Рециклон: книга I

Глава 1 Эко

Аутпост был небольшим, но сплошь завешанным рекламными плакатами компании «Эколист». Ожидая своей очереди, я начал бездумно разглядывать сие творения маркетологов: прямо над входом огромными зелеными буквами на синем фоне было выведено: «Если у вас есть хлам, то вам – к нам»; чуть левее весел более скромных размеров шит, двусмысленный, в духе нынешнего времени: «Сделай землю чище, перерабатывай!», рядом с ним еще «Новое из старого» и так далее и в том же духе. Зазвучал сигнал, и на информпанели высветился номер 238 – мой номер, подумал я, и подошёл к окошку, где меня уже ждала профессиональная улыбка менеджера, мужчины средних лет, в голубых глазах которого, за маской дружелюбия, читалась усталость и раздражение.

–Здравствуйте, рады приветствовать вас в компании «Эколист»! – произнёс он стандартную фразу, мельком глянул на часы, светившиеся на потолке, потом перевёл взгляд на инфо табло и добавил: – Вы наш двести тридцать восьмой клиент сегодня, и вам, как последнему сегодня клиенту, предоставляется скидка…

–Пятьдесят копеек? – спросил я, улыбнувшись.

–Простите? – он непонимающе и раздражённо уставился на меня, злясь, видимо, из-за того, что я сбил его с привычной последовательности фраз. Помолчав, продолжил:

–Ах, вы про акцию «эко 3000 за 1 рубль». Нет, конечно! – улыбка вновь вернулась на его лицо. Скидка на доставку – 50%.

–О! – воскликнул я. – Это хорошо, спасибо.

–Как иначе? – деланно обиженным тоном проговорил менеджер. – Компания всегда заботится о своих клиентах! Итак, назовите адрес доставки, посчитаем и перейдём к бумагам.

–Псковская область, деревня «Калинка», дом пять, – ответил я.

Менеджер начал было вводить адрес, а потом его палец завис в нерешительности над клавиатурой.

–Вы сказали Псковская область? – переспросил он.

–Да, именно, – ответил я.

–Но это же четыреста с гаком километров! – на лице менеджера заходили желваки.

–И что? – невозмутимо осведомился я. – В рекламном договоре зелёным по синему написано, что компания обязуется не только продать эко-3000 за 1 рубль, но и обеспечить доставку в дом клиента: Триста рублей в пределах КАДа и тысяча за его границами. А с учётом указанной вами скидки это пятьсот рублей.

–Но не в другую же область! – воскликнул он совсем упавшим голосом.

–Там не было сказано ничего на этот счёт. Посмотрите сами, – сказал я и вытащил из кармана рекламный договор и протянул ему.

Менеджер автоматически взял его в руки, покрутил со всех сторон, пробежал текст глазами и, глубоко вздохнув, выдавил:

–Вы правы, это досадное упущение составителей, они просто не подумали о таком, сейчас практически никто не живёт за Городом! – проговорил он и внимательно, даже недоверчиво посмотрел на меня. – Но кампания отвечает за свои слова, так что вы получите свой Эко за пятьсот рублей.

–Отлично, – обрадовался я.

–Давайте заполним бумаги, – сказал он, доставая планшет.

–Конечно, – радуясь своей маленькой победе, ответил я, наклоняясь рядом с ним.

–Итак. Значит, вы живёте за городом, как там это называется? – наморщил лоб менеджер. – Деревня, да? – я кивнул. Он пожевал кончик стилуса и, ткнув им в планшет, сказал: – Я сейчас задам несколько вопросов для того, чтобы наши специалисты смогли настроить Эко под ваше место проживания. На это уйдёт некоторое время… – он нервно бросил взгляд на часы, глубоко вздохнул и начал.

–В деревне есть постоянный доступ к Меганету?

Я кивнул.

–Сигнал устойчивый?

–Плавает иногда, всё-таки область, – протянул я.

–Ага, – он опять тыкнул в планшет.

–Где планируете установку?

–В подвале, – перевёл я. – На цокольном этаже, – быстро сориентировался я.– Простите? – он вкинул удивленный взгляд.

–Ясно, – опять тычок стилусом.

–Домашние животные?

–Собака.

–Карликовый шпиц? – скорее утвердил, чем спросил менеджер.

–Овчарка. Немецкая, – в некотором раздражении ответил я.

–Вы имеете в виду… – менеджер замялся. – Как дикие?

–Причём тут дикие?

–Простите, просто поймите, у меня ещё не было таких покупателей… – он умолк.

