Страницаиз6
СкороКнижный режим
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.
Музыка для атмосферы: «Homeostasis» by Nostalghia
Чадэна,
Аристократический квартал, дом с флюгером
Вечерний свет подчеркивал варварскую роскошь интерьера. Арочные окна пропускали лучи тонущего в океане солнца. Основные краски зала вторили пейзажу за окном: приглушённый синий – как далекие волны. Их оттеняли тёплое коричневое дерево и золотая отделка.
Каждая деталь обстановки кричала о своей уникальности и ценности. Даже вышивка на мягких подушках – орнамент, выполненный вручную золотыми нитями. И зелень – редкие сорта растений в больших кадках из драгоценной древесины. Зеркала в витых рамах отражали слабые огоньки люстр. Низкая мебель, множество тканей, драпировки. Запахи – кедр, амбра, жасмин.
Хозяйка любила тяжёлую, удушающую атмосферу богатства и эксклюзивности. И с годами эта любовь лишь крепла.
Нужно отдать должное – ради этого она сделала решительно всё.
Пять браков, завершившихся трагической смертью супругов. Вереница обеспеченных любовников. Нечистоплотный бизнес и полезные связи на Дне Чадэны. Какая разница, как получать желаемое? Всё – в превосходной степени.
Это образ жизни или страх пустоты? Если мужчины – то гарем. Если украшения – то с камнями размером с орех. Лучшие наряды, уникальная магия, экзотические путешествия… и даже порода ручной ящерицы, выведенная специально для неё.
– Леди, ваш гость прибыл.
– Пригласи, – не оборачиваясь, произнесла она.
Белая ткань одеяния струилась до пола, прикрывая наготу, интригуя взгляд. Металлические витые шнуры имитировали корсет странным рисунком узлов и плетения. Они подчеркивали тонкую талию и небольшую грудь девушки. На ногах – сандалии, а волосы собраны в высокую прическу. Невинность, свежесть, красота. Она склонилась в поклоне и тихо ушла, показав спину, где багровели свежие рубцы. Да, если женщины – то тоже очаровательные.
Зависть. Она блеснула в глазах цвета чайной розы с тёмным узором в глубине. Зависть этой свежести. Этому магическому дару в крови, который позволял девчонке жить, не думая о старости, десятилетиями. Как же так вышло, что в роду Хозяйки магия иссякла?
Увы. Век неодарённых слишком короток. Особенно молодость. А она – главное оружие женщины, умеющей красиво жить. Магия может многое, но не всё. Более десяти раз Хозяйка проходила полное омоложение – процедуру, чья цена сопоставима с годовым доходом небольшого графства. Это почти полностью исчерпало ресурс её тела.
С каждым разом магия действовала всё меньше, отступая перед временем. Оно покрывало лицо морщинами, вишнёвые волосы – сединой. Она невольно коснулась поредевших прядей. Пришлось их обрезать и перекрасить. Вынужденную меру списали на «модную блажь». Сейчас это в тренде – светлое каре до плеч.
– Я удивлена, что вы пришли через дверь, – сказала она, увидев в зеркале мужской силуэт.
Гость вышел из сумрачного холла. Хозяйка едва не ахнула. Он не изменился ни на йоту.
Прошло более двадцати лет с их последней встречи.
Красив, как бог. Единственный мужчина, которого она не смогла купить, соблазнить или подчинить. Сколько ему лет? Она видела его ещё тогда, когда сама была юна – почти век назад.
Он подошёл бесшумно, принёс с собой странный аромат – шоколад, дым, пряная тайна.
– Дань вежливости даме, – уголки его губ дрогнули в намёке на улыбку. Он поцеловал её руку. – Вы совсем не изменились.
– Льстите, – она не сдержала улыбки.
– Бесстыдно, – подтвердил он. – Вы стали только краше. В чём ваш секрет?
– А вы не знаете? – рассмеялась она, но тут же насторожилась. – Мы не ждали вас так скоро. Неужели что-то случилось?
– Это вы мне скажите, дорогая. Всё ли спокойно? Что изменилось? Почему столица стоит на ушах?
Он присел на диван, проводил равнодушным взглядом служанку, принесшую поднос с закусками и вином. Не поднимая глаз, она ловко расставила бокалы.
Хозяйка разгладила несуществующую складку на колене и вновь посмотрела на гостя. В позвоночнике скользнуло ледяное предчувствие от тончайшего намека на его недовольство. Лорд пришёл не просто так. Это не предвещало ничего хорошего.
А она предупреждала! Всех и каждого…
Женщина удержала лицо. Не позволила тревоге прорваться наружу. Вместо этого –очаровательная улыбка. И лёгкий жест, приглашающий к угощению.
Считать что-либо с его лица было невозможно, но она старалась. Уже знала: он убивает беспристрастно. Без дрожи в пальцах.
Тот день… тот раз врезался в память слишком глубоко. Возможно, даже на вторую жизнь хватит. Её родители были казнены его рукой – за одну лишь тень сомнения в верности. А теперь он вернулся. Требовать ответов. И горе тем, кто разочарует.
