Глава 6
Колечко, кстати, я дома оставила.
Усаживаюсь на свободное место, а Давид уже тут как тут. Улыбается и совсем не скрывает своего интереса. Глянул на мою правую руку, и глазки сразу искриться начинают. Заметил, значится.
– Можно мохито? – прерываю его взгляд своим заказом сквозь музыку.
Сегодня диджей работает. Отлично миксует, ритм и мелодия – идеальное сочетание.
– Этот напиток тебе не подходит, – спокойно говорит Давид.
– Правда? А какой подходит?
– Что-то пооткровеннее. Мартинез, например.
– Это тот, что в прошлый раз? Крепкий?
Кивает, а глазами так и пожирает. Как же мне нравится этот взгляд. И снова жалею, что трусики не надела. Да ему и трогать меня не надо, ещё чуток поглядит, и я оргазм схлопочу.
Там так всё внизу сжимается, что туда ничего не войдёт. Точки все и так стимулируются, трутся между собой от этих сокращений.
– Он крепкий сильно, – отнекиваюсь. – Завтра на работу. Так что я, так, на часок расслабиться и домой.
– На часок? – удивлённо смотрит на меня бармен. – Это же так мало. Что можно успеть за это время?
«Это он сейчас про выпивку или что-то другое?» – ух, мозг даже по трезвой уже обрисовывает сцены сексуального характера с участием Давида.
Отрываю от него взгляд и думаю, что, не дай бог, снова сон приснится, а если договорю имя? Муж же услышит. Вот неловко-то будет…
Оглядываюсь по сторонам. Фух, за стойкой только я и несколько парней, столики тоже пустые. Рано. А вдруг благоверный снова вместо работы сюда припрётся? Ой, что буде-ет…
Бармен тянет мне коктейль. И это не мохито… Это тот, что покрепче.
– Пей медленно, – подмигивает мне молодой человек. – Растяни удовольствие. У него потрясающее послевкусие, как и у тебя…
Чуть со стула не улетаю. Послевкусие? У меня? Вау… Это он о чём? О проспиртованном поцелуе у такси? Ой, влипла я…
– И какое у меня послевкусие? – интерес берёт верх.
– Сладкое, – наклоняется ко мне Давид.
– Это всё твоя жвачка, – парирую.
– Я не о той сладости.
У меня глаза на лоб лезут. О какой это тогда сладости речь? Такого ещё не слышала. Ничего себе подкат.
«Скажи ещё что-нибудь своим возбуждающим голосом, я почти в экстазе, и выпивка не нужна».
– А о какой? – поторапливаю.
– Я о твоём стеснении, сомнениях, желании… – чуть не поёт мне на ушко, и я и таю. – Ты, и правда, сомневаешься или в недотрогу играешь? – молчу, а он и не ждёт ответа. – Трусики сегодня на тебе?
Челюсть моя отваливается со звоном. Аж поперхнулась. Захожусь в кашле, а он стоит и знай себе улыбается… Взгляд его так и ползёт на мою правую руку без колечка. Прячу её под стойку и нервно поглядываю на фигуру Давида, ну прям Аполлон, чтоб его…
– Сколько лет вместе? – как ни в чём не бывало интересуется бармен.
«Вай-вай! Чего? Ты про мужа моего спрашиваешь? Оу… неловко-то как. Если я сейчас убегу, это сильно плохо будет? Наверное, в этот бар потом ходить не выйдет. Или только по нечётным дням можно будет».
– А? – делаю вид, что не понимаю, припадаю к спасительному коктейлю.
– Замужем, спрашиваю, сколько лет? – расплывается в оскале красавчик.
«Вот писец. Маленький такой, беленький».
Сжимаюсь на стуле. От возбуждения ни следа. Настроение смылось в канализацию.
– Два года, – выдавливаю и смотрю на стойку. – А вместе шесть.
– Он тебя обидел? – звучит прямо над ухом.
Плакать охота, волком выть. Ну, на кой Давид разглагольствует? Не врут, походу, говоря, что бармены – психологи хорошие. Колечко он сразу приметил. Но клеиться-то начал до того, как я мужа застукала. Может, у меня на лбу было написано, что у меня недотрах? Да ещё и кольцо сняла.
– Угу, – киваю и делаю большой глоток предложенного напитка, озираясь на прибывающих гостей.
А Давид забирает бокал из моих рук. Я от неожиданности аж мычу и тянусь за ним. Но бармен улыбается и грозит указательным пальцем:
– Не-а, напиваться не пойдёт, – мой коктейль скрывается за барной стойкой, а следом Давид тянется к апельсинам.
Что это он делать планирует? Оу.
– Апельсиновый фреш, – через минуту перед носом возникает высокий стакан сока. – Он больше подойдёт, чтобы продолжить беседу.
– Беседу? – мои глаза снова стремятся облизать формы молодого человека, еле сдерживаюсь, лучше б помолчал и выкинул что-нибудь соблазнительное…
– Что он сделал? – снова натирает стаканы.
А что ты ещё так натирать умеешь?
– Не хочу об этом… – бурчу и делаю глоток.
Странно, что Давид к другим клиентам не подходит. А его товарищи не против, что он лясы со мной точит вместо работы?
– А чего ты хочешь? – впивается в мои глаза своими синими бездонными пропастями. – Отомстить?
– Возможно… – раз уж мне всё равно не светит, хоть душу изолью.
– Хочешь со мной, или главное – сама месть? – Давид опирается на стойку и снова смотрит так, что жалею о трусиках.
«Да что ж у него за взгляд? Змей-искуситель. Наверное, в райском саду у змея был такой же, раз Ева соблазнилась. Вот как устоять? Я готова. Бери. Плевать на всё. И на всех тоже. Главное, не в туалете. Это мерзко, и там уже муженёк побывал…»
– Ты не уверена в ответе? – чувствую его аромат, дурманит, там марихуаны нет никакой в составе? Или это его кожа так пахнет? – Я не то чтобы против, но люблю, когда хотят меня, а не быть игрушкой в обиженных руках.
– Ого, – это всё, на что меня хватает. – Как честно…
– Мы же взрослые люди. Так и чего ты хочешь?
– А ты? – растягиваюсь в довольной улыбке. – Первый начал, я бы и не думала о мести, если бы не ты. Сразу же колечко увидел…
– Было дело, – улыбается бармен. – Только оно ничего не значит, если женщина всем видом показывает, что ей плохо. Знаешь, по тебе сразу было понятно, что ты давно не стонала от удовольствия, – его рука скользит по моему подбородку.
А я давлюсь фрешем.
«Что это было? Это уже не подкат. Это изнасилование словами! А ещё это очень больно, потому что правда».