–Как я из деревни, – продолжил я за него, позволив себе улыбнуться. – Я понимаю, сейчас мало кто живёт за Городом, только вахты рабочих на закрытых предприятиях, да и то редко: почти все заводы автоматизированы. Я бы и сам, пожалуй, не уезжал из комфорта. Но так вышло: семья не может в городе, да и Рекса пришлось бы усыпить после принятия закона о размерах животных от 2067 года. Да и хорошо там, воздух, знаете ли, и тишина. – я зачем-то вывалил всё это, словно оправдываясь за то, что я не городской. – Ещё вопросы? – спросил я, возвращая тему в нужное русло.

–Да. Вы сказали семья. Сколько вас? – спросил сотрудник компании через несколько секунд.

–Я, жена, сын и дочь. И того нас четверо, – быстро ответил я.

–И собака дик… – он осекся. – Просто большая собака, так?

Я кивнул.

–Хорошо. Вот распишитесь здесь. Ага, – выдохнул он. – И здесь. В общем, всё. Последний момент. Он нагнулся и, выдвинув небольшой ящичек стола, достал флешку с фирменным логотипом на крышке. – Это инструкция к аппарату. Прочтите внимательно, прежде чем начинать использование.

Я кивнул, пихая её во внутренний карман куртки.

–Отлично. Эко вам доставят завтра с 11:00 до 14:00, настроят и проведут ознакомительную презентацию по управлению этой удивительной машиной. -Спасибо, что обратились в «Эколист». – Менеджер протянул руку и слабо пожал мою. Я кивнул, попрощался и направился к выходу из здания.

Город, как всегда, шумел. Толпы людей, машин, лёт – всё смешивалось в один однородный шум, который я любил и ненавидел с детства. Из-за которого я и уехал за Город, а вовсе не из-за Рекса. Это была легенда, которую я рассказывал горожанам, с сомнением глядевшим на безумца, преподнёсшего жизнь в деревне, жизни в Городе, где каждый был обеспечен всем необходимым с рождения и ни в чём не нуждался до старости. А что я мог ответить? Что я с детства полюбил лес, ещё когда совсем маленьким ездил к бабушке на каникулы? Что моя жена, в виду некоторых особенностей личности, не способна жить среди большого скопления людей, что её преследуют кошмары в сне и наяву? Что я считаю всю современную систему городской жизни обманом, отрывом от человеческих ценностей и от корней в целом? Что я искренне хочу воспитать своих детей в труде и в любви к природе? Они не поняли бы меня, а то бы ещё хуже – отзвонились бы в ЦМК. Нет, версия с собакой лучше, так хоть можно списать мой поступок на слишком сильную любовь к своему питомцу. Тоже странно, конечно, но не настолько, чтобы сдавать меня на лечение.

Конечно, хоть я жил за Городом, отказывать себе в современных технологиях я намерен не был. Пусть дом у меня был деревянным, но всё, что было нужно для комфортной жизни в нём, стояло, и акция «Эколиста» стала для меня настоящим подарком. В городе утилизация и переработка, по большому счёту, была не особо нужна, как бы не распинались рекламщики компании. Город сам отлично справлялся с этим общественными системами, установленными на каждом углу. Но в деревне такая штука была просто необходимой. Поэтому сейчас, идя к своему лёту, неся в кармане документы и инструкцию Эко-3000, я был по-настоящему рад и предвкушал, какую радость испытает жена, заполучив в руки машину, способную в считанные секунды восстанавливать испорченные вещи и порванную одежду, которой нас постоянно обеспечивали наши сорванцы-детки. Я улыбнулся. Пикнул сигнализацией, открыл дверь машины и, устроившись за рулём, повернул замок зажигания. Лёт зашумел, разгоняя турбины, я подождал и, нажав на педаль высоты, взмыл в воздух. Вылетев за пределы города и выставив автопилот, я откинулся на спинку кресла: путь был не близкий, и можно было вздремнуть.

В дверь позвонили. Дети радостно закричали и бросились к ней. К нам редко приходили гости. Кроме нас в деревне жили старики, не пожелавшие во время глобального исхода в Город бросать свои дома. Был ещё, правда, Пётр, мужик сорока пяти лет, живший на окраине деревни. Но он был нелюдим и неразговорчив, поэтому причины, из-за чего он не уехал, никто не знал, да и по большому счёту не интересовались, уж очень был странный. Вот и все жители. Поэтому, конечно, для детей, да и для всей деревни, стало событием появление большого украшенного яркими символами компании «Эколист» грузового лёта прямо на главной дороге деревни. Когда я открыл дверь, чтобы поприветствовать грузчиков, у моего дома уже стояли все мои немногочисленные соседи и с интересом оглядывали грузовой лёт и его пассажиров. Даже нелюдимый Пётр и тот топтался в отдалении.

– Здравствуйте, – басом проговорил мужчина в рабочей форме компании. – Деревня «Калинка», дом пять? – спросил он, произнося непривычные слова с трудом, чуть коверкая, так что у него вышло что-то вроде «дирёвня кАлинка».