Она будто вновь ощутила запах крови – липкий, металлический, дурманящий. Крик. Воспоминания обрели плотность. Или это уже предчувствие? Ставить бессмысленно: будут смерти. Он уничтожит всех, кто нарушил его волю.
– В отчётах ничего не было о последних событиях, – произнёс он задумчиво, отпивая вино, достойное королей. – А по приезде… что я вижу?
Холод острыми шипами прошёлся по спине.
– Всё идёт по плану! – поспешила заверить она. Горло мгновенно пересохло.
Это не ложь – даже мысли о крамоле не было! Но она знала, что балансирует на лезвии. Сказать всю правду? Её отстранили. Большинством голосов утвердили новую стратегию.
– Всё движется в нужном направлении. Развитие, набор сторонников… Я лично проверила каждого, держу руку на пульсе. Нам нужны лишь те, кто готов к переменам. Я помню ваши слова, мой лорд. И предана вам всей душой.
– Ну что вы, не нервничайте, – он улыбнулся почти тепло. Но в комнате повеяло стужей. – Ни капли не сомневаюсь в вашей компетентности. Уверен – вы справляетесь лучше других.
Снова намек? Ее сердце громко пустилось в пляс, от лица отхлынула кровь. Он знает! Грядет буря… Вот почему он пришел! И если она все еще дышит и способна соображать…
«Умрут другие, – со злорадством подумала, – получат по заслугам…»
– Вы дали задание не только мне… А потом исчезли, оставили нас, – в голосе женщины послышалась обида вперемешку со страхом.
Она все так же боялась, что проиграет. И так же пылала желанием получить приз. Цена так высока! А своей вины она чувствовала. Это все остальные! Посмели проигнорировать ее Слово.
– Это лишнее, Шель, – тихо нахмурился он, следя за её напряжённой, почти статичной пантомимой. Казалось, он видел всё, что творилось у неё внутри. – Не стоит давить на жалость. Её у меня нет.
Одного движения бровей хватило, чтобы комната стала ещё холоднее. Бокалы покрылись инеем, тонкой матовой коркой с искорками. Как в тот раз…
Прошлое вспыхнуло перед глазами.
Молниеносный росчерк клинка – и голова матери покатилась по полу. Алая кровь – слишком много. Смешалась с отцовской. Он стряхнул капли с меча – точным движением. Кровь легла идеальной линией на мрамор бальной залы. Он оглянулся – и посмотрел в глаза ей, хозяйской дочери. Чтобы забрать. Навсегда.
Лёд, вонзённый в самую суть. Он до сих пор с ней – дар и проклятие Лорда.
– Чем я могу служить, мой господин? – произнесла она, дословно повторяя те самые первые слова. И склонила голову.
– О, не расстраивайтесь. Я уважаю ваше тщеславие, – гость чуть ослабил давление магии. – Вы забываетесь, но сегодня это простительно. Только вам.
Шель громко сглотнула, и в голове что-то щёлкнуло – уверенность: из их Круга живы далеко не все.
– Я прибыл как наблюдатель, но изменил свои планы, – он отмахнулся лениво, но уже через секунду маска слетела: – Как ты допустила, чтобы ОСР заинтересовались вами? И какого низшего демона вы здесь натворили?!
– У нас был план на такой случай, – голос предательски дрогнул. – Отвлекающий манёвр. Ищейки пойдут по ложному следу…
– Полагаешь? – его брови взлетели вверх, словно клинки.
– Я…
– Ты жива только потому, что оказалась слишком слабой, Шель. А раз уж так вышло, я помогу тебе стать сильнее.
Кровь в жилах застыла. Его улыбка стала оскалом – хищным, почти жаждущим.
– Но ваша протеже… – попыталась возразить, но вдох оборвался. Ледяная игла воткнулась в сердце глубже.
– Чтобы придать тебе больше мотивации и вдохновения…
Холод смахнул кусочек жизни.
Шель сжалась, вцепившись в солнечное сплетение, пытаясь удержать ускользающее тепло. На ладони вспыхнули искры магии – одно из защитных плетений рассыпалось, как старая паутина. Кожа на кисти потемнела, проступили пятна.
– Она теперь – моя забота. Так что не лезь, – он снова отпил вина и равнодушно наблюдал, как Шель постарела на пятнадцать лет за одну секунду.
– Как скажете, мой господин, – прошептала, сжимая кулак.
Глянула на руку. Кожа – истончившаяся, с выступающими венами. Ещё не старушечья, но уже не девичья. Страшное напоминание: у Шель больше ничего нет. Кроме денег.
– Не беспокойся, дорогая. Мы справимся. И поработаем над ошибками.
Если бы это сказал кто-нибудь другой == можно было бы заподозрить участие. Но в его голосе был лишь лёд. А в глазах – пустыня без солнца. Он способен на всё. В том числе – вернуть молодость. И предсказать каждый свой шаг.
