждом шаге, держась за ребра.
– А я тебя не спрашиваю. Иди и всё.
Мы добираемся до кабинета, я открываю свободной рукой дверь. У меня больше нет сил держать Даффи. Я усаживаю его на диван, и разминаю спину.
– Все нужное найдешь в шкафчике в ванной.– Он откидывается на спинку дивана, и стягивает с себя толстовку. По его лицу я понимаю, что это даётся ему с большим трудом.
Я направляюсь за аптечкой. Это занимает три минуты. Когда возвращаюсь, застаю парня с голым торсом. Мне едва удаётся удержать в руках пластиковую коробку.
– Итак, начнём с твоей красивой мордашки. – я произношу это вслух? Черт подери! Микаэлла, держи язык за зубами!
Стопка ватных дисков набухает от антисептика, и я поочерёдно прикладываю их к ранам на щеках, губах и подбородке Даффи.
– Признайся, что тебе нравится видеть меня таким? – хрипит он, не сводя с меня своих шоколадных глаз.
– Немного. Но я никогда и никому не желаю боли. Даже тебе. Хотя, ты меня жутко выводишь из себя!
Я машинально сажусь ему на колени, как делала это в детстве, когда лечила отца, которого хорошенько лягнул ретивый жеребец.
– Так, ещё чуть-чуть…
Прижимаю диск к разрыву на скуле и придвигаюсь, чтобы подуть. Я даже не задумываюсь, что творю нечто странное. Даффи словно перестает дышать, когда мои губы оказываются в дюйме от его лица. Парень нервно сглатывает.
– Подуй ещё раз.– просит он.
Я дую, а потом срабатывает выключатель в голове, и я отстранюсь, чтобы осмотреть другие ранения. Мне везёт. На его левой руке, огромный порез, как от ножа. Беру больше ваты, и выливаю полбутылки лекарства сразу на рану.
– Откуда такие трофеи? Всегда было интересно, из-за чего парни дерутся.
– Черт! – вопит Коул, видимо глубокая рана на руке начала щипать от антисептика. – Все хотели играть в пул, а стол был только один.– отвечает он и облизывает свои сухие губы.
– Ну да, пул. И как я не догадалась? – я улыбаюсь и перед тем, как наклеить пластырь, разглядываю тату на его ребрах. – У тебя много татуировок. Но, эта особенно удачная.
Конец ознакомительного фрагмента
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.