– Да, – ответил я, – всё верно.

– Отлично, – воскликнул он, – я-то, честно говоря, думал, что кто-то из отдела оформления нас разыгрывает. – Он смущённо улыбнулся, поняв, что отошёл от протокола доставки.

– Не волнуйтесь, – улыбнулся я в ответ. – Так все думают.

– Ага, – ответил тот, расслабляясь. – Тогда предъявите документы на заказ, и мы начнём разгрузку.

– Сейчас, – бросил я через плечо, протягивая руку через дверь в прихожую и шаря в своей куртке. – Вот.

Он взял флеш-карту из моей руки, приложил её к своему считывателю на запястье, внимательно сверил и, улыбаясь, вернул мне назад.

– Всё отлично, заказ подтверждён. – Потом повернулся к двум парням, стоявшим, оперившись на грузовик, и крикнул: – Разгружайте.

Парни засуетились и начали нажимать какие-то кнопки на панели управления кузова.

– Пока мои работники разгружают, покажите мне место установки Эко, – сказал менеджер доставки.

– Проходите, – я сделал приглашающий жест рукой, но, заметив, что он начинает разуваться, остановил его. – Не надо, идите так – всё равно мыть пол сегодня.

Он кивнул и пошёл следом за мной. Мы прошли гостиную, по коридору проследовали в конец дома, где находилась дверь и лестница на цоколь за ней. Спустились, и я отвёл его к заранее подготовленному месту у небольшого окошка в дальнем конце подвала.

– Вот сюда, – сказал я, опираясь спиной на стиральную машину, позади меня.

– Ага, – протянул доставщик. Потом с сомнением огляделся и, сосредоточив взгляд на мне, спросил: – А розетка где?

– Вот, – я протянул руку и снял крышку с неприметной розетки, торчащей прямо из стены.

– 220? – уточнил он.

– Конечно, это деревня, а не Америка, – пошутил я. – Менеджер не улыбнулся, лишь кивнул в ответ.

– Хорошо, – через пару десятков секунд выдохнул он, – потребуется дополнительная настройка машины, но в целом проблем возникнуть не должно. Ладно, тогда, пожалуй, начнём, – сказал он и направился обратно к своим рабочим.

Когда мы вышли на крыльцо, грузчики уже разгрузили Эко и на магнитной тележке подвезли аппарат к крыльцу. Машина не внушала трепета: небольшой прямоугольный ящик, покрытый какой-то светоотражающей краской. На тыльной стороне тачки панель управления и всё, больше взгляду было зацепиться не за что.

– Удивлены? – спросил менеджер, чуть улыбаясь. – Думали, она больше?

– Честно говоря, да, – смущённо ответил я.

– Она больше, поверьте. Просто сейчас она в сложенном состоянии, ну ничего, вы всё увидите. Парни, идите с тележкой за мной, – распорядился он, возвращаясь в дом и идя в подвал. Парни последовали за ним, а я замкнул это шествие. В целом, доставка до нужного места в подвале проблем не вызвала, лишь на лестнице возникла заминка, пока один из грузчиков что-то переключал в тележке. Наконец, они подтащили Эко к отведённому ему месту и вдвоём перенесли машину на руках. Выровняли её положение и отошли в сторону, давая место своему бригадиру. Он же, встав чуть справа от машины, чтобы не загораживать обзор, произнёс.

– Можете позвать родных, и я проведу ознакомительную презентацию.

Я кивнул и крикнул: – Дорогая, дети, идите сюда.

Не прошло и десяти секунд, как по полу затопали ножки, и в подвал ввалились дети в сопровождении жены, которая всё это время, пока шла разгрузка, держала их обоих в детской, чтобы те не путались под ногами у грузчиков и не мешали вопросами.

– Папа, папа, это Эко-3000, да? Та самая, что всё может? Иииууу, – загомонили они. Жена шикнула на них, пытаясь успокоить. Куда там! Я улыбнулся, и, потрепав Дашеньку по голове и отвесив шутливый подзатыльник сыну, сказал: – Да, именно она. А теперь помолчите, дядя расскажет нам, как ею пользоваться. Вы же не хотите пропустить самое интересное, отправившись обратно в детскую? – сказал я с укоризненной улыбкой.

– Нет, папа, нет! – хором выдали дети и, закрыв друг другу рты руками, уставились на менеджера доставки. Тот всё это время улыбался, наблюдая за нашим общением, но как только понял, что все смотрят на него, тут же посерьёзнел и, подбочившись, деловито начал презентацию.