– А теперь – продолжи работу. Так, как было в изначальном плане.
Лишь после его ухода Шель позволила себе подумать – осторожно, как будто обжигаясь каждой мыслью.
Его распоряжение казалось… странным. И опасным. Если не вмешаться в процесс, Дориан Эйкен поймает всех за считаные дни. Они уже потеряли одну из штаб-квартир!
Страх потерять его благосклонность сцепился в смертельной схватке со страхом провалить главное.
Музыка для атмосферы: «Ashes» by NOAPOLOGY
Академия Аэран,
Территория академического острова
– Можете называть меня Атрэас, – позволил снисходительно, и окинул девушку взглядом, – так зовут меня друзья.
– А враги? – взглянула с подозрением.
Опасный настолько, что интуиция рекомендовала замереть и даже не дышать, чтоб не привлекать внимание пришельца. Но поздно – хищник уже сканировал девушку странными глазами и едва ли не принюхивался.
А еще… Такое впечатление, что он голоден! По телу пробежала дрожь от странного сравнения, которое никак не касалось ни еды, ни даже секса.
– И они тоже. Кто может быть ближе достойного врага?
– Что может быть интимнее вражеской страсти? – невольно закончила Мика знаменитые строки из трагичной пьесы.
Он чуть прищурился, склонил голову, отмечая, что девушка абсолютно права. А Микаэла подумала, что так он еще больше похож на смертельно опасного зверя. Она спрятала руки за спину, чтобы скрыть дрожь.
– Ваш племянник живет в другой башне, – подсказала нервозно. Раньше жил в этой же, да только переехал после начала холодной войны с Каем.
Мельком взглянула на защитные чары блока и обмерла. На их месте обнаружила только обрывки. Атрэас их разорвал без малейшего шума! Глаза непроизвольно расширились от шока и испуга. Мика невольно шагнула назад, осознав, что совершенно ничего не могла противопоставить дядюшке.
– Да, но я пришел не к нему, – доброжелательно улыбнулся тот. Так что стало ясно – убьет и даже не задумается о последствиях, – уделите мне пару минут времени, Микаэла?
– А у меня есть выбор? – схватилась за дверь в свою комнату, как за якорь.
– Нет, – снова странный голод в светящихся глазах. Душа ушла в пятки. А в голове мелькнула мысль, что на встречу с Северином все-таки опоздает
Бежать или затевать скандал Микаэла не стала. Интуиция настойчиво советовала воздержаться от резких движений. Этот мужчина явно не считался бы ни с правилами учебного заведения, ни с моралью. Вероятно, мог бы просто силой увезти её или убить.
Так что вариантов оставалось два: либо Атрэас наслаждается игрой, либо ещё не определился с задачей. А раз так – шанс договориться всё-таки был. В конце концов, её пока не убивали – напротив, вежливо приглашали на ужин.
– Как вы относитесь к островной кухне, леди Верони? – учтиво осведомился гость. – Я взял на себя смелость зарезервировать для нас столик. В великолепном ресторане с видом на горы. В «Рассветном» подают потрясающего угря в карамельном соусе.
– Я… – голос предательски дрогнул, но разумница взяла себя в руки. – Позвольте мне только переодеться.
Короткий кивок в ответ. Микаэла отошла назад, не поворачиваясь к нему спиной. Лужу воды от цветов обошла по сухому краю, на носочках. Метнулась в гардеробную, скинула рубашку и проворно запрыгнула в платье-свитер молочного цвета, потом стянула брюки. Зачем наряжается, не знала. Мысленно иронизировала, что умирать красивой приятнее.
– Боги, а если это он – убийца? – прошептала и замерла на миг в нелепой позе – стягивая узкую штанину с ноги.
Покосилась в сторону выхода и сглотнула.
Нужно бежать! Не зря Дориан предупреждал быть осторожной! Волосы на голове зашевелились, а уши, кажется, как у эльфа повернулись к двери, улавливая любое колебание воздуха. Брошенные ботинки надевать не стала, надела мягкие сапоги, в которых легко и удобно бегать.
Идея озарила за секунду и не дала времени на раздумья – Мика подбежала к рабочему столу и за секунды отправила сообщение по наккеру.
Только когда одно короткое сообщение улетело адресату, разумница поняла кому его отправила. Со странным ощущением в душе видела в эфире имя Севернина Ламера. И дело не в том что ошиблась или ткнула не то имя в списке. А в том, что в момент паники, подсознание выбрало этот контакт самостоятельно.
«В моем блоке некий Атрэас Ламер. Выбора нет, еду с ним. Спасай».
Наккер на руку не надевала, интуиция подсказывала, что лучше не надо. Если бы Атрэас действительно хотел помешать связаться с кем-то, то помешал бы. Но провоцировать лишний раз не стоило.
Мика схватила пальто и нерешительно вышла из комнаты в холл, где совершенно невозмутимо ждал гость. Или не убийца? Стал бы маньяк ждать, пока жертва переоденется? В расследовании была большая дыра в этом месте – как были захвачены жертвы?
