Глава 6. Полезная прозрачность
Яначал публиковать отчёты о продажах «Вайтвилл» начиная с первого месяца жизни компании. В посте я указывал названия жилых комплексов, где прошли сделки, стоимость каждой проданной квартиры, а также общую сумму сделок компании за месяц. Сами отчёты я постил в инстаграм*, фейсбук* и в свой телеграм-канал.
Идею транспарентности (так сейчас в бизнес-мире называют прозрачность) я подсмотрел в компании «Додо-пицца». Её основатель Фёдор Овчинников был не только моим приятелем, но и клиентом «Вайтвилл». Он вывел на сайт компании в режиме реального времени выручку всей сети пиццерий.
Мои ежемесячные отчёты принесли компании несколько неочевидных плюсов. Их читали застройщики. Они видели, сколько и где мы продаём. Их читали потенциальные клиенты, понимая, какие суммы с нами тратят другие такие же покупатели. Следили за нашими цифрами продаж и будущие брокеры, которые задумывались о смене агентства, посматривая за динамикой нашего роста. Читали мои отчёты и партнёры – частные брокеры и банкиры, которые передавали нам клиентов и подпитывались энергией сделок.
Почему другие владельцы агентств недвижимости не взяли этот простой приём на вооружение?
Возможно, дело в отсутствии аудитории, на которую можно транслировать свои цифры. Когда у тебя пятьсот подписчиков и пост с результатами компании собирает двадцать лайков и один комментарий, сложно из месяца в месяц вовлечённо писать. Возможно, дело в самих цифрах. Если они не впечатляют, а хуже того – из года в год падают, то публиковать их неприятно.
Я валялся на кровати и просматривал в фейсбуке* аккаунты известных мне собственников агентств недвижимости. Искал среди праздных поздравлений посты с итогами года.
За три года работы на рынке конкуренты привыкли к «молодому выскочке из “Бизнес Молодости”» – именно так они иронично называли меня в первый год работы «Вайтвилл». Их риторика менялась с каждым нашим рекордом. Один за другим мы установили молчаливую дружбу в социальных сетях. Это напоминало пословицу «держи друзей близко к себе, а врагов ещё ближе».
– Так, «Бархат» [#], нет отчёта. «Сэр Джон» [#] – тоже пусто, – про себя проговаривал я, поочерёдно перебирая аккаунты владельцев разных агентств недвижимости. – «Крайм» [#] – тоже нет итогов. «Тетриум» [#], «Го Хоум» [#], «Вэст» [#] – везде тихо. (Если вы встречаете в тексте этот символ [#] после названия компании или имени человека, значит, я решил изменить их, чтобы не напрягать героев.)
Зайдя последовательно на десяток страничек своих коллег по бизнесу, я наткнулся на пост с итогами года только у Ильдара из «Этажей». Но сравнивать наши бизнесы было некорректно. У ребят были офисы в ста восьмидесяти городах, тысячи агентов в нескольких странах, а компания по количеству сделок входила в десятку крупнейших агентств недвижимости в мире. Бизнес «Вайтвилл» с командой из пятидесяти брокеров был больше похож на бутиковый заводик по ручной сборке «Ламборгини» в сравнении с гигантскими конвейерами корпорации «Форд».
Глаза слипались. Мозг требовал убрать телефон в сторону и погрузиться в сон. Сказывалась усталость после многочасового перелёта из Таиланда. В финале своего сёрфинга по страничкам конкурентов я решил проверить, не вышел ли отчёт с итогами года у основательницы «Матрёшки риелти» [#].
Те, кто читал первую часть моей книги, уже встречались с этой компанией. Десять лет назад она считалась главным делюкс-агентством Москвы. Но с появлением «Вайтвилл» начала год за годом терять позиции, при этом всё ещё оставаясь заметным игроком на рынке.
Я устроился в кровати поудобнее и вбил фамилию основательницы агентства в фейсбук* – не находит аккаунт. Открываю инстаграм* – та же история. Странно. Такое возможно только в двух случаях: если аккаунт удалён или если меня заблокировали. Через минуту я залогинился со своего резервного аккаунта и убедился, что основательница «Матрёшки» заблокировала меня в обеих социальных сетях.
«Так, неспроста это», – подумал я, заходя на её страничку. Но через мгновение всё встало на свои места. В ленте был опубликован отчёт с итогами года.