– Итак, – сказал он, положа руку на машину, – Эко-3000 – это Экологический комплекс очистки и переработки. Первоначально создавался для городских общественных нужд и за более чем пятнадцать лет зарекомендовал себя как надёжная и многофункциональная система. Установленный в вашем доме аппарат является переработанной гражданской моделью. Отличается значительно меньшими размерами и пониженным потреблением энергии, но при этом ни в чём не уступает своим большим братьям, установленным по всему городу и на автоматических предприятиях за ним. Эко-3000 абсолютно автономен и безопасен. Его операционная система самостоятельно связывается по меганету с центральным сервером компании и загружает необходимые шаблоны производства и протоколы работы. Так что вам не потребуются никакие дополнительные настройки. Даже если возникнут какие-либо неполадки в работе, что, конечно, практически невозможно ввиду надёжности данной модели, но даже если это произойдёт, Эко сам свяжется с ремзоной и вызовет её для устранения неполадок. – Менеджер сделал паузу, заглядывая нам по очереди в глаза, и, сделав шаг к аппарату, продолжил – Теперь давайте я покажу, как пользоваться этой чудо-машиной. С управлением справится даже ребёнок, настолько оно простое и удобное. Мальчик, подойди, пожалуйста, – он сделал приглашающий жест моему старшему сыну, а потом, спохватившись, быстро добавил: – Если отец, конечно, не возражает.

– Не возражаю, – сказал я, улыбаясь, и подтолкнул оробевшего Мишку к менеджеру.

– Хорошо, – кивнул тот. – Как тебя зовут, парень?

– Миша, – тихо ответил сын.

– Миша, смотри, видишь тут спереди панель управления? – спросил менеджер, как только мальчик оказался напротив Эко.

– Ага, – протянул сын.

– Смотри, вот горит красным кнопочка включения. Красным она горит, так как машина выключена и находится в режиме экономии энергии. Нажми на значок, чтобы привести Эко-3000 в действие.

Миша потянулся рукой к экрану и на мгновение, замерев, словно борясь с нерешительностью, с силой надавил большим пальцем на экран.

– Не надо так давить, мальчик, – рассмеялся менеджер. – Это высокочувствительная панель, достаточно просто приблизить руку к нужному месту, чтобы запустить программу.

– Я не знал, – засмущался Миша и опустил голову.

– Да всё нормально, – продолжая улыбаться, произнёс мужчина, – ничего страшного, я же говорил, что Эко-3000 – очень надёжная машина.

– Смотрите, – вдруг вскрикнула Даша у меня справа и вцепилась маленькими пальчиками мне в ногу. – Смотрите, она живая!

Я перевёл взгляд со смущённого сына в направлении пальца своей дочери и обомлел. Прямоугольник Эко-3000 менялся на глазах. Из центра медленно рос квадратного сечения стержень, бока расходились в стороны и вниз, создавая иллюзию, что Эко отращивает себе ноги. Стержень, достигнув в высоту роста среднего человека, остановился, внутри него что-то щелкнуло, и он раскрылся, точнее, размотался в блестящую стенку. После этого отъехал к задней части основания. Не прошло и секунды, как из центра машины начал расти ещё один стержень. Трансформация повторилась, но уже быстрее. Машина словно набирала силу и всё быстрее выстраивала необходимые ей части, настолько быстро, что я уже не успевал отслеживать её трансформацию; всё превратилось лишь в неуловимое мелькание всевозможных линий, прямоугольников и каких-то тросиков. Менеджер всё это время стоял и улыбался. Наконец раздался какой-то писк, и аппарат замер. Дети и жена удивлённо выдохнули. И удивляться было чему. То, что выросло сейчас перед нами, даже отдалённо не напоминало тот прямоугольник, который всего каких-то пятнадцать минут назад закатили в наш подвал грузчики. Большая почти двухметровая машина, поражавшая своей сложностью и элегантностью линий, выглядела пришельцем на нашем цокольном этаже.

– Ну хорошо, формирование узлов окончено, и Эко-3000 практически готово к работе. Поэтому продолжим презентацию, – чуть повысил голос менеджер, привлекая наше внимание. Мы повернули головы. Он кивнул и заговорил.

– Аппарат состоит из трёх основных секций, – опустил руку и похлопал по округлому прозрачному баку, литров на сто. – Это хламоприемник, сюда необходимо закидывать мусор. Без мусора машина работать не сможет, ибо для переработки ей нужен строительный материал. Мусор подойдёт любой: бумага, дерево, бутылки, окурки. В общем, всё, что вы выкидываете, теперь будет топливом и строительным материалом для Эко. Есть ли у вас сейчас какой-нибудь мусор? – спросил он, обращаясь ко мне и к моей жене одновременно. – Всё, что угодно, понадобится для дальнейшей демонстрации, – поспешно пояснил менеджер.