Медленно выдохнула, снова встретившись глазами с мужчиной. На его лице застыла понимающая улыбка – знает какое впечатление производит. Мысли читает вряд ли, но Микаэла сейчас не ахти какой игрок в покер – на лице все написано.
– Вы меня боитесь? – осведомился он.
– А не стоит? – парировала она, надеясь, что Жнецы не практикуют светские беседы перед убийством.
– Смотря, чем завершится наша встреча, – любезно ответил Атрэас и галантно предложил локоть. – Вы очаровательны, Микаэла.
– А вы отлично умеете создать прелюдию к ужину, – не сдержала иронии – так всегда, в стрессовых ситуациях, – это у вас с племянником общее. Скажите, вы всегда пытаетесь очаровать тех, кто не умер от страха после первой встречи?
Тихий смех можно было бы назвать даже соблазнительным, если бы не аура гостя, к которой Мика уже смогла несколько притерпеться. Это как тяжелый запах духов или не самая приятная температура на улице – со временем тело адаптируется, хотя не перестает чувствовать. Она вцепилась в рукав кителя, под ним были будто стальные руки. Они не покрыты инеем, но холод – словно в другой плоскости – веял и пробирался куда-то глубже, чем под ткань пальто.
– И как, действует наше фамильное очарование? – уточнил Атрэас.
– Не особо, если честно.
– Расслабьтесь, Микаэла. Я уверен, мы с вами сможем договориться. В конце концов, я большой ценитель прекрасных и редких драгоценностей. А вы и ваш дар – несомненно, к ним относитесь, – «успокоил» Атрэас, ведя девушку на выход из башни.
Их провожали удивленными взглядами студенты, а Мика держала лицо, чтобы не выглядеть слишком испуганной. Обратиться за помощью не к кому. Да и не рискнула бы злить смертельно опасного монстра в общежитии.
При этом, мозг не переставал фиксировать все вокруг – например, разумница не смогла определить его расу. Он не человек, не эльф, тем более – не орк. Из всех разумных рас, проживающих в мире Фрэй, гость напоминал разве что дракона. Отдаленно.
Ящеры, если принимают антропоморфный вид, в общем, похожи на Атрэаса. Но глаза у них остаются змеиными, как и чешуя, местами присутствует и волосы под цвет чешуе. Попросить мужчину раздеться? Интересная идея. Возможно, пока он обалдеет от ситуации, Мика сможет убежать? Снова отдернула себя. Чем больше нервничала, тем больше глупых идей в голове.
«Думай, Верони! Для чего тебе голова на плечах?! Чтобы умничать?!»
– О чем пойдет наш разговор, лорд Ламер? – о, голос звучал не как у простывшей баньши.
– Называйте меня по имени, Мика. Приятно слышать его из уст красивой девушки, – мужчина открыл перед ней двери, пропуская на улицу. – А беседовать мы будем о взаимовыгодном сотрудничестве. Скажем, я решу ваши финансовые трудности, которые вас, несомненно, расстроили. А взамен – вы окажете мне услугу.
– Вы меня интригуете… – она даже не удивилась тому, что он в курсе её проблем.
Оставалось только надеяться, что он действительно направится в ресторан. А по наккеру в сумочке можно будет отследить местоположение Микаэлы. Не зря же оставила активной локацию.
Почему-то даже в голову не пришло, что Северин проигнорирует её сообщение. Хотя бы потому, что это отличный повод снова её потроллить. У него чувство юмора так себе, но ведь есть! Мика цеплялась рукой за локоть галантного кавалера, когда он помог спуститься по ступенькам крыльца. А в груди снова холодело от паники. Словно собственными ногами заходила в ловушку и ровным счётом ничего не делала, чтобы воспрепятствовать.
Можно же закричать, ударить, ошеломить…
– Верони, сейчас же отойди от него, – напряжённый голос, но знакомый. Мика была готова расцеловать его владельца!
Мурашки промаршировали по коже, когда она оглянулась и увидела Ламера младшего. Кажется, он был в бешенстве. Когда только успел явиться? Но выполнить его приказ было сложно – Атрэас и не думал отпускать жертву.
Всё, что раньше Микаэла видела из эмоций блондина, не шло ни в какое сравнение с той волной ярости, которая разошлась от фигуры парня сейчас! Сама на миг опешила. Будь у этой эмоции энергия, она бы сбила с ног всех в радиусе сотни метров.
– О, Северин, – ни капли не расстроился встречей родственник, – думал, ты в городе.
– Верони, я, кажется, попросил тебя отойти, – маг Смерти даже не взглянул на девушку, продолжая сверлить взглядом родственника.
Когда она попыталась отцепиться от локтя кавалера, Атрэас накрыл ладонью девичью руку в почти заботливом жесте. Но впечатление было такое, что её коснулась не кожа, а скорее аура.