– Секунду, – сказала жена и быстрым, еле сдерживающимся от бега шагом выскочила из подвала. Буквально через несколько десятков секунд она вернулась с пакетом мусора и, виновато глянув в мою сторону, тихо произнесла:

– Не успела выкинуть.

– Отлично, то, что нужно, – сказал менеджер, принимая пакет. Потом подошёл к Эко, нажал на кнопку мусороприемника и произнёс: – Вот видите, я нажал на кнопку, на ней написано "открыть". Теперь вкидываем мешок в приёмник, вытаскивать из него ничего не нужно, сортировать тоже, так как полиэтилен пакета также является мусором, а, следовательно, топливом для машины. Когда мусор загружен, необходимо запустить его переработку. Делается это следующим образом: на основной панели управления вы заходите в пункт меню "переработка"и нажимаете "переработать мусор". Система проанализирует заложенные в неё предметы, выдаст список и классифицирует их на органические и неорганические, а затем спросит вас, уверены ли вы, что хотите продолжить. – Он поднял палец вверх. – Такая функция введена в целях безопасности. Ведь с мусором пользователь может случайно положить что-то ему нужное, и, увидев на дисплее эту вещь, он может легко отменить действие и вытащить её до того, как начать переработку. Но если всё хорошо, то вы просто нажимаете подтверждение. Миша, запусти переработку, – сказал сотрудник доставки мальчику, и тот, подойдя, быстро пробежал пальцами по меню и запустил процесс.

Машина заурчала, и мусороприемник начал быстро наполняться какой-то зеленоватой жидкостью. Я вопросительно вскинул глаза на представителя компании. Он поправил галстук и ответил на мой немой вопрос:

– Это расщепляющая жидкость, работает по тому же принципу, что и желудочный сок в работе пищеварения человека.

– На сколько её хватает и нужно ли платить за заправку? – тут же спросила жена.

– Платить нужно, но стоит недорого, всего двести рублей, – по нашим лицам пробежало напряжение, что не укрылось от менеджера, и тот, быстро вскинув руку, спешно проговорил: – Но это обслуживание достаточно редко, даже при высокой нагрузке Эко исчерпает залитые в неё запасы не раньше чем через полгода. – Жена облегчённо выдохнула и, улыбнувшись уголками губ, произнесла: – Ну тогда ладно.

– Скажите сразу, какие ещё расходы по обслуживанию нам придётся… – начал я, но тоненький голос дочки перебил.

– А куда пакет делся с мусором и что это за серость?

– Хороший вопрос, – обрадовался менеджер возможностью уйти от моего. – Просто Эко закончила переработку, превратив различные вещи в однородную массу. Теперь можно перейти ко второй стадии, – он заговорщицки подмигнул Даше и добавил: – К созиданию или реставрации, тут уж зависит от ваших конкретных потребностей и количества исходного материала. Есть ли у вас какие-нибудь испорченные вещи? – спросил он, глядя на детей.

– А я думала, чего он в них не ходит и прячет где-то, – начиная заводиться, медленно проговорила жена, но я, сжав её руку, тихо прошептал ей в самое ухо: – Дорогая, не сейчас, к тому же, насколько я понимаю, Эко их сейчас починит. – Она кивнула и улыбнулась, но глаза остались такими же напряжёнными, и их блеск не сулил ничего хорошего Мишке.– У меня кеды порвались, – подал голос сын и, быстро стрельнув взглядом в сторону мамы, выбежал из подвала.

Застучали пятки сына, и, запыхавшись, он подбежал к сотруднику Эколиста и, вытащив из-за спины два кроссовка, протянул их ему. Тот внимательной оглядел оба и, вернув один назад, сказал:

– Ну, прекрасный образец для демонстрации. Вот смотрите, у этого кроссовка повреждена подошва, разорванная чем-то, не знаю чем. – Протянул менеджер, задумчиво переводя взгляд на Мишку.

Тот стоял, насупившись, но, почувствовав на себе чужой взгляд, тихо произнёс:

– На колючую проволоку напоролся.

После его слов жена охнула и выпалила:

– Ты опять к заводу бегал!? Сколько мы тебе раз говорили, что это опасно? Что нечего там делать? А?

– Мама, прости, я не буду больше! Обещаю, – захныкал сынишка.

– Ты это говорил и в прошлый раз, и в позапрошлый! – не унималась жена, как я ни сжимал её руку, пытаясь намекнуть, что разборки лучше при посторонних не устраивать, а оставить на потом, когда сотрудник компании всё расскажет и улетит вместе с грузчиками обратно в Город. Но остановить её в момент материнского негодования было невозможно, и я, и менеджер просто молчали, слушали и ждали, когда источник праведного гнева женщины утихнет, и можно будет продолжить презентацию Эко. Наконец, спустя минут десять, жену отпустило, и, поправив прическу, как ни в чем не бывало, она подняла свои голубые прекрасные глаза на менеджера и, смущённо улыбаясь, произнесла:

– Вы сейчас покажете, как починить ботинок, да?

Менеджер кивнул и бросил взгляд в мою сторону, я лишь незаметно пожал плечами, показывая, что, вроде, всё утряслось и можно продолжать. Он набрал воздуха и спокойным, но громким голосом продолжил с того места, на котором мы остановились.

– Итак, если у вас есть повреждённая вещь, то её можно починить, а в дальнейшем при наличии достаточного количества строительного материала можно вообще создать её копию. Параметры копии могут быть настроены по вашему желанию. Она может быть обновлена, то есть, допустим, кеды будут сделаны новыми, как в магазине, или же будут новыми, как в магазине, но разношенными, как старые. Любые параметры можно менять. Но чтобы начать установку параметров, нужно дать Эко просканировать вещь. Сканер располагается вот на этой площадке, – он протянул руку и коснулся зеркальной поверхности по середине машины. – Сканер абсолютно безопасен, поэтому он не закрыт панелями, как, например, мусороприемник. Вы просто ставите вашу повреждённую вещь, сына, – он взял ботинок и небрежно, почти кинул его на плоскость. – Не имеет значения, будет ли вещь стоять ровно или будет валяться в углу платформы, Эко одинаково точно её отсканирует, – заметил он. – После этого нажимаем на кнопку "Скан", она вот тут, прямо над панелью, а не выведена в главное меню, как "переработка". Опять же повторюсь, потому что она абсолютно безопасна. – Он легонько нажал на кнопку, и по ботинку тут же забегали зеленоватые лучики. Менеджер же вдруг протянул руку и поставил ладонью вверх прямо между ботинком и этими лучиками.

– Мы с женой вздрогнули, менеджер лишь добродушно рассмеялся, – я же говорю, никакой опасности.

– А разве Эко не сканирует вашу руку и не приделает её потом в ботинок? – спросил вдруг Мишка, заворожено наблюдая за действиями мужчины.

Менеджер неподдельно расхохотался, потом взял себя в руки и сквозь смешок сказал.

– Конечно, нет, машина сканирует лишь те объекты, которые лежат непосредственно на поверхности сканера.

– Понятно, – ответил сын и тоже заулыбался.

Зелёные лучики перестали бегать по ботинку, и Эко еле слышно щёлкнул.

– Ну вот, процесс сканирования завершён, подойдите к главному экрану.

Мы подошли. На экране зелёными линиями был начерчен ботинок в трёх различных плоскостях, а на подошве проступали красные линии.

– Видите эти красные полосы? – спросил менеджер. – Это зона повреждения, которую определил Эко. Если вы не хотите вносить изменения в конструкцию ботинка, то можно сразу переходить к процессу восстановления. Начнём? – он обвёл нас взглядом.

– А если хотим внести изменения? – спросила жена.

– Ну, во-первых, тогда надо было ставить на скан оба кеда, а во-вторых, к сожалению, я не располагаю таким количеством времени на презентацию, я и так задержался больше обычного, – он помедлил, – да и вы сами разберётесь, ведь в офисе вам дали инструкцию пользователя? – он перевёл взгляд с жены на меня. Я кивнул. – Ну вот, там нет ничего сложного, инструкция составлена простым понятным языком, и, как любит говорить мой начальник, "в ней разберётся даже ребёнок", – менеджер усмехнулся. – Так что, если вы не возражаете, приступим?

Мы все разом кивнули, и он, взяв в руки только что отсканированный ботинок, открыл верхнюю секцию Эко-3000, комментируя все свои действия.

– Кладём вещь в преобразователь, вот сюда, теперь закрываем дверцу, возвращаемся к главному меню и нажимаем кнопку "Запустить восстановление". Так. Нажал. Теперь ждём.

Машина загудела. Длилось это, наверное, секунд пять – семь, не больше. А потом резко наступила тишина.

– Вот и всё, – радостно произнёс менеджер, явно устав от затянувшейся презентации. – Теперь открываем лоток готовой продукции, – он обошёл машину сзади. – И вытаскиваем готовый продукт, – отвёл дверцу вбок, пошарил в углублении рукой и вытащил ботинок. Потом подошёл к Мише, протянул ему и спросил:

– Твой?

– Мой! – воскликнул мальчик, принимая из его рук кед так трепетно, словно это была хрустальная ваза с сокровищами. Аккуратно повертел его с разных сторон и радостно воскликнул:

– Мам, папа, смотрите! Он как новый, ни дырочки! Нечего себе, Эко!

Я, как и моя жена, взяли у сына его ботинок и тоже внимательно его осмотрели. На подошве не было ни намёка на старую рану. Она была новехонькая, даже рисунок восстановился.