Горло перехватило, Верони дёрнулась и запоздало попыталась выполнить приказ Северина.
– Дорогой племянник, раз уж ты не пожелал составить мне компанию за обедом, я нашёл себе компанию. Не желаешь ли присоединиться?
На крыльце общежития сгустились сумерки. Словно кто-то резко опустил ползунок света, а звуки отдалились. Стало по-настоящему страшно. Пространство слегка загустело, Мика инстинктивно увеличила интенсивность личной защиты. Волосы на загривке в который раз стали дыбом.
Невыносимо медленно разумница опустила взгляд на сцепленные руки. Тёмные когти старшего Ламера слегка провели по её коже, но ей показалось, что впились в тело – давление, дрожь защиты.
Мика ахнула и попыталась вырвать конечность – её щиты затрещали так, словно в них бил полноценный магистр. При этом самой атаки не было! Тревога панически забилась в висках – это не то, чему их учили на самообороне. Это не то, с чем студентка сможет справиться. Нужно бежать!
При этом оба родственника буравили друг друга взглядами. Северин утратил привычную невозмутимость – похоже, ситуация задевала его за живое.
Мика отметила это лишь на секунду, прежде чем чуждый холод начал приносить боль. Нечто похожее она испытала тогда во дворце, когда магия мага Смерти коснулась её. Только теперь стало ясно: то была лишь пародия на настоящий глубинный ужас. Просто игра, щекотавшая нервы.
Дыхание стало прерывистым. Когти мужчины снова скользнули по её коже, царапая и оставляя тонкие следы. Воздух будто вырвали из лёгких. Мика бы упала, но странная сила удерживала её на месте.
– Отпустите меня, – нашла в себе силы прошипеть и попыталась толкнуть пришельца.
С тем же успехом можно было бы стукнуть аланитовую статую. В густом, как кисель, пространстве её рывки казались невыносимо медленными.
Микаэла даже не успела понять, что произошло. В один момент она дёргалась в хватке, в следующий – её оторвало от мужчины и швырнуло в сторону. Больно ударившись у фонтана, она отбила бедро и приложилась головой.
Тем временем на крыльце разразился странный бой. Атреэс парировал тьму мага Смерти, который подошел почти вплотную. Щиты мужчины без видимого труда сдерживали магию племянника, пытаясь сковать его инеем. Но в какой-то момент дядя отлетел в сторону от удара кулаком Северина.
Локальные сумерки тут же развеялись – пространство будто расслабилось. Завыла сирена безопасности, сигнализируя о применении магии выше допустимого уровня. Время снова пошло своим чередом.
Мика провела пальцами по затылку и нащупала кровь. Боль пришла мгновением позже, но оторваться от происходящего она не могла.
Атрэас должен был врезаться в стену башни на уровне второго этажа. Но силу удара смягчили щиты: в воздухе вспыхнула изумительная вязь, напоминающая снежинку. Он красиво приземлился на ноги, используя плетение воздуха. Волосы и костюм сразу же пригладились.
«Педант. Возможно, патологический. Такой вполне может быть маньяком», – мелькнула у Мики язвительная мысль.
На лице Атрэаса сияло довольство жизнью. В отличие от Северина – тот был зол и смотрел на дядю без тени родственных чувств.
Со всех сторон к месту происшествия сбегались свидетели.
– Вот и попался, – добродушно сообщил Атрэас, – мне, честно говоря, всё равно на твою личную жизнь. А вот остальным новости понравятся.
– Исчезни, – почти выплюнул Северин. – И не смей приближаться. Ты меня знаешь…
– О, ну что ты, – усмехнулся Атрэас, перекидывая волосы за спину, – я просто понаблюдаю. Посмотрю, как ты решишь свои проблемы. А потом соберу в совок то, что останется от милой девочки – душу возвращать будет уже некуда, дорогой племянник. И мы снова вернёмся к предметному разговору.
– Не лезь, Атрэас. Прошу по-хорошему.
Место событий уже окружили сотрудники СБ, но участников это мало волновало.
Ламер проигнорировал команды «воспитателей» и подошёл к Микаэле. Одним движением поднял её на ноги, придирчиво осматривая лицо. Голова у неё закружилась, и она пошатнулась. Осмотру также подверглись ушибленный бок и окровавленные пальцы – Ламер нахмурился.
– Рин… – пробормотала Мика, снова покачнувшись и ухватившись за его плечо. – Твоя забота буквально сбивает меня с ног.
Секунда, другая – он всё ещё держал её запястье, словно борясь с собой: поджатые губы, потемневшие глаза, крепкая хватка. Лицо Мики вытянулось. Слова застряли. Что, Бездна пожри, происходит?!
– Рин… мне можно к целителю? – осторожно напомнила о себе.
Ламер вместо ответа аккуратно притянул её к себе, осмотрел затылок и глухо сказал:
– Прости. Это моя вина.