– Здорово! – потрясённо произнесли мы с женой хором – действительно здорово. Клад, а не машина. Спасибо! – сказал я, обращаясь уже к представителю Эколиста. – Я даже не думал, что это настолько круто.

– Не за что! – вежливо произнёс тот, явно польщённый моим вниманием. – Приятного вам использования, а теперь прошу меня простить, путь в Город не близкий, надо бы возвращаться.

– Да, да, конечно, я понимаю, вы и так летели в такую даль, – несколько смущённо сказал я. – Мы проводим вас.

– Спасибо, ах да, ещё один момент, – спохватившись, сказал менеджер. – Вот распишитесь тут за презентацию и поставьте оценку обслуживания от одного до десяти.

– Без проблем, – ответил я, принимая из его рук планшет, ставя подпись и высшую оценку.

– О, спасибо! – сказал менеджер, заметив выделённую мною "десятку".

– Вам спасибо, – тут же повторил я.

Мы обменивались благодарностями всё время, пока шли до лета. Дойдя до кабины, я крепко пожал ему руку и, пожелав хорошей дороги, пошёл к крыльцу, где в нетерпении меня ждала моя семья.

– Пап, ну что, пошли к Эко? – спросили меня дети, когда я приблизился к дому.

– Обождите, сорванцы, – я улыбнулся. – Сначала обед, а потом Эко.

– Нуу, пап, – заканючили они.

– Тихо! – чуть повысил я голос. – Пообедаем, а потом весь день будем экспериментировать с машиной, я обещаю.

– Ну ладно, – согласились они, и мы втроём направились на кухню, где уже во всю орудовала жена.

– Мойте руки и за стол, – сказала она, когда мы вошли. Я вместе с детьми направился в ванную, где под тёплыми лучами дезинфектора мы очистили наши руки от грязи и возможных микробов, и вместе вернулись назад.

Когда все расселись, моя дорогая поставила тарелки с борщом. Не дожидаясь повторного приглашения, вся семья дружно заработала ложками – борщ у жены получался всегда вкусным и ароматным. Доев суп, дети поблагодарили маму и замерли у двери в нерешительности, переминаясь с ноги на ногу и пристально смотря на нас с женой. Наташа не выдержала и, улыбаясь, сказала:

– Ладно, идите, я тут приберусь и тоже спущусь к вам.

– Ура! – завопили малыши. Я хоть и не орал в голос, но тоже был рад возможности наконец самостоятельно поработать с Эко-3000. Поэтому в сопровождении своих деток я спустился в подвал, и мы гурьбой подошли к машине. Она гордо высилась посреди цокольного этажа, то и дело помигая огоньками.

– Ну что будем делать? – спросил я сына и дочь, которые с трепетом новых чудес встали напротив Эко. – Ремонтировать? Или попробуем сделать что-то с нуля?

– Сделать! Конечно, сделать, – тут же ответил Миша, и его глаза засверкали от предвкушения.

– Хорошо, – сказал я, внутренне радуясь выбору сына. – Давайте посмотрим.

Я подошёл к Эко и встал прямо перед экраном меню. Нажал, как показывал менеджер, и тут же древо меню раскрылось, и первым же пунктом высветилось "Создать предмет". Я нажал на надпись. На весь экран развернулся вопрос "Перейти в голосовое управление?"и варианты ответа: "Да"или "Нет".

– Ого! – выдохнул за моей спиной сын, внимательно наблюдавший за моими действиями. – А доставщик не говорил, что к ней есть функция голосового управления.

– Действительно, не говорил, – согласился я и нажал "Да".

– Добрый день, Эко-3000 рада приветствовать вас, уважаемый пользователь, – тут же выдала машина бархатным женским голосом.

– Вау! – вскрикнула с восторгом Даша. – Она говорит.

– Да, Дашуль, говорит, – кивнул я дочке через плечо.

– Какую вещь вы бы хотели создать? – задала машина, словно ожидая, когда люди перестанут говорить.

– Эээ… – я задумался. В голову ничего не лезло.

– Игрушку! – влез со своим предложением сын.

– Хорошо, – тут же отреагировала Эко. – Какую именно игрушку?

Мальчик секунду подумал и сказал:

– Лёт на волноуправлении.

– Секунду, запрос обрабатывается, – Эко замолчала, а на экране появились маленькие вращающиеся часики. Потом они пропали, и на весь экран растянулась схема типового лёта, вычерченная линиями.

– Типовая модель "Лёт-35"из магазина детских игрушек "Весельчак"загружена. Желаете ли внести изменения в модель? Доступны следующие параметры: размер, цветовая гамма, скорость передвижения и запас энергии.

– Не надо, сделай типовую, – сказал Миша в нетерпении.

– Хорошо, – ответила машина, и снова на экране возникли вращающиеся часики. Они крутились достаточно долго, так что дети начали уже терять терпение и вопросительно бросать на меня взгляды. Я лишь пожимал плечами, ибо так же, как и они, столкнулся с управлением Эко впервые.

Наконец, часики пропали, и Эко каким-то бесцветным голосом констатировала:

– Для выполнения заказа не хватает материалов.

– Ну вот! – печально выдохнули дети.

– Каких именно материалов? – спросил я, также испытывая разочарование.

– Со списком недостающих компонентов вы можете ознакомиться на экране, – ответила Эко, и изображение Лета сменилось на перечень необходимых материалов. Я подошёл и глянул. Алюминий, сталь, медь, кремний, дерево. Напротив каждого из них стояло необходимое количество в граммах.

– Ребята, попросите что-нибудь попроще, мы же закинули туда мусорный пакет с фантиками и прочей незначительной ерундой, конечно, она не может сделать лёт, которому нужны более сложные компоненты.

Дети молчали.

– Ну же, это же просто тест, потом мы вместе поищем необходимые компоненты, и тогда сможем делать что угодно, – сказал я, подбадривая их.

– Точно? – тут же схватился за мои слова сын.

– Конечно! – простодушно ответил я. – Мы ж живем за городом, а тут в округе куча брошенного хлама, который мы переработаем на пользу себе, – сказал я и обрадовался своей находчивости. – Так что давайте что-нибудь простенькое. Например, красивый горшок для цветов. Вы же знаете, мама любит растить цветы дома.

– Точно, папа, точно. Как раз она сейчас спустится, и мы ей подарим, – поддержала меня дочь.

– Эко, – сказал я, обращаясь к машине, – сделай горшок для цветов.

– Загружаю список моделей Городского ботанического архива.

Через несколько секунд на экране высветился каталог различных горшков. Их там было тысячи, но мы с ребятами торопились, и, просмотрев первые пятнадцать штук, остановились на узорчатом горшке, окрашенном в теплые тона.

– Этот? Точно? – спросил я детей.

– Да! – воскликнули они хором. – Запускай, папа.

Я нажал кнопку. Эко немного подумала и высветила на экране "Процесс создания"и проценты рядом. Я вместе с детьми наблюдал, как ползет шкала процентов. На девяноста девяти процентах она замерла на некоторое время, и мы испугались, что Эко опять скажет, что ей чего-то не хватает, но машина моргнула, высветила сто процентов и сообщила:

– Горшок для цветов, модель пятьдесят восемь, готова, заберите его из отделения выдачи.

Я зашел сзади Эко, и, открыв дверцу, извлек горшок. Он был идеален: аккуратный, узорчатый, просто загляденье.

– Здорово! – сказал сын, выглядывая у меня из-под мышки. – Маме понравится.

– Что там маме понравится? – послышался смеющийся голос жены с лестницы.

– Мам, мы тебе подарок сделали, – сын замялся, – точнее, Эко сделала. – Он в припрыжку подбежал к матери и протянул руки с горшком. – Смотри!

– Какая красота! – воскликнула она. – Это правда сделала машина? Из мусора, который мы закинули в нее сегодня?

– Да, дорогая, – ответил я. – Сам в шоке. И мы выяснили, что у нее есть голосовой режим управления. Правда, есть некоторые сложности с производством новых вещей, – я замялся.

– Какие именно? – тут же, скинув улыбку, подозрительно спросила меня супруга.

– Да не такие уж прям сложные, но на создание сложных вещей Эко нужны более сложные компоненты, типа стали, алюминия, меди и других.

Жена рассмеялась, а я непонимающе уставился на нее.

– Чего ты смеешься?

– Над тобой, – ответила она сквозь смех. – Ты уже у меня умный мужик, а иногда ведешь себя и думаешь, как маленький ребенок. Конечно, ей нужны сложные компоненты, она ж не волшебный сундук, чтобы из воздуха творить чудеса.

– Знаю, – ответил я, улыбнувшись в ответ. – Я не думаю, что с материалом будут сложности. – Я подошел ближе и, наклонившись, сказал жене на ушко, чтобы дети не слышали: – У нас же старый литейный завод под боком, с него и принесем все, что нам нужно.

Жена посмотрела на меня чуть укоризненно и так же тихо ответила:

– Естественно, без детей! – сказала она.

– Конечно! Им туда нельзя, даже в нашем сопровождении, – ответил я и подмигнул ей.

Жена в кулачок рассмеялась. Потом повернулась к ребятам.

– Ну кто меня научит пользоваться Эко? – спросила она, переводя взгляд с дочки на сына.

– Я! – хором ответили они ей.