Занавес. Все слова, которые рвались с языка разумницы, рассыпались прахом. Мика так опешила, что забыла моргать. Похоже, всё было написано у неё на лице, потому что Ламер закатил глаза, резко выпустил её из объятий и подозвал Лилу – сокурсницу Микаэлы:
– Отведи её к лекарям. И ни на шаг не отходи, пока я не приду. Ясно?
Девушка понятливо кивнула, хотя на ее лице был написан тот же шок, что и у остальных свидетелей потасовки.
На площади у фонтана собралось немало народу. «Воспитатели» требовали ответов и Ламер ушел разбираться. Микаэла попыталась было вмешаться, но подозрительно послушная Лила не позволила. И безапелляционно направилась к целителям.
Несмотря на то, что студентка воздушница никак не общалась со «звездным» парнем, распоряжение почему-то выполняла безукоризненно. Головокружение и тошнота не дали Верони возможности возмущаться.
Поговорить можно и потом, после лечения.
***
Академия Аэран,
Крыло целителей, приемный корпус
От лекарей Мика вышла спустя час после столкновения с Атрэасом. К тому времени она была полностью здорова, если не считать тыльной стороны ладони – следы от когтей затягивались неохотно. Саднили и чесались одновременно.
Лекарские плетения и энергия играючи справились с ушибом головы и гематомой на бедре. Сотрудники даже вопросов особо не задавали – боевики регулярно прибывали с травмами. Верони была готова сбежать из-под их опеки, а Лила с её увещеваниями не могла стать преградой.
Пациентка стянула регенерирующую перчатку, вытерла гель салфеткой и собиралась наконец уйти. Как раз в этот момент маг Смерти явился. Как и обещал.
Видимо, он каким-то образом уладил ситуацию, что, впрочем, не улучшило его настроения. От парня так и разил напряжённый эмоциональный фон – Северин о чём-то думал и был явно разочарован.
– Нам следует поговорить, – сразу взяла быка за рога Верони.
Пожалуй, в таком состоянии Ламера можно было продавить на откровенный разговор. Вряд ли он повёлся бы на прямую провокацию, но небольшая манипуляция могла сработать. Мика чувствовала себя пострадавшей стороной и хотела получить объяснения. Ведь ситуация была из ряда вон!
– Всенепременно, – согласился он, оценивающе смерил взглядом пациентку, не нашёл, к чему придраться, и кивком обозначил, что они уходят.
Присутствие Лилы звездный студент абсолютно проигнорировал, как пустое место. Мика подавила раздражение и рвущийся комментарий на предмет воспитания и поблагодарила сокурсницу за участие и помощь.
– Спасибо, дорогая, – быстро обняла Лилу, – я свяжусь с тобой и обязательно все объясню. Хорошо?
Судя по хитрому взгляду, воздушница сделала собственные выводы. Она чуть отклонилась, чтобы оценить удаляющуюся спину Ламера, скользнула глазами по обтягивающим брюкам и негромко хихикнула:
– Да ладно, не нужно. Я уже поняла, что он не хочет афишировать.
– Что? – разумница на секунду зависла, а потом мысленно выругалась. – Мы не встречаемся, Лил! И эта вся ужасная ситуация…
– Романтично, – протянула та, прикусила губу и лукаво улыбнулась. – Если хочешь знать моё мнение, я бы всё же выбрала Северина. Он милее, чем его родственник. Кстати, кто он? Старший брат?
От громкой ругани вслух Мику удержало только присутствие персонала за стойкой регистрации и близость покоя для пациентов.
Девушка пару раз глубоко вдохнула и махнула рукой на ситуацию. Чем больше станет оправдываться и объясняться, тем сильнее однокурсница поверит в свою версию событий. Потому Мика ещё раз поблагодарила за понимание и догнала блондина на улице. Несмотря на прохладную погоду, парень был одет только в пиджак на тонкую рубашку. Холод, видимо, ему не мешал.
Мика же продела руки в рукава пальто и зябко запахнулась. Прохладный ветер у лекарского корпуса превратился в стылый сквозняк. А солнце, как назло, скрылось за быстро плывущими облаками – в воздухе пахло будущим дождём.
Судя по выбранному направлению, Северин направлялся к парковке под общежитием.
– Поползёт ещё больше слухов, – вздохнула Мика, поравнявшись с ним.
– Плевать, – фыркнул Северин. – Мы не обязаны ничего комментировать.
– Да. Но, может быть, ты прокомментируешь для меня?
Он досадливо скривился. Явно не хотел общаться на эту тему, но понимал, что игнорирование не поможет.
А Мика не торопила его с ответом. Наблюдала за непривычно оживлёнными реакциями – эмоциями, порывистостью, быстрым шагом. Более живым и увлечённым Ламер выглядел только в Лабиринте – когда рисковал жизнью ради победы команды или индивидуального приза.
– Что это было, Северин? – снова нарушила молчание.
– Небольшой семейный конфликт, – иронично отозвался он.
– Только не нужно врать, – вырвалась раздражённая просьба.
Её задевала мысль, что сейчас может вывернуться целый ушат лжи. Она была непосредственным участником событий и всё отлично видела и слышала. Только не поняла.
– Хорошо, – нехотя согласился Северин. – Мы с дядей в не очень хороших отношениях, что, очевидно. Случилась обычная для нас ссора. Ты, к сожалению, стала свидетелем…
– Или причиной конфликта? – Мика остановилась, вынудив его сделать то же самое, – Северин, о чем Атрэас говорил там, на крыльце? И почему вообще пришел?
– Тебе ничего не угрожало, – несколько невпопад ответил, стоя в пол-оборота к ней.
Руки в карманах, ветер играл со светлыми волосами, взгляд был устремлён куда угодно, только не на собеседницу. Мика скрипнула зубами, поняв, что он пытается уйти от разговора.
– Я имею право знать, что произошло, – медленно, нарочито спокойно проговорила, – я едва не умерла от ужаса, когда…
– Тебе показалось, – отрезал Северин, перебив её.
Это сильно царапнуло разумницу – наглая ложь, попытка избежать прямых ответов, острое желание закрыть тему. Она вновь начала злиться.
Последние дни были просто невероятно тяжёлыми: девушка получила несколько серьёзных ударов от жизни. Обнаружила тело, подруга в опасности, подписала как минимум два судьбоносных контракта, её вышвыривает собственная семья… Неужели недостаточно дерьма? Чтобы лавина стресса сорвалась, не хватало всего одного камешка или громкого звука.
– Показалось? Мне? – негромко уточнила она неожиданно пониженным голосом. – Я – маг Разума, Ламер! Мне не кажется!
– Ты просто запаниковала. В таком состоянии может всякое привидеться, – всё так же смотрел парень на кусочек яблоневого сада, видневшийся из-за угла здания лечебного крыла.
Повисла пауза. Микаэла шокировано уронила челюсть. То есть онбудет рассказывать ей что она чувствует?!
Парень был явно раздражен, но держал себя в руках. Какой молодец! А Мика пыталась переварить два коротких предложения. Масла в огонь подливала интуиция. Она настойчиво подсказывала, что разумницу сейчас пытаются просто кинуть!
В свете этого девушка напрочь забыла что собиралась слега сыграть на его чувствах и получить информацию хитростью. Ведь прямо сейчас Северин даже не попытался это сделать тонко!
– Что ты несёшь? – голос Мики подскочил сам собой, претензия густо повисла в воздухе. – Ты серьёзно хочешь внушить мне, что я дура и всё неправильно поняла?!
Челюсть Северина дернулась. Под кожей на шее явно напряглись мышцы.
– А что тебя не устраивает? – резко сменил тактику. Повернулся полностью, шагнул ближе, нависая. – Чистая правда, Мики. Ты прислала паническое сообщение – я пришёл, вытащил тебя с унылого ужина у дядюшки. Конец истории.
Ветер сорвался с места, растрепал волосы обоим. Его запах ворвался в ноздри: солёный океан, древесная пряность и цитрус. Словно чья-то невидимая рука потянула её к нему ближе. Мика на мгновение качнулась… и заметила, как дрогнули его зрачки.
Слова доходили до мозга с запозданием, путаясь в этой горячей, почти осязаемой атмосфере.
– Я… – Мика в очередной раз опешила и растерялась, глядя в его глаза грозового неба.
То, как играючи он сейчас упростил ситуацию, буквально лишило голоса! Нахмурилась и ощутила, как закипела злость, подгоняемая странным возбуждением. Да он же просто издевается! Демонов камушек был брошен.
– Не пыхти, – добавил и как-то возмутительно довольно усмехнулся. Как победитель. – Я не обязан вдаваться в подробности семейных отношений.
Пласты спрессованного стресса с угрожающим треском сдвинулись.
– То есть хочешь, чтобы я просто забыла все что видела и чувствовала?! – наконец уточнила Мика хрипло, – спокойно проглотила твое за уши притянутое объяснение и…
– Хочу, – согласился парень, и улыбка стала еще большее довольной.
С отвесной вершины, набирая скорость, понеслась неудержимая мощь. В таких ситуациях люди не плачут. В таком состоянии они вполне способны на убийство. Последняя оставшаяся здравая часть разумницы понимала, что его поведение – всего-лишь камушек, запустивший реакцию. Но демон его пожри, она больше себя не могла сдержать.
– Да ты… – задохнулась от возмущения и, теряя контроль над собственными реакциями, с силой ударила его в грудь кулаками.
Хотела бы отвесить пощечину, но это показалось слишком интимным. Слишком личным. Мика уже слишком личные эмоции испытывала. И таяла от его запаха. Это ненормально! Растерянность в равных пропорциях мешалась со злостью и странной обидой – дикий гул лавины звучал в голове.
Разве можно обижаться на того, кто не имеет значения?
Кажется, Микаэла снова била его в твердую грудь. Или это все еще первый раз? Ламер даже не шелохнулся, а она размахнулась и злобно зарычала.
– Угомонись, сумасшедшая! – Ламер схватил девушку в охапку. Злился.
Но было поздно. Она уже вошла в раж. Брыкалась, вырывалась, норовила попасть коленом куда заболит посильнее. Он сжал руки крепче, пытаясь обездвижить её, но это было всё равно что удерживать дикую кошку.
– Какая же ты сволочь! – Мика взвизгнула и попыталась пнуть.
– А у тебя серьёзные проблемы с агрессией, – процедил Ламер, получая болезненный удар в рёбра. Беззвучно выругался и перехватил её в жёсткий захват, достаточно крепкий, чтобы причинить боль.
Их дыхание смешалось. Его ладонь почти неприлично плотно легла на изгиб её спины. Ещё миг – и Мика могла поклясться, что этот хаос трещит не только в её голове.
– Успокойся!
Но Микаэла не была простой девочкой с улицы. Не один год изучала боевые искусства, потому вырвалась, чтобы снова кинуться к нему. Это превращалось в безобразную сцену, почти истерику, но Верони не могла остановиться, спуская лавину на одного человека.
Северин сделал неуловимую подсечку, не дал упасть и заломил руку, Мика застонала, но не перестала дергаться.
– Если продолжишь в том же духе, я сломаю тебе руку, – прорычал и слега встряхнул драчунью.
Удивительно, но у него даже укладка не растрепалась в отличие от Мики.
– Как же ты меня бесишь! – прорычала.
Их потасовка вполне могла привлечь внимание, но Верони это сейчас не волновало. Она хотело сделать ему больно и стереть с лица засранца эту усмешку! И чем плотнее парень прижимал ее к себе, чем больнее заламывал руку, дабы обездвижить, тем сильнее Мика ярилась. Тем больше забивался в нос этот демонов аромат цитруса и фиалки…
Дернулась, в очередной попытке вырваться и ощутила острую боль в заломленной руке, охнула.
– Верони, послушай… – парень собирался что-то сказать и разжал захват – Мика едва не сломала себе руку в попытке вырваться.
Судя по ярости в глазах, еще ничего не закончилось.
– Ты невыносимый подонок, – тяжело дыша, сообщила и таки хотела отвесить пощечину. От разочарования что не полегчало, что лавина так и неслась не теряя в скорости. Уже причиняя страдания самой Микаэле.
Северин сделал всего один подшаг, поймал занесенное запястье и… снова обездвижил. А потом впился в ее губы поцелуем.
Мика опешила настолько что замерла в нелепой позе. В ушах зашумело, глаза широко распахнулись, а потом девушка едва не лишилась чувств. Ярость, раздражающий запах, холодный ветер и теплое тело, плотно прижатое к ней – все смешалось. Его твердые губы, рука в волосах, которая не давала отстраниться.
Мика не собиралась отвечать, но, кажется, здравый смысл окончательно махнул рукой, развернулся и пошел на выход. Ресницы опустились, она расслабилась и вцепилась руками в его предплечья, отвечая на поцелуй, который тут же превратился в самый настоящий захват.
От их губ по всему телу растеклись мурашки и волны тепла, а от крепких объятий и возмутительного доминирования у Мики подогнулись коленки. Ее никто никогда так не целовал. Словно наказывая, будто имеет полное право. По позвонку, где-то глубоко внутри прокатились искры, рассыпались по всему телу и собрались внизу живота.
Она застонала, ощутила как парень прикусил ее губу и… резко очнулась.
Лавина рухнула в пропасть, разбилась, рассыпалась в никуда.
Магия поцелуя закончилась.
Мика оттолкнула его, а Северин выпустил. В его фиолетово-серых глазах все еще сверкала победа, замешанная на злости и возбуждении. А Верони, растерянная, держалась пальцами за губы. Сердце колотилось так громко, что его, казалось, было слышно на десятки метров.
– Успокоилась? – холодный голос вообще никак не вязался с тем, что «слышала» Микаэла.
От парня все еще расходилась масса эмоций. Они пахли им, они щекотали ее собственные нервы и звучали в унисон с ее проснувшимся либидо. Сглотнула потрясённо, но Северин почти мгновенно закрылся. Стало холодно. Он спокойно застегнул пуговицу пиджака, на лице привычное ехидство:
– Если рука не болит, а вопросы закончились, то поехали уже. Мы отстаем от графика.
– Что это было? – почти прошептала.
– Твой собственный метод – шокотерапия, – Ламер фыркнул, – не бить же тебя.
Почти брезгливо. Неприятно до глубины души. Возбуждение мгновенно скукожилось, испарилось, словно политое кислотой. На смену ему пришла удушливая волна унижения и едкой вины.
– Лучше бы бил, – ответила Микаэла, аккуратно выдыхая яд самобичевания.
А потом натянула нейтральную маску и быстрым шагом прошла мимо парня, который чуть нахмурился от ее тона. Неужели думал, что она поддержит эту иронию? Неуместную, искусственную, жестокую.
